Хякки Яко (СИ)
— И что же помешает мне наложить Вето? — едко осведомился я, чувствуя как волосы ощетинились роем игл, изредка вздрагивая словно на ветру, — И делать так до тех пор, пока печать совсем не ослабнет и они сами не приползут ко мне на коленях, моля о помощи⁈
— Ничего. Но ты этого не сделаешь.
— И почему же, позволь спросить?
— Потому что ты слишком любишь свой Клан и не подвергнешь его такой опасности лишь из-за уязвлённой гордости, — уверенно ответил мне Сенджу глядя прямо в глаза, и я не нашёл чем ему возразить.
Это была правда, так рисковать лишь ради возможности урвать чуть больше силы для себя… нет, ни за что, но:
— Это не значит что я спущу им с рук подобное.
— Я понимаю.
— И так же я хочу знать, кого вы подрядили на роль смертника?
— Я заключил соглашение с Узумаки. Через три месяца будет моя свадьба с Мэйуми…
Картинка тут же сложилась. Приезд Узумаки, присутствие Ютаки на свадьбе.
— Младшей сестрой Мито⁈ Да как ты…
— Я этого не хотел! Ашина сам предложил это.
— Но ты согласился!
— А что мне оставалось⁈
— Не идти на поводу у кучки слабаков, потакая их жалким амбициям и ничтожным страхам!
— Я — Хокаге! Таков мой долг и таков закон! Ты сам говорил это⁈ Разве нет⁈
— Вот только можно следовать его Духу, а можно Слову. И разница огромна. Я бы пожрал эту тварь, не скрываю. И стал бы сильнее — это тоже правда. Вот только в чём здесь проблема, Хаширама?
— Для меня её нет, но есть Кланы, их воля и взгляд на вещи. Я обязан учитывать их мнение. Таков мой долг, — Сенджу упрямо стоял на своём, но не смел даже взглянуть на меня.
— Забавно, до сих пор я считал что твой долг — защищать Коноху и тех кто в ней живёт.
Он мне не ответил.
Молча встав со своего кресла я направился в сторону двери. Говорить больше было не о чем. И пусть я подспудно ожидал подобного, но столь значимого уступка со стороны Хаширамы не предвидел. А ведь у меня были большие планы на эту тварь, но теперь всё это бесполезно. Самоуправство и страхи Кланов спутали мне все карты, а как-либо осадить их в реалиях войны… Нет, сейчас не время. Чтож, снимаю шляпу перед ними — момент подобран идеально, сейчас руки мне связывает война, а после извлечь Демона не убив сестру моей жены я не смогу… Вот жжешь мрази!
Дверь кабинета захлопнулась за моей спиной. Ну хорошо, хотите по плохому — будет по плохому. Клянусь всеми Богами Ямы это решение дорого вам обойдётся!
Глава 38
Быстро пробегая глазами по иероглифам Хаширама чуть приподнял взгляд, дабы в очередной раз оценить представшего перед ним гонца.
То что это был Кагуя — не было ни каких сомнений. Тёмные волосы, зелёные глаза, алые отметины над и под глазами, и пусть демонических рогов, клыков или когтей у стоявшего перед ним мужчины не было, что явно указывало на отсутствие у него пробуждённого генома, однако прочих наблюдений это не отменяло. Перед ним был Кагуя и это всё усложняло.
Хаширама никогда не рвался к власти, более того, ещё до того как его, казалось бы недостижимая мечта начала сбываться, он всячески её сторонился, даже титул Главы Клана Сенджу принял под влиянием рока и давления младшего брата. Но сейчас всё было иначе. Он стал Хокаге и волей-неволей, но ему пришлось окунуться в политику и всё что присуще ей. Он познал ложь, интриги, предательство и все формы лицемерия, за неполные пять лет на этой должности. Не обошло его стороной и бремя командования. Прямо сейчас именно он координировал действия Северо-Восточного и Южно-Западного фронтов… но не Северо-Западного, ибо там безраздельно командовал Тэкеши-сан. И ведь нельзя сказать что его старший товарищ намеренно перетаскивает одеяло на себя, вовсе нет, ему это ни к чему. Просто таким людям как Глава Клана Кагуя мало кто может противостоять, и не важно идёт речь о поле битвы или политической арене. Опыт, сила и пусть овеянная страхом и кровью, но тем не менее во истину ужасающая харизма, всё это было присуще Тэкеши-сану и что особенно важно — он сам прекрасно об этом знал. Хаширама отдавал себе отчёт, что несмотря ни на что, рядом с Повелителем Костей он был и будет смотреться обычным неразумным юнцом — слишком уж уверенно и монолитно вёл и ставил себя его друг, слишком большой вес имело его Имя и Слово, чтобы он мог соперничать с ним. И сейчас это стало проблемой:
— Я не могу согласится с предложением Тэкеши-сана. Крупномасштабное наступление в текущих реалиях слишком дорого нам обойдётся. Подобная операция будет возможна лишь после того, как появится возможность перебросить часть сил с других направлений на границы с Камнем и ни как не ранее. Совсем уважением, но я отклоняю эту инициативу, так и передай своему Главе.
— Я должен был доставить послание, Владыки — ответ его не интересует, — равнодушно откликнулся Кагуя, которого казалось абсолютно не волновало что, кому и где он говорит. Уловив взглядом движение в углу кабинета Хаширама чуть дёрнул рукой. В этом не было ни необходимости, ни смысла. Каждый Кагуя был верен Клану до конца. Это не просто громкие слова, звучный девиз или пустое бахвальство — нет, за этим крылся целый культ — общего и частности, тысяч и одного, культуры и человека.
За прошедшие годы Хаширама многое узнал о Кланах в целом и о Кагуя в частности. Узнал об их укладе, философии и образе жизни. Он лично видел как они растут, матереют, как из неразумных младенцев растят жестоких, не знающих пощады к врагам Клана воинов. Юный Хокаге сполна оценил их методики и способы, но везде, в каждом без исключения месте и фразе была одна неизменная переменная — Тэкеши Кагуя. Для своего Клана он был не просто Лидером, не только Сильнейшим Из Всех… нет, для них Тэкеши-сан и Клан были равнозначны. Для Кагуя не было различия между этими словами, потому что во всей их культуре, в каждом сказании и легенде был Он. Подобное едва ли можно описать словами, что бы понять всю глубину и даже некую абсурдность происходящего необходимо самому во всём разобраться, но истина была именно такой какая она есть — Кагуя были верны Клану, ибо такова воля их Главы, и верны своему Главе — так как он в их глазах и есть воплощение Клана. Два этих понятия в культуре, религии и быте Повелителей Костей не просто неразличимы, но суть одно и тоже, ибо так было всегда! На протяжении всей их истории как Клана!
Если же отбросить философию и говорить по существу — Кагуя были фанатиками, причём крайне агрессивными и принципиальными. Воля их Главы — для них закон, Его слово — превыше всего. И как уже было сказано ранее — это стало большой проблемой.
— Я понял, в таком случае не буду вас задерживать. Лёгкой вам дороги и передайте мои лучшие пожелания Тэкеши-сану.
Гонец быстро и коротко, на самой грани приличия, поклонился ему и тут же покинул кабинет. Едва за ним закрылась дверь, как из тени показался Тобирама, чьё выражение лица однозначно показывало его отношение к этой ситуации:
— Он выставил тебе ультиматум.
— Похоже на то.
— И твой прямо приказ он даже слушать не пожелал.
— Видимо не хотел расстраивать меня столь же прямым отказом…
— Это не шутки, Брат! — всё же не смог совладать с эмоциями его младший и единственный оставшийся в живых родич.
— А я и не шутил. Тэкеши-сан — сложный человек. Ему вполне могла прийти в голову мысль, что его прямой отказ подчиняться может сильно меня задет — вот он и предпочёл не отвечать вовсе. Вполне в его стиле.
— И что, ты так просто спустишь ему это с рук?
Вместо ответа рука Хокаге опустилась на стол, где из-под горы пергаментов, донесений, свитков и сводок извлекла один единственный листок.
— Что это?
— Список убитых с Северо-Западного фронта. Не весь конечно, общий счёт жертв идёт на тысячи. Тут только Клановые. Триста двадцать четыре человека за последние три месяца, и знаешь что? Чуть менее полутора сотен из них — Кагуя.
— И что с того? Идёт война, гибнут шиноби. Это естественно.
— В войне нет ничего естественного, Брат. Но речь сейчас не об этом.