Человек-Судьба (СИ)
— Поздравляю тебя, — хохотнул я, глядя на чуть ли не подпрыгивающую на месте от радости Фи. — Остальные чары попробуем потом. Или ты хочешь ещё попрактиковаться с водяной стрелой? Зиг никуда не уйдёт, знаешь ли…
— Хм… — замерла мелкая, соображая. Затем посмотрела на голема, до сих пор молчавшего. — Прости, Зигфрид, уже поздно. Я приду к тебе завтра, обещаю!
— Здоровый сон равнозначен хорошей тренировке, — прогудел трёхметровый гигант. — Я понимаю вас, моя леди. Доброй ночи.
— "Моя леди"… — повторила за ним малявка, будто пробуя эту фразу на вкус. — Звучит как-то вычурно. Лучше просто Фи.
— Как пожелаете, Фи, — склонился в реверансе голем. — Я буду ждать вас здесь. Спасибо, что дали мне имя!
— П-пожалуйста… — неловко поклонилась вслед за ним мелкая. Я наблюдал за представлением, отойдя к забору. В течение последних пары минут интуиция кричала о присутствии постороннего наблюдателя, вычислить которого без сотворения чар не выходило. — Учитель Ганс, пойдёмте?
— Держи-ка ключи, — отлип я от забора, в пару шагов достигая ученицы с протянутой связкой в ладони. — Комната справа от нашей, по соседству. Я ещё немного поговорю с Зигфридом и последую за тобой. Не знаю, сколько потребуется времени… Ты ложись спать сразу. Только дверь закрой! Если что, смогу и в окно залезть.
— Эй! А вдруг кто-то другой тоже сможет пробраться через окно? — шутливо-обидчиво хихикнула мелочь.
— Тогда я догоню его и попрошу Зига устроить воришке увлекательный аттракцион, — улыбнулся я в ответ, передавая ключи. — Ты большая молодец, Фи. Если сможешь завтра хотя бы встать с постели, то будешь вдвойне молодец.
— Эх… — вздохнула она на этих моих словах, понимая, что после напряжения как ума, так и тела, утро следующего дня будет не из лёгких. — Спокойной ночи, учитель.
— Спокойной, мой дорогой ученик, — кивнул я, провожая серую робу в кофте и джинсах взглядом.
Что-то зацепило меня в её речи за прошедшие часы. Она говорила о маме, и не раз. Как человек в нынешнее время мог погибнуть? Вряд ли это произошло до появления Системы — Фи читали книги, дали какие-никакие, но жизненные уроки, даже свиток легендарный в наследство оставили. Свиток, свиток… Стоимостью с целый небольшой городок, в коем я страдал фигнёй последние месяцы. Как говорится, это вж-вж — неспроста. Надо бы расспросить Фиону, когда она станет больше мне доверять. На это нужно время, и время приличное. Дети, оставшиеся сиротами, крайне редко раскрываются даже близким. Больная тема, все дела. Значит, общий план приметили.
— Мастер, шестерёнки в вашей голове вращаются с грохотом, подобном моему голосу, — пробасил Зигфрид, слегка сотрясая землю при ходьбе. Янтарный взгляд смотрел не на меня, а на закрывшуюся со скрипом дверь. — Но я понимаю вас, мастер. Леди Фи — интересный человек.
— Ещё моё собственное творение надо мной не шутило, — кхэкнул я, опуская задницу на крыльцо. Ночной ветер трепыхал бельевую верёвку, но вещи и не думали слетать, придерживаемые магией. Умно. — Окей. Слушай приказ — защити Фиону любой ценой. И под "защити" я подразумеваю вообще всё, Зиг. От страха, от отчаянья, от ужасов этого мира — спрячь их за своей могучей спиной. Сделаешь?
— Да, мастер, — сказал голем, сжав свой бурый кулак. — Ради леди Фи я сделаю всё!
— Тише, тише, — поморщился я от похожего на эхо горного обвала звука. — Уже почти девять вечера. Не хочу потом слушать жалобы от девчонки на стойке администрации… Она, кстати, довольно симпатичная.
— Ваши вкусы специфичны, — хрипло рассмеялся Зигфрид. — Но я разделяю их. Ибо я — плод ваших чар.
— Да-да-да, — отмахнулся я. — Я что, реально так пафосно разговариваю? Будь проще, Зиг. Нам предстоит долгий путь… В котором неизбежно будут ночи вроде этой.
— Вы тоже заметили, мастер? — повернул голову куда-то во тьму голем. Факела, вызванный мной, погасли, оставляя задний двор в полной черноте. — Люди называют это интуицией. Мы, творения матери-земли, называем это разумом природы. Даже когда ни одно другое чувство не кричит об опасности, именно он предупреждает нас о приближении чего-то агрессивно настроенного. Ха… Ха… Ха…
— Над смехом ещё надо поработать, — едва не заржал я в голос, услышав механический, но искренний смешок Зигфрида, приглушённый по неизвестной причине. Может, потому что у него не было рта? Чисто технически. — Как думаешь, кто к нам идёт?
— Что-то страшное…
Вы попали под действие статичных чар!
Территория Города Ведьм нестабильна, она движется вместе со своей проклятой властительницей, изредка попадая в мир смертных, чтобы предложить ужасающую сделку избранным счастливчикам. Вы чувствуете, как плывёт голова, как ветер становится тёплым, воздух — влажным, а на кончике языка появляется странное липкое ощущение, будто вы только что попробовали сгнившую плоть. Будьте осторожны — предложение никогда не бывает без подвоха! И даже не думайте бежать… Бежать уже слишком поздно.
Тёмные сваи забора заблестели от жидкости, покрывшей их. Трава под ногами пожухла, из свежей, только-только показавшейся весной она стала мёртвой, сгнившей. Удушливый запах ударил в лёгкие, но я лишь раздражённо сплюнул. Парад упырей прямо, натуральный. Вышка, Леди Мира Грёз, теперь и эта древняя, как динозавры, особа. Не скажу, что мой опыт общения с Ведьмой(именно так, с большой буквы) был исключительно негативным, просто сама его личность отторгала людей, буквально просила послать его далеко и надолго. Тем не менее, правила есть правила. Магия, вырвавшаяся из врат, рано или поздно должна вернуться обратно. И если напившаяся своих вытяжек из мухоморов женщина решила вывести свой Город погулять, значит, она обязана предложить сделку, прежде чем убежать в свой Мир.
Это её природа, её суть. Убить бы, да дело с концом. Но это однозначно принесёт с собой необратимые последствия… Как потом объясняться перед Фи и владельцами гостиницы за причинённый ущерб? Оплатить — это одно. А избежать подозрений и расследований — совсем другое.
— Мастер, вы удивительно спокойны, — прогудел Зиг, подходя поближе и медленно присаживаясь возле меня, едва не задев земляной задницей деревянное ограждение. — Просто чтобы вы знали — я не сумею защитить вас, даже пожертвовав своей жизнью.
— Никто тебя об этом не просит, — широко зевнул я. А затем добавил, грубо и жёстко. — Сиди и не вмешивайся, тебе ещё Фи тренировать. Усёк?
— Усёк, мастер, — ответил голем, а затем его глаза погасли. Видимо, ушёл в спячку.
Мою спину освещала лишь пара фонарей гостиницы, они же позволяли разглядеть хоть что-то во тьме на расстоянии в пару метров вперёд. Там, в непроглядной, будто нарочно сгустившейся черноте, показалась фигура. Блеск чёрных глаз, впившихся во всё так же сидевшего на крыльце меня, глубокое декольте, высокий рост и тёмно-алое платье до икр. Короткая причёска, чинно покоившаяся на узких плечах. Это настоящий облик Ведьмы, который она демонстрирует своим старым знакомым. Остальные видят идеал своих партнёров — девушек в облегающих джинсах, красоток с грудью наголо, брутальных мужчин с обнажённым торсом или зажатых худеньких парней в футболке любимой рок-группы. Речь, представление и сделка отличается от человека к человеку. За это я не любил Ведьму.
Можно же было даже не показываться, не обманывать наивных людей. Но увы, для неё вся эта история с договором — просто игра. На что она сможет подписать игрока? Душу в обмен на красавицу? Часть тела в обмен на золото? Услуга на услугу? Чем выше ставки, тем ей интереснее. Одно радует — раз она вышла в таком наряде, значит, узнала. И проблем от этого, с одной стороны, в разы меньше… А с другой — мне самому безумно захотелось сходить в душ и отмыть само ощущение от встречи с ней с кожи.
— Ганс.
— Ведьма.
Над её головой, сверкнув серебром, высветилось стандартное табло статуса.