Урок первый: Не проклинай своего директора

– Да что вы себе позволяете!
Левая бровь магистра Тьера поползла вверх, но он молчал, тем самым подтверждая мои худшие предположения.
– Да я не настолько плохо училась, чтобы зарабатывать оценки подобным образом!
К первой брови на мгновение присоединилась вторая, после чего магистр вернул лицу выражение абсолютной невозмутимости и поинтересовался:
– То есть если бы вы «настолько» плохо учились, то не сочли бы оскорбительным оказывать услуги интимного характера руководству академии, дабы ваше имя и далее находилось в списках адептов?!
Я с размаху опустилась обратно на стул. Отвечать что-либо не было ни сил, ни желания. В чем-то магистр прав, если бы пришлось, я бы сделала все, чтобы этого избежать, но если бы выхода не было…
– Я жду ответ, – напомнили мне.
– Предпочитаю откупаться сливовицей и бесплатными ужинами в «Зубе дракона», – честно ответила я, не отрывая взгляда от пола.
Тишина некоторое время царила в кабинете лорда-директора, затем с тяжелым вздохом магистр Тьер произнес:
– Предпочитаю за свои ужины платить сам!
Я вскинула голову, но лорд-директор уже отвернулся от меня, глядя почему-то на дверь. Затем обошел собственный стол, сел, вновь направил на меня неприязненный взгляд и официальным тоном поинтересовался:
– В связи с каким дисциплинарным нарушением вы были удалены с лекции и направлены в мой кабинет, адептка Риате?
А сразу с этого вопроса начать нельзя было? Но кто я такая, чтобы указывать великому магистру Тьеру.
– Я… – в горле пересохло, сглотнув, попыталась продолжить, – я… внесла неконструктивное предложение, перебив адептку Дакене, в связи с чем профессор…
Скрип входной двери, послышались шаги и следом слова леди Митас:
– Проходите-проходите, лорд-директор ожидает вас.
Осторожный стук в дверь кабинета и ледяное от магистра:
– Вам же сказали – я жду!
Дверь мгновенно открылась, на пороге показался профессор Сэдр. Окинув меня убийственным взглядом, преподаватель уверенно прошел ближе к столу и только собрался заговорить, как был остановлен резким:
– Садитесь!
Растеряв после подобного всю свою уверенность, Сэдр подвинул стул ближе к начальственному столу, уселся, уже не пытаясь начать разговор и ожидая слов лорда-директора. Дождался:
– В связи с чем адептка Риате была направлена вами в мой кабинет? – Но едва профессор попытался ответить, как магистр Тьер продолжил: – Я надеюсь, вы имели вменяемую и достойную причину для того, чтобы принять подобное решение, прекрасно зная, что три вызова в кабинет главы академии – это фактически – отчисление!
Ой! Я взглянула на профессора, тот стремительно бледнел под пристальным взглядом начальства, и, судя по бегающим глазкам, сейчас Сэдр начнет активно выкручиваться, то есть лгать. Он и начал:
– Понимаете, лорд-директор…
– Причина! – перебил его магистр. – Быстро, четко, ясно!
Я и сама почему-то ждала, когда вечно третирующий меня профессор назовет эту самую причину. Он и назвал:
– Невыполнение домашнего задания!
Я испуганно взглянула на магистра Тьера, тот чуть насмешливо смотрел исключительно на профессора Сэдра, явно ожидая продолжения. Но и преподаватель умолк, явно предполагая, что лорд-директор все его попытки выкрутиться видит насквозь. Так оно и было.
– Меня крайне беспокоит дисциплина в Академии Проклятий, – чуть задумчиво начал магистр Тьер, – причем удручает как дисциплина среди адептов, так и среди преподавателей. Профессор Сэдр, я дам вам вторую попытку и еще раз требую назвать причину вашего поступка!
На сей раз преподаватель смолчал, и магистр чуть заметно кивнул, принимая его решение. Дальше прозвучало:
– Дара, предоставь мне копию событий в аудитории профессора Сэдра.
Я замерла, сам преподаватель побелел, а возрожденный дух смерти, каким-то немыслимым образом подчиненный лордом Тьером, над нашими головами произнес:
– Да, господин.
В следующую секунду над столом лорда-директора появилось миниатюрное изображение аудитории, все мы за партами, профессор у доски. И это не было кристаллом или пространственным окном, это действительно была запись.
 
– Немыслимо, – пробормотал профессор Сэдр, – вы внедрили запрещенную систему наблюдения!
Легкая усмешка скользнула по губам магистра Тьера, и последовал совершенно спокойный ответ:
– Профессор Сэдр, я не вхожу в число тех личностей, которые безответственно относятся к порученному им делу. И направляя меня в Академию Проклятий, император, несомненно, знал, чем ему это… грозит. Естественно, я не собираюсь терпеть в своем учебном заведении ложь, предвзятое отношение к адептам и нарушения дисциплины.
И после данного фактически признания в том, что еще немало «запрещенного» произойдет в дальнейшем, лорд-директор сосредоточился на картинке. Мой вызов к доске, позор во время ответа, ответ Ригры, мое выступление и приказ профессора Сэдра. Затем взмах указательным пальцем – и изображение исчезло.
Тяжелый взгляд магистра Тьера заставил преподавателя вжаться в спинку стула и испуганно моргать, не в силах, видимо, совладать с эмоциями.
– Я, – ледяным тоном начал лорд-директор, – не увидел состава преступления в поступке адептки Риате. Также я не увидел нарушений, достаточных для столь весомого наказания. Мне стоит ждать ваших оправданий, или вы уже усвоили, что оправдания бессмысленны?
Профессор глухо ответил:
– Усвоил.
– Замечательно, – не скрывая иронии, произнес лорд-директор. – В таком случае ступайте к леди Митас и сделайте двадцать отжиманий. Исполнять!
Я оторопела, профессор Сэдр возмущенно подскочил со стула и попытался это самое возмущение высказать:
– Лорд-директор, по какому праву?.. – Насмешливая улыбка чуть исказила уверенный рот магистра, и преподаватель умолк. Но тут же нашел еще слова в защиту собственной персоны от немыслимого наказания: – Должен вам напомнить, что Академия Проклятий – это гражданское заведение и…
– С сегодняшнего дня нет, – невозмутимо произнес магистр.
И так как у профессора явно больше слов не было, магистр Тьер продолжил:
– Указом императора, датированным днем сегодняшним, Академия Проклятий отныне значится как военно-учебное заведение. Со всеми вытекающими. С этого дня адептам академии назначается стипендия, также вводятся военно-спортивные нормативы, базовая боевая подготовка. Более того, внедряется система защиты для каждого адепта и преподавателя и, соответственно, накладывается печать о неразглашении.
Профессор потрясенно опустился обратно на стул, в ужасе глядя на магистра. Лорд-директор кивнул и завершил:
– Я осознаю, что вы сейчас не в той физической форме, чтобы достойно выполнить наказание, однако уверяю, что уже через месяц двадцать отжиманий будут вам по силам.
Несчастный Сэдр медленно поднялся, повернулся и уже хотел было уйти, как вернулся к столу, склонил голову, затем выпрямился и отрапортовал:
– Разрешите идти? – Это было сказано с тщательно прикрытой издевкой.
Магистр чуть поморщился, едва сдержал усмешку, хотя губы его дрогнули, и, глядя в глаза потрясенного новой информацией профессора, нехотя произнес:
– Мы не в армии и не в казарме. – Сэдр, казалось, хотел что-то добавить, и тут Тьер его добил: – Вы обязаны обращаться ко мне не иначе как «Разрешите идти, лорд-директор».
Профессор моргнул и неожиданно спросил:
– Нас ожидают… кадровые перестановки?
– Нет. – На сей раз магистр Тьер позволил себе улыбнуться. – Тех, кем я был недоволен, уже уволили. Не терплю взяточников. Костяк преподавательского состава останется без изменений, добавятся как новые предметы, так и новые учителя и мастера.
Мы с профессором переглянулись, неожиданно ища поддержки в глазах друг друга, затем бледный и даже чуть дрожащий Сэдр хрипло произнес:
– Но… это дополнительные часы занятий и…
– Сократим! – несколько резко ответил лорд Тьер. – Маниакальная зубрежка неидеальна в качестве главного метода обучения. Но это тема для отдельного разговора, и вести его буду не я.