Камни Рун (СИ)

Не дожидаясь, пока тварь разорвет незнакомца на части, я вскочил на ноги и, поскальзываясь на грязи, стал собирать контур белой печати Даг. Самой мощной белой руны, которая способна если не изгонять подобных тварей, то уж точно — умерщвлять.
С болью проталкивая через истерзанные каналы магическую силу, я наконец-то напитал контур печати Даг энергией, и уже приготовился разорвать внутреннее кольцо заклинания, чтобы ударить белой магией в бок твари. В этот момент Эдриас внутри меня взвыл:
«Стой! Не вмешивайся!»
На секунду мне захотелось не подчиниться — незнакомец был в смертельной опасности — но в мозгу быстро всплыло воспоминание о нестерпимой боли, что доставлял мне мертвый колдун. Так что я просто замер, удерживая печать перед собой, будто бы ожидая команды…
Мужчина тем временем начал выдыхаться. Я видел, как он из последних сил отразил длинную, мощную атаку демона, с нечеловеческой ловкостью уходя от длинных когтей, когда тварь из Бездны все же достала его. Острый и длинный рог вонзился в грудь бойца, отрывая того от земли, а сам демон взвыл, празднуя собственную победу. Правда, раньше, чем следовало.
Оскалившись в кровавой улыбке, которая моментально смывалась потоками хлещущей с небес воды, мужчина вонзил свой меч прямо в голову твари, после чего его ладонь вспыхнула радужным светом, что по клинку ушел в череп демона, выжигая его изнутри.
Победный рык сменился болезненным воем, а сама тварь заметалась, пытаясь сбросить еще недавно желанную добычу со своего рога. Впрочем, безуспешно.
«Вперед! Вперед!» — скомандовал Эдриас и я наконец-то разрядил свое заклинание, окончательно добивая жуткую тварь, что каким-то образом прорвалась на наш план бытия с изнанки мира.
Не успела громадная туша вместе со своим противником рухнуть на землю, как я бросился к месту боя, желая помочь незнакомцу, но едва я успел приблизиться к тяжелораненному, уже умирающему герою, его лицо обезобразилось гримасой ужаса и ненависти.
— Ты! — просипел мужчина, что лежал сейчас рядом с тушей демона и пытался зажать огромную рваную рану в собственной груди. — Ты!!!
— Тихо! — рявкнул я, падая на колени в хлипкую грязь рядом с бойцом. — Сейчас!..
Едва я успел поднять руки, чтобы собрать целебный контур Эо-Эо-Эо, незнакомец схватил меня за запястье, с силой, недоступной даже здоровому человеку, выламывая мне руку.
— Ты! Отступник! Ты! — хрипел незнакомец, пытаясь притянуть меня к себе, чтобы вцепиться мне в горло окровавленными пальцами.
Кое-как отбившись от безумца я, рухнув на зад, отполз в сторону от буйного. Очевидно, ему все еще мерещился демон, а сейчас, на пороге вечности, образ его последнего сражения навсегда застынет перед ним. Он обезумел, другого объяснения у меня не было.
Но на ноги подняться у меня не получилось. Руку, которую еще мгновение назад сжимал неизвестный, обожгло магическим огнем — только магия умеет жечь так, будто бы ты одновременно сунулся и в огонь, и в лёд. Место на руке, где я носил чётки убитого коновала Магнуса, превратилось в сияющее сине-белым кольцо, а меня самого, против моей воли, потащило вперед.
«Какова удача! Наконец-то!», — победно прогремел внутри моей головы голос Эдриаса, после чего сияющее кольцо на моем запястье дернулось и, вытянувшись в огромное светящееся копье, пронзило как грудь неизвестного воина, так и мою…
На секунду я почувствовал облегчение. Теперь все закончится. Я ощутил внутри себя пустоту; это Эдриас, будто по сияющему мосту, перебирался из моего тела в тело неизвестного, попутно разрушая четки, что я взял с трупа коновала на память о пьянчуге. Или же это были не просто кругляши на нитке?..
Чувствуя, как жизнь покидает мое тело, я всмотрелся в сияющий поток, что пронзал наши с воином тела, соединяя нас в странную, жуткую фигуру. В самом центре этого сияющего моста я увидел осколок странной формы, который переливался всеми возможными цветами. И сейчас он распадался на части, отдавая свою силу на то, чтобы соединить нас с мужчиной, подчиняясь в этом воле Эдриаса.
 
Вспышка. На миг я потерял сознание, а когда очнулся, понял, что все закончилось. Исчезло и свечение, исчез и камень, что находился в центре сияющего потока. Только дождь все так же лил, как из ведра, смешиваясь с кровью и грязью, в которой я сейчас лежал.
Фигура в сером костюме дернулась раз, второй, после чего мужчина, что недавно был смертельно ранен, сделал глубокий вдох и… поднялся на ноги.
— Так намного лучше… — сказал незнакомец, глядя на собственные руки, будто бы рассматривал обновку в лавке портного. — Так намного лучше…
В интонациях угадывался голос, что сопровождал меня эти два года. Что твердил о моем предназначении, о пути и о выборе, что я должен сделать для выполнения уговора.
Эдриас — а теперь это был именно он, я ни на секунду в этом не сомневался — окинул взглядом окрестности, после чего перевел взгляд на меня.
— Рей-Рей-Рей, — покачал головой маг, выдергивая меч воина, чье тело он сейчас занял, из головы демона, — ты заставил меня понервничать, но я знал, что рано или поздно ты пригодишься. И смотри! Нашел осколок призмы, столь ловко замаскированный, привел меня в то место, где станут искать в первую очередь. Сильным, подготовленным…
Маг посмотрел на клинок, весь измазанный в черной крови демона, после чего одним легким движением отправил его в ножны на поясе. Вроде обычное движение, но во взгляде Эдриаса я увидел абсолютное безумие.
Он не был мудрым наставником или попавшим в беду архимагом. Передо мной стояло бедствие и ужас, и теперь я понимал вопли раненого: перед смертью он сумел разглядеть тень этого зла во мне, пытался из последних сил предотвратить ужасное. Но не сумел.
— Я бы сказал, что мы еще увидимся, но это маловероятно, — продолжил маг, брезгливо указывая на обожженную рану в моей груди. — Твое сердце сейчас бьется из последних сил, пытается тебя спасти. Не верь ему, мальчик. Агония — не лучший конец. Иногда стоит признать свое поражение. Бывай.
Махнув пальцами, Эдриас повернулся и, подняв ладони, буквально разорвал перед собой ткань мироздания, открывая проход в бездну. Он собирается вызвать демона?!
Вместо этого маг в новом обличье шагнул вперед, прямо в разлом, оставляя меня мучительно умирать под струями ледяного дождя, в грязи и безо всякой надежды на спасение.
Разрыв в ткани мира стал затягиваться, Эдриас ушел. Я уже было решил, что у меня появился призрачный шанс, что сейчас я соберу целебную печать и попробую встать на ноги, чтобы побыстрее убраться с места боя… Но в уже схлопывающуюся щель просунулась длинная рука, а за ней — вторая.
С ужасом я наблюдал, как из разрыва, в котором минуту назад скрылся колдун, ко мне вползало… Нечто.
Эта тварь была отдаленно похожа на очень высокого и очень худого человека. Длинные руки и ноги имели по одному лишнему суставу, а передвигалась изломанная, тощая фигура, словно огромный паук, низко опустив непропорционально вытянутую голову вниз.
Что-то внутри меня хотело узнать, что скрываться под длинной то ли шерстью, то ли волосами, что покрывали голову твари, но в тоже время я знал, что это знание станет для меня смертельным.
В это время монстр прополз по хлюпающей каше, в которую превратилась земля на месте сражения, и двинулась прямиком к туше поверженного демона.
Теперь, когда это отродье подняло голову, я смог разглядеть и огромную, вытянутую челюсть, и белесые, словно у рыбы глаза, и тонкие щели вместо ноздрей, которыми она жадно тянула смрад мертвой туши. Несомненно, тварь пыталась походить на человека, но была настолько жуткой и омерзительной, что любое сходство с живыми лишь подчеркивало ее отвратительную суть. А еще я понял, что это — падальщик.
Стараясь не привлекать внимание длиннолапой твари, что сейчас всецело была занята трупом демона, я начал медленно-медленно, борясь с накатывающим обмороком, на локтях отползать прочь. Это меня и сгубило.
Тварь, что еще мгновение назад игнорировала мое присутствие, резко повернула вытянутую морду в мою сторону и… втянула ноздрями-щелями воздух. Она меня почуяла. На мгновение наши взгляды пересеклись, после чего нижняя челюсть твари почти отделилась от черепа, вываливая наружу длинный язык и демонстрируя мне ряд крупных, острых зубов, приспособленных для того, чтобы рвать мертвую гниющую плоть и дробить кости.