Между честью и истиной (СИ)
Мысль, мелькнувшую в этот момент, Полина прижала языком к зубам и решила додумать позже. Потому что Дейвин да Айгит продолжал сетовать на жизнь.
- Но сложившаяся в ее подразделении обстановка вот-вот станет проблемой. Они не примут никакого мага, кроме нее, и даже если магом к ним пойду я сам, они, мне кажется, все равно будут коситься на нее и думать, а одобрит ли она мои действия. Да что там я. Я не уверен, что этого сможет избежать даже князь. Нет, он, конечно, знал, что разменивает подразделение ради нее, но такое... - граф покрутил головой, не находя слов.
Третий бокал весьма основательно развязал Полине язык. Ничем иным нельзя было объяснить ту запредельную откровенность, которую она проявила, отвечая.
- Что до князя, мастер Дейвин, при всем уважении к нему, вот этому я ни на минуту не удивилась. Ему же постоянно надо заносить хвост на поворотах минимум вчетвером. Между прочим, вы не меньше половины своего времени тратите именно на это.
Дейвин пожал плечами:
- Я его выбрал вместе с его характером и клялся быть верным. Мы все его выбрали, кто за ним сюда пришел. С его хорошими и дурными чертами - он наш князь, мы любим его и верны ему.
- Да разве же я против, - усмехнулась Полина. - Я и сама это иногда делаю для него, причем не из обязательств, а потому что эти его особенности прилагаются к хорошей стороне его характера, и отцепить одно от другого невозможно, остается только подстраховывать. Другой здесь просто не справится. Все ваши хорошие мальчики, от вчерашнего бедняжки и до первого наместника края, к сожалению, просто не имеют шансов. А у Димитри да Гридаха они есть.
Граф вздохнул.
- Мистрис Полина, если я могу попросить... или предостеречь... Пожалуйста, не употребляйте родовое имя князя без крайней необходимости. Я не хотел бы объяснять вам причины, но даже Кэл-Аларец или Капитан будет лучше. Это не большая ошибка, но крайне неприятная. Просто поверьте.
- Спасибо, мастер Дейвин, я запомню, - кивнула она.
Дейвин улыбнулся и, сдвинув занавес, закрывавший часть стены, открыл большой плазменный экран.
- Хотите посмотреть со мной что-нибудь? Или, может быть, посоветуете мне что-то?
- Знаете что? - вдруг решительно сказала Полина. - Давайте мы с вами потратим вечер на одну историю, только это не мультфильм, а балет. Переживете?
Дейвин хмыкнул и достал еще одну бутылку.
Димитри в это время был на стадионе и занимался с мечом, решив, что если он не чувствует себя в силах танцевать, это не повод не двигаться. Хайшен нашла его там, когда он повторял еще летнее упражнение, унесенное с урока танго, с мечом и яблоком. Наблюдая за ним некоторое время, настоятельница не решалась даже позвать его, настолько завораживающим было зрелище. И только когда он завершил круг, она рискнула подать голос.
- Красивая работа, князь. Ты нашел это здесь?
- Да, досточтимая. До появления герцогини да Алгей почти час, я решил размяться.
- Брайда хочет хоронить внука дома? После всего, что было в моем письме? - удивилась Хайшен.
Димитри подал плечами:
- Пока не знаю, выясним через час.
Брайда хотела другого. Ей нужен был маленький маг из Нового мира, который заменил бы ей внука, слишком старавшегося всем понравиться и слишком мало внимания уделявшего своим собственным целям. Выслушав рассказ князя о сути происшествия, герцогиня отказалась от поездки к куполу и спустилась вместе с Димитри в подвал донжона. Тело внука Брайда испепелила в присутствии князя, спекла пепел в кристалл и положила его в шкатулку, заметив, что этот камешек станет частью горы, на которой стоит замок Алгей. И, едва поднявшись по лестнице донжона и выйдя во двор, уже объясняла Димитри, что именно она надеется найти здесь. Димитри слушал, вздыхал, потом пообещал ей решить вопрос за завтрашний день и с утра отвел ее к Лийну, попросив достопочтенного объяснить герцогине, что именно она хочет и насколько это не похоже на то, чего она ждет. Разумеется, он присутствовал при их разговоре и вставлял комментарии там, где они требовались. Но герцогиня идею не оставила. Она согласилась с тем, что задача несколько сложнее, чем ей показалось, но не сочла это основанием отказаться ее решать. Потом три часа она допытывалась у Дейвина, что это за странный порядок, согласно которому найденного на улице кроху нельзя немедленно забрать в теплый и надежный дом, а надо непременно держать в казенном учреждении, где до него никому нет дела, какое-то непредставимое время. Граф тосковал, вздыхал и был очень, очень терпелив. Кончилось все довольно напряженным разговором по телефону, по итогам которого Димитри дал прокурору края честное слово завтра же опубликовать распоряжение о прекращении уголовных дел в отношении трех матерей, оставивших новорожденных - и так и не найденных полицией, кстати. На закате Брайда наконец покинула край, забрав с собой всех троих найденышей, ожидавших своей участи в больнице Приозерска, "ради справедливости", чтобы не выбирать одного, оставляя других на произвол судьбы. Им предстояло вырасти сааланцами и магами и носить имя да Алгей. Естественно, после такой недели Димитри был на празднике несколько рассеян и выглядел не слишком довольным.
Дейвину праздник тоже подпортили. Прекрасная семья Агнис да Сиварес, которая, в сущности, и семьей-то уже не была, явилась в край в полном составе. Полдня они по очереди подходили к графу и заглядывали ему в лицо, не говоря ничего, потом, наконец, кто-то из них догадался поискать свое сокровище - и нашел девушку целой и невредимой, конечно. После этого они так же по очереди приходили к Дейвину до вечера с благодарностями за то, что Агнис выжила в штормовую ночь. Спросить об этом прямо, конечно же, было слишком сложной задачей для них. Самой Агнис, видимо, тоже досталось, поскольку она пришла к нему просить убежища от волны родственных чувств, и он отправил ее к Нодде прямо из общего зала, а придя в свою приемную в полночь, обнаружил студентку все еще там. Спала она той ночью в его малом кабинете. Слава обеим лунам, у нее хватило ума уйти утром до того, как Дейвин встал. Граф понял, что день с утра идет наперекосяк, и позвонил Иджену с вопросом, свободен ли князь Димитри.
Князь встретил его примерно в похожем расположении духа, пригласил присоединяться к кофе, и некоторое время они обменивались полуфразами, делясь впечатлениями о вчерашнем празднике. А потом Дейвин решился высказать то, что мучило его с пятницы. Очередной сюрприз от Алисы Медуницы.
- И, мой князь, я никак не могу отделаться от вопроса о том, как она попала твоим кольцом в нить чужого заклятия. Ведь это значит, что расчет был выполнен там, на месте. Получается, что она, даже не будучи магом, это сделала. Что-то тут не так.
Димитри задумался. Некоторое время он смотрел мимо Дейвина куда-то в окно, потом сказал:
- Хорошо, Дейвин, я с ней поговорю сегодня, но без тебя, я бы не хотел ее нервировать дополнительно. А пока давай допьем кофе спокойно. У тебя на сегодня уже какие-то планы?
- Никаких особенных, мой князь. Разве что я обещал помочь Майал с лошадью. Его сегодня собирались показывать ветеринару.
Князь улыбнулся слегка иронично.
- Да это почти выходной, а, Дейвин?
- Во всяком случае, конь Болид более приятная компания, чем графиня да Сиварес и ее бывший муж со всеми их родичами, - усмехнулся в ответ граф, пожелал сюзерену хорошего дня и отправился во двор.
А Димитри вызывал Алису.
Когда Сержант мне сказал, что за мной пришел Иджен, у меня внутри порядком екнуло. Почему-то эта встреча с князем меня совершенно не радовала. Но я собралась быстро, по нормативу, только перед выходом проверила, ладно ли сидит форма и ровно ли надет берет. На ощупь все вроде было по уставу, а в зеркало смотреть не хотелось, да я никогда этого и не делала перед выходом к нему. Честно говоря, я ждала разбора полетов по поводу постоянных нарушений субординации: все-таки при старших магах заявлять наместнику, что он нарушает закон, было немного слишком. И топая вслед за Идженом, мысленно крутила в голове объяснения, оправдания и доказательства. А он, как всегда, хотел совсем не того. Разговор действительно пошел про наше незадавшееся дежурство, как я и ждала. Но когда он задал вопрос, понимаю ли я, что выполнить расчет чужого заклятия на коленке в лесу без контакта с Потоком невозможно, я зажмурилась так, что в ушах загудело, потом открыла глаза снова, посмотрела на него и честно сказала: