Позвольте ваше сердце (СИ)

— Сидеть не больно? Может, подушечку? И на пол?
Хорошо, что я предусмотрительно подождала, пока он глотнёт. Джеймс замер на вдохе, каменея телом, и взглянул на меня с застывшим в округлившихся глазах неверием. Жестяная банка в его руке жалобно застонала, и шипящая жидкость пролилась из смятой ёмкости через край на ладонь, на брюки, на пол. Уверена, что за секунду до того, как он пришёл в себя, увидела выступивший на скулах румянец смущения. Космос, меня мгновенно опалило пьянящее желание. Похоже, не я одна думала, что после раза остыну, и не я одна заблуждалась…
— Не больно. Не может, — между холодными отрывистыми фразами он стирал с руки и брюк пролившийся напиток, упорно меня не замечая.
Наклонилась к нему, переходя на шёпот:
— А на пол, значит, стоит?
Думала, сейчас огрызнётся, замкнётся, уйдёт, а получила открытый и вместе с тем предупреждающе-настороженный взгляд:
— Зависит от Вашей угоды.
Прикоснулась к щеке, стирая злую опаску.
— Так много зелёного оттенка в глазах. Это как-то связано с вашим «голодом»? Выходит, твой я утолила…
— Вероятно, я должен поблагодарить, — между словами появились знакомые мягкие паузы.
Когда он так говорит, во мне всё судорогой сводит от тёплых волн удовольствия.
— И что, поблагодаришь? — недоверчиво, с иронией.
Джеймс отвёл мою руку. Прикосновение к запястью отозвалось в теле лёгкой дрожью. Но он не остановился. Приблизился к моему лицу, приворожив горящими изумрудами в радужках. Провёл ладонью от плеча к шее, отчего сбилось дыхание. И поцеловал. Осторожно. Неторопливо. Безумно приятно.
Отстранился немного — я удержалась от того, чтобы следом податься, — и приласкал дыханием щёку:
— Достаточно благодарности?
— Если только под проценты, — в тон ответила, зная, что он усмехается — сама ведь улыбалась.
Как вдруг запястье отрезвило вспыхнувшей болью.
Зашипев, спрыгнула со стула, непреднамеренно опрокидывая. Но руку так пекло, что было плевать на шум и прочие факторы. Джеймс вскочил следом, сориентировавшись, обхватил меня со спины, не давая нанести себе увечий.
На запястье вспыхивали и гасли кровавые символы. Казалось, что их прижигают калёным железом. Откинула голову Джеймсу на плечо и сжала зубы, вытерпев секунд пятнадцать мучительной боли. И облегчённо обмякла на мужчине, стоило ей прекратиться. Бездна…
— Ты практиковала магию крови?
Невероятно, но он злился. Отпустил мои руки и сжал талию, давая понять, что ответить придётся. В магии, что основана на отнимающих человеческие жизни ритуалах, меня обвинили впервые.
— Нет, — и, медленно осознавая происходящее, хрипло продолжила: — Это разрыв клятвы. По причине смерти одной из сторон.
— Кто вторая сторона?
Я повернула к нему голову, озвучивая шокирующую истину:
— Дэйн Нэйтвэд. Капитан Галактикона. Он только что умер.
  
Глава 51
 
Последствия разрыва клятвы преследовали меня весь день, проявляясь во внезапном головокружении, постоянной жажде и апатии. В итоге пролежала до вечера на диване в тепле одеяла. Стук капель по стеклу вгонял в сонливость. И морально, и физически я отдыхала.
Что было действительно странно, Джеймс оставался рядом. Заняв половину дивана, он работал, окружив себя проекциями виртуальных окон. А когда я просыпалась, приносил воду. Забота стала приятной неожиданностью. Если только забыть о предшествующем ей допросе о причинах, побудивших связать себя с Дэйном клятвой. Можно подумать, есть более надёжный способ обеспечить неразглашение конфиденциальной информации! И чего Джеймс привязался?
— Что-то не так?
Из собранных стилетом волос теперь выбивались короткие пряди у лица, которые он часто пытался убрать от глаз. И каждый раз невольного движения я наслаждалась отсветом тёмно-фиолетового оттенка в прядях обсидианового цвета. Джеймс полусидел, прислонившись к спинке и расслабленно согнув одну ногу в колене. Вот интересно, он привык ходить по дому в одних брюках или дразнит меня? Не знаю, что и думать.
На его вопрос не отвечала, хоть и понимала, что вызван он моим пристальным вниманием. Приподнявшись на руке, я уже минут пять не спускала с него взгляда. Смотрела, как оценивают картину или статую, подмечая достоинства, не забывая недостатки.
 
— Вы смотрите с какой-то целью, или Вас тяготит безделье?
Меня забавляла его разговорчивость как реакция на собственное молчание. Непривычно, Джеймс? Напрягает, да? Буду показывать как не надо на примере реальности.
Выждав ещё минуту, вытянула руку и загадочно, без цели или причины провела пальцем по длинному следу, пересекающему его грудь. Ощущалась лёгкая неровность кожи. Но больше чувствовался жар. У него всегда повышенная температура. Дракон. Сейчас и пламя выдохнет.
Джеймс словил мою ладонь в свои резким броском. Я даже вздрогнула. Хлопок вспугнул. Что-то внутри дёрнулось от неожиданности.
Мужчина улыбнулся насмешливо. И, продолжая одной рукой удерживать мою, вернулся к работе. Я почувствовала лёгкое поглаживание с тыльной стороны ладони. Так ты играешься, лев… Вот ведь непредсказуемый. Забрала у него ладонь и переключила внимание на свой планшет. Мучить безразличием, так мучить.
— У Вас необычная реакция на смерть.
Ты это ещё на лайнере должен был заметить, не так ли? Виражи судьбы родили во мне ледяное спокойствие, и, если бы не разрыв клятвы, я бы рассуждала, а не переживала. Почему же Джеймс так в себе замыкается, не подпуская? Мысленно дала себе слово, что доберусь до правды. И начну, пожалуй, прямо сейчас. Только, как бы его плавно подвести к этой грани…
В почте поджидали несколько писем. Первым открыла от Алика. Вылетевшая голограмма какого-то старинного особняка с мириадами разноцветных мерцающих огней над крышей оказалась пригласительным на благотворительный вечер. Растерявшись, смотрела, как огоньки взрываются охапками искр.
— Соглашайтесь. Это обязательное мероприятие. И Вам необходимо явиться на него с парой, — прокомментировал Джеймс парад ярких красок.
Если это ревность, то очень странная. Я бы предпочла пойти с ним, но ведь не предлагает. Не реагируя на прозвучавшие слова, закрыла трёхмерную модель и занялась остальными письмами. Были среди них и спамовые буклеты, и вопросы от разработчиков, и даже сообщение от Аддерли. На нём выдержка Джеймса и сдала:
— Вы меня игнорируете из-за усталости, или я что-то предпринял, что Вам пришлось не по нраву?
Улыбнулась про себя, откладывая планшет. Попался…
Манипулятор. Не нравится льву, что его игнорируют. Всё должно быть в обратном порядке. Наглый хитрец. Поднялась с дивана и потянулась. Почувствовала его взгляд, теплом просачивающийся сквозь кожу. Поиграем.
— Давай выясним один момент, — обернулась к нему, чтобы видеть реакцию. — Проснувшись утром одна, я испытала неприятное чувство. Словно мною попользовались и отложили до следующей надобности. Ты эту цель и преследовал, когда решал, где меня укладывать?
Он смотрел с удивлением. Как застигнутый врасплох и не понимающий, что ответить.
— Мне позволено Вас в свою постель укладывать? — прозвучало совсем не то, что ожидала услышать.
В замешательстве нахмурилась, честно признаваясь:
— Не знала, что тебе нужно разрешение.
— Не знал, что Вы этого желаете.
Я усмехнулась, видя, что он собирается вернуться к работе.
— А чего ты желаешь?
Он поднял на меня взгляд. Закрыл все виртуальные окна. Убрал планшет. Скрестил на груди руки. Но всё ещё молчал. И как это понимать? Как его понимать?
— Джеймс… — протянула, начиная обходить диван, приближаясь. — Если ты не будешь отвечать мне, я не стану с тобой разговаривать.
Почему-то мне казалось, что подобная перспектива ему даже понравится. Но Джеймс недовольно выпятил челюсть. Отвернулся к окну и через мгновение выдал:
— Я не знаю.
Прозвучало… честно. Так честно, что я даже запнулась на шаге. Не знает? Не знает… Бездна, ты надо мной издеваешься? Он же убьёт своим арифметико-логическим устройством всю мою операционную систему!