Рабство Кольца (СИ)

— Но мы не знаем, кто они! Георгий… — Екатерина хотела сказать ещё что-то, но я только положил ей руку на плечо и сказал:
— Спасибо вам. За всё.
Глазьева покачала головой, понимая, что так и не пробилась до моей разумной части души. А я же махнул своим, и мы, не сговариваясь, все прошли под тёмные своды.
— Так же хотел бы выразить особую благодарность от лица всей нашей потомственной династии Лекаревых, ведь ваши действия…
— Толян, — буркнул Бобр.
— К сожалению, я тоже вынужден идти в это страшное подземелье, — вздохнул Лекарь и, звякнув бубном, зашёл вслед за нами.
Силуэт Глазьевой было видно ещё мгновение, но через миг плита опустилась, и нам поглотила темнота.
— Бат… какая у неё фигура, — прозвучал в тишине голос Блонди, — В таком возрасте ай хоуп выглядеть так же.
Через миг послышалось рычание — она обернулась в кошку.
Кажется, в прошлый раз я тут паниковал так, что будь здоров. Трупы гоблинов в темноте, повсюду кровь… Тогда это меня сильно напугало.
Сейчас же я был спокоен. Правда, рука всё равно потянулась в карман за мобильником. Фонарик и в этот раз пригодится.
  
Глава 2, в которой старый путь
 
— А кто была эта красотка? — прошептала смущённо Биби, пока мы в слабом свете мобильников разбирались с нашим оснащением.
— Екатерина Глазьева, — ответил я, выкладывая из кошеля свои пожитки, — Сотрудница отдела Невмешательства.
— Невмеш? — удивился Бобр, рядом даже рыкнула львица Блонди, — Так это ж по нюбсам отдел, вроде. Или нет?
Я кивнул:
— Ну да. Она меня защищала в первый раз, когда я сюда попал.
— Офигеть у неё подготовка, — кивнул Боря, — Я думал, она самое малое в Надзоре работает, как тот седой.
Под седым он, судя по всему, имел в виду Чернецова.
— Главное, что не в Забвении, — усмехнулся я.
Произошедшее сверху так подстегнуло меня, что от волнения я не сразу смог зацепиться за вещи в инвентаре.
Теперь всё вставало на свои места. Ну, почти всё…
Главное, мой отец не плохой. Все последние сомнения исчезли, и я всем сердцем желал как можно скорее узнать всё о родителях. Что с ними случилось, где они, как ушли из этого мира?
Слабая надежда билась в глубине души. А может, они живы? Да, у Чекана, как у мужчины, были глобальные планы. Остановить пришествие властелина, при этом не раскрыться раньше времени и не попасть в лапы заговорщикам.
Он хотел спасти мир. И сделал это.
Моё сердце забилось, на миг я даже перестал слышать шёпот своих тиммейтов.
А мама? Сколько раз я уже слышал, что Гончая не уступала Чекану в смекалке, а то и превосходила. Да, мой отец грезил во вселенских масштабах, а мама думала намного мельче, более приземлённо.
Она хотела, чтобы они сами спаслись. Чтобы чета Чекановых после всех этих катаклизмов осталась жива. Ведь ради этого и были все заморочки с дриадами. Я прямо чувствовал, что зёрна граната — ключ к разгадке, где сейчас мои родители.
Всё как-то отступило на второй план. Предстоящая игра в нубобол, развитие моей команды…
Нет, Гончар, если мы останемся слабыми, ничего не получится. Ты не сможешь пройти путь отца.
Я, поджав губы, заставил себя вернуться из мечтаний о светлом будущем, и, опустошив кошель, поднял голову. Остальные тоже вытаскивали запасы, и вскоре перед нами образовалась кучка.
Пять свитков возвращения, столько же свитков воскрешения. Три зелья здоровья, и ни одного, твою же за ногу, зелья от Кента. Ух, как я сейчас хотел иметь в запасе его бурду.
Тут же были моя коробочка с зёрнами граната и ветка с дерева мангольеров.
Я потёр подбородок… Не густо.
У Бобра обнаружилось неиспользованное «зелье храбрости». Нормальное, купленное на складе, так и не использованное. Правда, нубское.
А ещё у нас были ограничены запасы снарядов для Биби. Мы с ней насчитали пятнадцать выстрелов. Для того, чтобы пройти до того портала, этого может не хватить.
Глядя на тёмный коридор, начинающийся за углом, я пытался вспомнить, какой путь в прошлый раз прошёл. Кажется, там должно быть… Собака-мутант в клетке? Или нет?
 
— Погоди, братан, — вдруг сказал Бобр и указал пальцем на свитки возвращения.
Я сам уставился, открыв рот. Пипец, а что сразу-то не догадался?
— Я так подозреваю, — подал голос Толя, — Что на территории Сито эти свитки не подействуют.
— Да ладно, Толян, а вдруг лоханулись, а? Там же сейчас бойцы Министерства сюда валят… — Боря поднял свиток, — Вдруг дыра в системе безопасности?
Я молча смотрел, как он раскрывает лист, смотрит, начинает читать. Тут меня осенило, и я схватил его за руку.
Поздно…
— Что? — спросил Боря.
— Ты успел прочитать? — в панике я посмотрел на неактивированный свиток.
— Ну да, — вздохнул Бобр, сворачивая лист обратно, — Только он не работает.
Я с опаской посмотрел на плиту, закрывающую вход к нам в каты. А может ли быть такое, что попытки вылета из Сито как-то отслеживаются?
Вполне возможно, что я зря паникую. Но если мои страхи обоснованы, гоблины тут покажутся нам цветочками.
— Всё, дубинки в руки, и вперёд, — я указал на коридор, но тут же Лекарь зашипел:
— Ш-ш-ш…
Мы все замолчали. Я ничего не слышал, но Толя прошептал:
— Сюда идут гоблины.
Заметавшись взглядом по пустому помещению, я вспомнил — в прошлый раз здесь лежали трупы, около десятка убитых гоблинов.
Пипец, Гончар, разгоняй мозги. Были трупы, значит, гоблины откуда-то взялись. Значит, у них сюда ходит патруль, проверять вход в родные катакомбы.
— Сколько их?
— Не могу разобрать, — Лекарь поморщился.
Боря, опуская забрало шлема, кивнул нам:
— Ну что, братва, сбацаем рок в этой дыре? Заряжай, Толян, — и танк засопел от смеха, глядя на помятый бубен в руках Лекаря.
— Всё, хватит болтать. Их будет с десяток, и это не Батонские кухонные добряки, — буркнул я.
Рассредоточившись, мы заняли позиции перед тёмным проёмом, прижавшись к стене. Выключили мобильники, стали ждать.
Вскоре забрезжил свет, неровные всполохи факелов стали разгонять темноту. К нам прилетали отдельные слова: гоблины переругивались, шутили, смеялись. И казалось, патруль особо сюда и не спешил.
— А ну, стоять, на! — чётко долетело до нас.
Судя по всему, гоблины уже завернули за последний угол и скоро должны были выйти из коридора.
— Чего, нах?
— Выпил до хрена, — буркнул первый.
— Ой, ну ты кирдык, на.
— Нет, на, я бурдюк, на!
Грохнул хохот, переходящий в хрюканье, а потом вдруг послышалось журчание. Кто-то из гоблинов отливал на стенку, причём очень долго, отфыркиваясь от удовольствия.
Биби рядом со мной шмыгнула, потом прикрыла нос рукой. Фыркнула и львица.
— Слышал, на? Что за нах?
— Ни хрена.
— Точно слышал, на!
Я нервно покручивал рукоять тесла, понимая, что сейчас от меня толку не слишком много. Тоже, что ли, как Биби, таскать с собой сумку, заполненную землёй до краёв?
Шаги стали приближаться. Звякнуло железо, гоблинские стопы стали шаркать осторожнее.
Боря стоял передо мной с другой стороны от прохода. Света факелов из коридора хватало, чтобы видеть, как он оттянул булаву для удара.
— Видишь, на?
— Ни хрена.
Полоская воздух, в комнату прилетел факел. Отскочив от пола, упал посередине, освещая каменные стены. Потом из прохода показался любопытный нос гоблина…
Шипастая булава с хрустом вплющила зелёный нос в череп. Бедный гоблин ничего не успел даже хрюкнуть, как Боря вогнал ему ногу в хлипкий нагрудник.
Коротышку отнесло на своего напарника за спиной, и тот распластался на полу в коридоре, захныкав. Тут же проскочила кошка, сомкнув челюсти на затылке, и пару раз тряхнула головой.
 
— И это всё? — с сомнением посмотрел на меня Боря, — Что-то всё не так страш…
Его оборвал удивлённый возглас:
— Вы кто, на?! — в темноте коридора проявилась фигура ещё одного коротышки. Секундная заминка, а потом он, выхватив ржавый тесак, понёсся назад, раздирая тишину криками, — Хана! Всем кир…