Рабство Кольца (СИ)

Айбиби взяла свиток, стала разглядывать его и так, и этак. Бобр, державший для неё фонарик, сказал:
— А сфоткать нельзя, чего мучаемся-то?
Фонза усмехнулась:
— Я уже освоила ту защиту, которая стоит на книгах в библиотеке Баттонскилла. Теперь и мои свитки просто так не сфоткаешь.
— А на фига такие сложности-то? — спросил Бобр.
Женя нахмурилась, хотела что-то сказать, но потом пожала плечами:
— Ну, наверное, секретность…
— Туда, — вдруг сказала Биби, указав пальцем куда-то в темноту.
Мы все посмотрели в ту сторону, и, конечно, не увидели ничего, кроме абсолютной черноты.
— Чуваки, я, конечно, не хочу спорить, — Кент почесал затылок, а потом ткнул в другую сторону, — А почему, собственно, не туда?
Тут же ткнул ещё наугад:
— Или туда?
— Кент, — твёрдо сказал я, — Потому что я так сказал. Туда.
Кент хотел ещё поспорить, но только шлёпнул себя по лбу. Для него было в новинку активно взаимодействовать с группой, он от своего Тотема привык только сбегать.
Биби вернула Фонзе свиток и пожала плечами. И шагнула поближе к Блонди, подальше от шумного персика.
— Я на вашем месте сохранял бы тишину, — проворчал Лекарь.
Его глаза были закрыты, а брови нахмурены.
— Гвоздарь, что ли? — обеспокоенно спросил я.
— А это кто? — чуть ли не хором спросили Фонза и Кент.
Я махнул рукой двигаться всем в ту сторону, куда указала Биби.
Шли мы долго, больше часа, и пришлось по дороге шёпотом рассказать историю про кузнеца, в которого вселился дух древнего ремесленника.
— …того самого, который выковал топор Гимли, — закончил я, — Не помню, как зовут.
— Эол Брок, — округлив глаза, прошептала Фонза, — Очуметь просто! Я бы поговорила с ним, он наверняка помнит такие вещи, которые…
— Сеструха, это ты без нас с ним говори, — бросил через спину Бобр.
— Ага, я бы ещё советовал оставить координаты, — усмехнулся Лекарь, — Где потом искать твоё тело.
Женя судорожно вздохнула, а Лекарь вдруг зашипел:
— Тихо вы. Кажется, я что-то слышу.
— Где?
Он поднял палец к потолку:
— Там.
Естественно, «там» — это просто кромешная тьма. Мы стояли некоторое время, прислушиваясь, а потом всё же двинулись дальше.
И сразу упёрлись в ногу. Огромную, каменную, с пальцами в наш рост, покрытую слоем пыли.
— Пришли, — Биби показала, куда светить.
Статуя оказалась выдолблена прямо в стене пещеры, а между её стоп в скале оказались огромные дубовые ворота. Если даже створки ворот исчезали сверху в темноте, то уж про размеры статуи мы могли только гадать.
Но, судя по массивным ногам в каких-то сандалиях, наверняка это была статуя гнома.
— Ядрён батон, наверняка какой-нибудь король, — Бобр похлопал по каменному пальцу.
На створках висели под рост гномов массивные железные кольца, но при попытках их потянуть ворота не поддавались. Даже все вместе, с нашим здоровяком Борей, мы только кряхтели, но так и не открыли двери.
Я подошёл на всякий случай, прислонился ухом. Замочек, ты там?
Он был… Сложный механизм. Я округлил глаза, понимая, моего уровня скилла не хватает.
Уже через несколько секунд я спустился на землю, тяжело дыша и покрывшись потом. Реально, сильный замок, он будто выкачивал энергию при попытке его открыть.
— Ты как, братан?
— Без ключа не открыть, — ответил я, потом спросил у Биби, — А точно там?
Та кивнула.
— Короче, братан, — Бобр хлопнул по плечу Кента, — Доставай какую-нибудь офигенную хрень, чтоб двери разнесло.
— При всём уважении, я бы не советовал шуметь, — напомнил Лекарь.
Все присели рядом со мной, чтобы обмозговать ситуацию. Нужен был ключ.
Если все гномы ходили туда изредка, значит, ключ где-то у них. Понятно дело, что сейчас сунуться в пещеры к гномам не самая лучшая идея, а уж тем более обокрасть их.
— Биби, а есть ещё какой выход? Ничего не чувствуешь?
Биби вытянула амулет, который ей дал Молчарь. Долго тёрла кругляшок, а потом задумчиво посмотрела наверх. Мы тоже все машинально подняли головы.
— Наверное, если залезть, — с сомнением сказала Манюрова, — Но я же не знаю точно, это какие-то новые ощущения.
 
— А если ёжика рвануть, братва?
— Я же сказал, шуметь… — начал было Лекарь, но вдруг замолчал.
— Что-о-о-о? — протянули мы одновременно.
— Мне показалось, или… — тут Толя опять что-то услышал, и обречённо сморщился, — Кажется, песенка про кольцо.
У меня мурашки побежали по спине, едва я вспомнил про Гвоздаря. Нафиг, ещё этого нам не хватало.
— Так, быстрее, надо посветить наверх, — я, пошатываясь, встал, отошёл, пытаясь фонариком телефона высветить хоть что-то.
Да какое-там… Две ноги огромной статуи уходили вверх, где в темноте лишь угадывались полоски боевой латной юбки. Но и всё, больше ничего.
— Дай-ка, — Кент подошёл, вытянул из кармана бутылёк, — Помнишь, ты говорил, что зелье невидимости немного не так сработало?
Я кивнул:
— Ну да, я светился как прожектор.
— Я теперь кое-что обдумал… — Кент откупорил пробку, я почувствовал знакомый противный запах.
Персик достал из кошеля вихляющегося червячка, и девчонки с отвращением съёжились. Страшно представить, что творится в инвентаре у Кента.
Червячок нырнул в склянку с зельем, и персик ловко его закупорил. Потом перевернул, взяв за горлышко, и пару раз взбултыхал.
— Советую зажмуриться.
Вспыхнуло действительно ярко. Да так, что даже через зажмуренные веки было больно.
Но вот, первые болевые ощущения прошли, и мы, прикрываясь ладонями, смогли разглядеть своды пещеры и статую. Зелье «всевидимости» горело в руках Кента ярчайшей звездой. Бедный червячок.
— Опа-опа, я же вам гово… гово… рил, — Кент заикнулся.
— Ядрён бато-о-он, — Бобр неуверенно стал подтягивать щит.
— Это Гимли… — как будто бы невзначай вставила Фонза.
Да, статуя, вросшая спиной в скалу, действительно изображала древнего короля, которого я ещё по учебникам запомнил. Его топор возвышался где-то над нами — Гимли будто рубил врагов, подходящим к воротам.
А вот на потолке пещеры, на огромной высоте среди свисающих обломков колонн, копошились какие-то твари. Они ворочались, разбуженные внезапным сиянием, начинали уже издавать возмущённые крики.
Раскрылись пасти, полные страшенных зубов, на нас воззрились сотни глаз. Кажется, это были ближайшие родственницы болотных кикимор, только где-то в своей истории они связались с летучими мышами.
— Гончар, а вот сейчас я очень хочу услышать приказ, — неуверенно шагнув назад, прошептал Кент.
  
Глава 13, в которой дыра
 
— БЕЖИ-И-И-ИМ!
Это единственный приказ, который пришёл мне на ум. И мы так и понеслись, освещаемые ярчайшей в мире лампочкой.
Я обернулся — твари уже разворачивали крылья, разевали пасти.
Вот одна сорвалась вниз, неуверенно кувыркнулась, расправилась и стала парить под потолком. Было заметно, что существа давно не летали, и им требовалось время, чтоб набраться сил.
Отражаясь сотнями огоньков, цепкие взгляды так и следили за нами. И это было нетрудно, учитывая то, что зелье Кента было видно лучше, чем береговой маяк.
— Выруби его, балда! — заорал Бобр, — Нас же видно за километр!
Он бежал позади, подняв над головой щит, на случай атаки сверху.
Реакция Кента повеселила бы меня, если б ситуация была другой:
— Как?!
— В смысле, как? — удивлённо выкрикнул я.
— Да я это… — растерянно пыхтел рядом персик, жмурясь на лампочку в руке, — не подумал над этим.
— Во, ты настоящий алхим, — Бобр только засмеялся.
А потом танк догнал Кента, вырвал у него из руки зелье и, размахнувшись, закинул его далеко назад.
 
— Пусть любуют…
Бобр не договорил.
Шарахнуло так, что мы, оглохнув, все скопом упали, а сверху стали сыпаться обломки. На нас чудом ничего не грохнулось, хотя Бобру по щиту прилетел здоровенный камешек. Звук был, как при ударе по гонгу.