Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь

Так что, если предложат – отказываться не буду. Тем более что эта комната и этот диван могут использоваться не только для литературных штудий, но и для, скажем так, более альтернативных исследований. Я окинул изучающим взглядом крепкие коленки Аи-чан, пережившие столкновение с комитетом нравственности и уже снова задорно выглядывающие из-под юбки. Исследования, да. Есть у меня чего тут исследовать.
– Синдзи-кун, помнишь, мы тот раз поговорили? Я многое поняла, – начала Ая-чан, – но Мико, она не понимает. Я пыталась ей объяснить, но у меня не получилось. Может, ты с ней поговоришь?
– А? – Обломинго тебе, Синдзи, с клубной комнатой и исследованиями ножек Аи-чан на клубном диване.
– А я тебе ключ от клубной комнаты дам, чтобы вы поговорили. Можешь приходить сюда, пока Юки-сама нет, – продолжила Ая-чан. Так, вроде не совсем облом, режим временного доступа. Задача – втереться в доверие и потом злоупотребить им, захватить клубную комнату, и это будет только первым из моих завоеваний, впереди – весь мир! Уахаха! Темный повелитель Клубной Комнаты. Захватчик дивана. Клубного, конечно же. Пожиратель клубных печенек.
– Ну… – я почесал затылок. Психотерапевтом не был, но поговорить с девочкой за жизнь – почему бы и нет. Вернее, почему бы и да.
– Хорошо. Поговорю, – соглашаюсь я.
– Вот и славно! – вскакивает с места Ая и тут же вручает мне артефакт невиданной силы – ключ от клубной комнаты. С виду ключ как ключ – обычный, плоский, похож на ключ от почтового ящика.
– Только не на перемене, – предупреждает она меня, – лучше после уроков. Мы тогда тут собираемся…
– А можно завтра? – я вспоминаю, что сегодня у меня горячее свидание с Иошико на ринге. Или что там у них – на татами.
– Можно, – разрешает довольная Ая.
– Юки-сама разве не будет в клубе? – уточняю я, ведь конечным условием было именно отсутствие Снежной Королевы.
– Ой, я ж не сказала тебе, – подносит ладошки к щекам Ая, – она каталась на велосипеде и попала под машину. У нее перелом ребер. Но врачи говорят, что ничего страшного нет, внутренние органы не повреждены, она скоро поправится.
– Ах ты ж… – мне сложно представить Снежную Королеву на велосипеде. На любом ином транспорте, кроме как на ледяных санях. Перелом ребер? Умудрилась же.
– Она и на велосипеде ездит? Профессионально?
Снежная Королева не утруждала себя спортом в школе, и о ее увлечениях я ничего не знал.
– Да вроде нет, – неуверенно сказала Ая, – у нее даже велосипеда нет. А тут вот… наверное, решила попробовать.
М-да, подумал я, первый же опыт и – на больничную койку. Надо бы навестить ее с пакетиком мандаринов, или что тут принято больным передавать. Посидеть рядом, помолчать – все равно она со мной не разговаривает. Хотя попрусь к ней в больницу – опять получу неприятности от этого ее парня, который Принц Чарминг. А мне сейчас еще и драться нельзя, ибо Горо-сан бдит. Эх, зарегистрироваться, получать стипендию, вступить к этим, которые «Воины Сейтеки», и горя не знать. Хотя… ну вот зарегистрировался ты – и что? Драться в школе разрешат? Вряд ли.
После уроков я, как и обещал, направился на встречу с Иошико. Капитан команды тхэквондо, чемпион региональных соревнований среди юниоров, наша записная хулиганка и истинная носительница стиля «гяру» была уже готова. Она прыгала на татами, разминаясь и нанося удары в воздух. Я невольно залюбовался ею – четкая постановка движений, ноги так и порхают в воздухе, передвигается легко и непринужденно. Порхает как бабочка, жалит как пчела, одним словом.
– Эй, Иошико-тян! – кричу ей, присаживаясь на скамью, чтобы стянуть школьные тапочки.
Она оборачивается и машет рукой. Подходит ко мне. Она разгоряченная, уже согретая и в разминке не нуждается.
– Хорошо, что пришел. Вон я тебе положила, – кивает на скамью. На скамье лежит белое тренировочное кимоно, хотя нет, конечно, ни черта не кимоно. Это мы там, в далекой северной стране все называем кимоно. Для занятий спортом, каратэ там всякое – ги называется. А вот для тхэквондо – тобок. Потому как Корея.
 
Помимо тобока лежит и прочий инвентарь – перчатки, накладки на ноги, шлем и даже защитный жилет. А, я смотрю, Иошико постаралась – и раковина для паха лежит. Это намек, или я просто больной человек и везде намеки вижу? Покосился на Иошико. Пышет здоровьем, с нетерпением ждет возможности надавать мне подзатыльников. Да, я определенно больной. Романтикой тут и не пахнет.
– Хорошо. Я сейчас. – Скинул рубашку и брюки, быстро переоделся в тобок, затянул пояс, надел накладки и перчатки, попрыгал немного. Жилет и шлем решил не надевать, наша защита – маневр, а уж если такой удар, как у Иошико, пропустишь, тут и шлем не поможет. Она как раз из тех девчонок, что бейсбольные биты ногами ломают.
Взглянул на нее – Иошико была необычно красной. Перегрелась на разминке, что ли?
– Вообще-то, Синдзи-кун, у нас тут раздевалка есть, – сказала она и весело прищурилась. И я бы поверил этому веселому и непринужденному тону, но ее лицо было красным, как помидор, из чего я сделал вывод, что наша классная хулиганка на самом деле довольно невинна. Увидела одноклассника без рубашки и штанов и залилась алым цветом. Вот Майко… ну а как их сравнивать? Майко в жизни и не такое повидала, с Акирой на пару. Проснись Иошико завтра рядом со мной голоногой и в простыне, а трусы на люстре – она бы со стыда сгорела. Акира только голову почесала. Ладно, чего уж тут.
– Правила? – спрашиваю я, выходя на татами.
– Никакой борцовской техники, – озвучивает Иошико, наученная горьким опытом. Умничка. – Только удары. Э… никаких ударов головой, локтями или коленями, – продолжает она список.
– Хорошо, – киваю я, начиная разминаться. Шея, кисти, локти, плечи. Ноги так же – ступни, колени, бедра.
– Лежачего не бить. Не добивать то есть. Засчитываются удары, прошедшие чисто. Удары в защиту не считаются.
– И это приемлемо.
– Проигравший раздевается догола и кричит: «Тэнно хэйка, банзай!»
– Хорошо… что?!
– Да ладно. Это шутка. Ну, начинаем? – Иошико поднимает руки в стойку.
– Да. Начали. – Я тоже поднял руки и двинулся к центру.
С учетом всех ограничений, наложенных Иошико, у меня было не так уж и много шансов, но у меня имелся Хитрый План. Иошико тем временем не торопится атаковать, прощупывает мою защиту легкими намеками на атаки, смещается из стороны в сторону, поджидая момента. Тхэквондо – довольно зрелищный вид спорта, почти восемьдесят процентов времени бойцы работают именно ногами. Все, что надо думающему боксеру – это войти в ближний бой, пройти зону, где тебя могут атаковать ногами, и не получить пяткой в лоб. Все. Если я буду в полушаге от Иошико – бой закончится. Но это именно не бой, а спарринг, и задачи уложить ее с сотрясением мозга не стоит. Да и показать хочется, что не боксом единым, так сказать.
– Что не атакуешь? – спрашивает меня Иошико, отвлекая внимание, и внезапно выкидывает ногу вперед. Вжух! – проносится мимо моего лица ее пятка.
– А вот неохота чего-то… – говорю я, подстраиваясь под ее скорость и манеру боя.
– Барышень не бьешь? – улыбается Иошико, но улыбаются только губы, глаза остаются сосредоточенными. Опять проверяет меня прямым ударом ноги. Мае-ге-ри-ке-аге, так он называется в каратэ, как у них в Корее – без понятия. Прямой удар ногой в нос. Или лоб. Челюсть. Что попадется, то и сломается.
Внимательно слежу за тем, как она ставит ногу после удара. Это и есть мой шанс – выждать еще один удар, и на какой-то момент Иошико становится уязвимой и предсказуемой – тогда, когда она ставит ногу на татами. В этот момент она не может поменять вектор движения – на долю секунды, но мне и этого достаточно. Удар! Маваши-гери, на этот раз я не уклоняюсь, а беру удар на мягкий блок, чуть подвинувшись вперед, для смягчения удара. Тунц! Удар все равно встряхивает мое тело, довольно чувствительно так встряхивает. Преодолевая эту кинетическую энергию удара, я стремительно развернулся на передней ноге, атакуя ногу Иошико, ту, которую она только что поставила на татами. Тунц! И она падает на спину с глухим криком боли. Не перестарался ли я? Подскочил к ней, осматривая, предложил руку.