Запретное желание (СИ)

'Моя!' — рыкнул зверь. 
Я не стал противиться. Решил довериться его инстинктам и чутью. Оно его ни разу не подводило. Наконец, туман полностью пропал. Затаив дыхание, оглянулся. Ральф уже не был зол. Он снова стал человеком и с ужасом в глазах смотрел на меня. Переведя взгляд левее, чуть не заскулил. Коннор побледнел и еле держался на ногах. Он был рядом с Ральфом. В его взгляде проскользнуло облегчение, и он шумно выдохнул. Но не они интересовали меня в данную минуту.
Пальчики моей спасительницы поглаживали кожу, успокаивали и усмиряли. От удовольствия по телу поползли мурашки. Повернув голову, лучезарно улыбнулся Линаре. В ее голубых омутах плескался небольшой испуг. Но что больше всего поразило — решительность. Тяжелое дыхание, срывающееся с ее пухлых губ, привлекло внимание. Волк во мне надавил на кожу. Он хотел девушку. Во всех смыслах. Теперь я не в силах был отказать себе в маленьком удовольствии. Плевать на братьев, с ними разберусь позже, а сейчас...
— Что это было? — я уже склонился и собирался взять в плен эти манящие розовые губки.
Недовольный тон Ральфа заставил меня рыкнуть и отпрянуть от Лины.
— Нет! — упрямо выкрикнула она, останавливая меня.
Схватив за руку, держала не крепко, но уверенно тянула на себя, не позволяя броситься на Ральфа. Хотелось схватить его за глотку и вышвырнуть из комнаты. Рычание волка завибрировало в груди. Кожа начинала зудеть.
— Вон! — процедил я и указал пальцем на дверь.
Ральф лишь ухмыльнулся и скрестил руки на груди. С места даже и не думал сдвигаться. Ублюдок!
— Да почему ты злишься на него? 
Я с немым шоком уставился на Лину. От нее начала просачиваться странная энергетика. Я так и не понял, что это. Но молниеносно позабыл о злости. Стало неважно и то, почему я вообще обозлился на брата. Все внимание перешло на разъяренную пуму. Ее милое личико исказила гримаса ярости. Тело билось в небольших судорогах. Черты лица становились заостреннее, и я задался вопросом, не возникнет ли в этой кровати через несколько секунд обалденная кошечка. Волк насторожено принюхивался. Он, как и я, просто с шоком наблюдал за поведением Лины. Метнув мимолетный взгляд на братьев, отметил, что и они с интересом присматриваются. Ральф судорожно тянул носом воздух.
Вернув взгляд на пуму, застонал от разочарования. Постепенно она возвращалась в исходное состояние. Милые черты лица возвращались, и больше она не излучала... Силу? Хм... Нет, наверно это было что-то другое. 
— Котенок? — позвал ее Кон.
— Простите... — промямлила она и опустила глаза, пряча от меня свой прекрасный взор.
— За что? — сбитый с толку Ральф подошел к кровати. 
Приблизившись к ней, залез коленями и подполз к девушке со спины. Обняв Лину, уткнулся носом в шею и шумно вдохнул запах кожи. Я напрягся, ожидая ответной реакции моего зверя. Ничего не происходило. Ошеломляющая догадка ледяным потоком воды брызнула в лицо. Мой волк не видел конкурента в Ральфе. Наоборот, он был доволен, что нашу малышку успокаивают.
'Нашу?!' — вой зверя заставил вздрогнуть.
Это было очень странное слово для любого волка. Мы же собственники! Но сейчас происходило именно это. 
Рядом появился Коннор. Он устроился в ногах у кошечки и ласкал огромной ладонью ногу, поднимаясь все выше, к бедру. Волк так и молчал. Словно все было так, как надо. Братья не обращали на меня внимания, полностью уделяя его девушке. А я все следил за реакцией волка. Он притих и успокоился. Постепенно Линара расслаблялась. Запах горячки начал пробивался сквозь стены моих мыслей. 
'Нам надо поговорить!' — я обратился к братьям.
Они смерили меня убийственными взглядами. Ральф в следующую секунду завладел губами Лины и проигнорировал мое требование. Я судорожно сглотнул от нахлынувших ощущений. Что-то небывалое рвалось наружу. Кажется, я снова чувствовал себя свободным и любящим мужчиной. Смотрел на то, как брат целует кошечку, и член вдруг налился кровью и запульсировал.
'Ты точно хочешь поговорить именно сейчас?' — последние слова Коннор мысленно послал с нажимом. 
 
Бешеный запах собственников вскружил голову. Мы все его излучали. От этого дышать становилось нереально. Разум затуманивался похотью и желанием. Непременно хотелось обладать девушкой. Она должна стать нашей! 
'Черт! Нет... Но когда мы с ней закончим, нам нужно обсудить это!' — из последних сил выдавил из себя, снова обращаясь к братьям.
Кон расслабился и кивнул. Ральф с сожалением отстранился от губ Лины. Ее сердечко шумно колотилось, постоянно сбиваясь с ритма. Сама она еле дышала и хваталась за рубашку Ральфа, точно та была опорой. Брат кивнул мне. Он хмурился и явно о чем-то размышлял. 
— Боже, я умру со стыда... но... останьтесь все, пожалуйста, — Лина густо покраснела и уткнулась лицом в шею рядом сидящего Ральфа.
Он застыл и перевел вопросительный взгляд на меня. Брат до сих пор витал где-то далеко в своих мыслях. По-любому, он тоже сложил два и два. Лишь Коннору было весело. Он лучился от счастья.
— Не волнуйся, котенок, — просияв, Кон обратился к пуме, — тебе придется еще пинками выгонять нас из комнаты.
С широкой улыбкой он бесцеремонно подполз к ней и, крепко обняв, впился жадным поцелуем в губы.
  
Глава 9
 
Линара
— Боже, я умру со стыда... но... останьтесь все, пожалуйста, — волна небывалого жара накатила на меня стоило только произнести эти слова в слух.
Проворчав что-то нечленораздельное под нос, мигом захотелось укрыться от позора. Не найдя ничего лучше, уткнулась лицом прямо в шею Ральфа. Стоило лишь потянуть носом воздух, как в груди взорвался чувственный фейерверк разноцветных огоньков. Они приятно согревали изнутри, одаривая теплотой и комфортом. Хотелось навсегда запечатлеть этот запах на себе. Чаще задышав, ощутила, как сердечко ускорило ритм. Что со мной происходит? Запах Ральфа вскружил голову. Одурманил. Он стал каким-то иным. Аромат цитруса и чего-то еще... вроде сладкого и спелого. Рот наполнился слюной, захотелось выпустить клыки, глубоко вонзиться в мягкую плоть... Попробовать крови. Пума вмиг ожила и зашипела во мне, царапая когтями, точно проскребая себе путь на волю. Она принялась давить на кожу и требовать спустить ее с цепи, на которой сидела вот уже двадцать лет. Это... Это... Изумившись вновь накатившим переменам, еще теснее прижалась к источнику невероятного тепла. Запах кожи Ральфа продолжал соблазнять меня. 
Я не верила в происходящее. Так же как и в то, что случилось несколькими минутами ранее, когда ломало все кости, словно организм перестраивался. Сама не поняла, как такое произошло, но я потеряла контроль в тот момент. Могла лишь ощущать неимоверную силу, с бешеной скоростью несущуюся по венам, разливаясь непривычным жаром могущества. Пума в тот момент будто озверела. Она стремилась на волю и, будь такая возможность, прогрызла бы себе путь клыками. Кости болезненно хрустели, а мышцы скручивало спазмами, но ничего не произошло. Я не обратилась. В последний момент что-то пошло не так, и кошка притихла.
Я ждала, казалось, целую вечность, что ответит Вульф. Да и не знала, как на такое заявление отреагируют Кон с Ральфом. Мне бы хватило их с головой, как и днем ранее. Но сейчас, когда мы были вчетвером, все казалось таким правильным и естественным, как если бы мы все были связаны. Но это невозможно. Пума и волк? Глупости! Мы — враги. Так было испокон веков. Вот только сердечко отчаянно колотилось в груди, а на душе становилось спокойно, когда я находилась в крепких объятиях Ральфа. Пума довольно мурлыкала. Не отталкивала его, не противилась и не шипела. Но именно так было каждый раз, стоило мне хоть с кем-то заговорить из мужчин со своей стаи. 
— Не волнуйся, котенок, — услышав довольные нотки в голосе Коннора, взглянула на него, — тебе придется еще пинками выгонять нас из комнаты.
Радуясь, что он не осуждал, мягко улыбнулась. Кон схватил меня за талию и решительно дернул на себя. В следующий миг его губы властно овладели моими. От облегчения на душе отлегло. В животе запорхали бабочки, щекоча размахом крылышек. Его губы дразнили мои, то посасывая нижнюю, то прикусывая. Стон восторга все же слетел с губ, стоило ему лишь ворваться в глубину и схлестнуться с моим языком в древнейшем танце. Теперь я сфокусировалась на обжигающих руках Кона, которые, казалось, властвовали по всему моему телу. Оно было в его непосредственной власти. Выгибалось и извивалось. Я буквально плавилась, как свеча от огня. Горячка с каждой секундой охватывала все тело, и нужда в разрядке возрастала в стократ больше, нежели раньше. Между ног уже стало влажно. Мне так хотелось поскорее быть заполненной всеми братьями.