Единственное желание. Книга 2 (СИ)

Вернувшись обратно, он приостановился у кровати Эливерта. Тот заворочался, очевидно, разбуженный шагами Северянина.
– Что-то не нравишься ты мне, атаман… – покачал головой полукровка.
– Да ну? Вот удивил! По правде сказать, я от тебя тоже не в восторге, – хмыкнул Эливерт, но голос прозвучал тихо, вымученно.
Настя перевела встревоженный взгляд с Кайла на вифрийца, подлетела стремительно, опустилась на краешек постели, коснулась рукой бледного лица разбойника.
– Да он как огонь! Эл, ты такой горячий!
– Ага, мне все женщины это говорят. Вот и ты заметила, – атаман попытался ухмыльнуться.
– Эй, знойный парень, тебе с нами ещё плестись до окраин Кирлии, самое малое! Ты же не порадуешь нас преждевременным уходом? – не осталась в долгу Настя.
– Ну что за женщина? Золота не надо. Сама доброта!
– Наир, тащи сюда снадобья Соур! – быстро распорядился Кайл. – Чем ты её поил, помнишь?
Взволнованный лэгиарн подскочил с заветным мешочком, извлёк поспешно несколько склянок.
– Тут почти ничего нужного… Вот это от всякой заразы должно помогать.
– Главная зараза тут – я. Вы что, меня отравить удумали? – слабо запротестовал разбойник.
– О! Всё острить изволите? – скривилась Настя. – Значит, жить будешь. При смерти людям обычно не до шуток.
– Надо развести в тёплой воде… – отвлёк её Наир.
– Не надо! Я же не Соур. Я завтра утром встану и поеду хоть до самого Герсвальда, – заверил атаман, но голос уже скорее напоминал шёпот.
– Обязательно. Только сначала выпьешь всё, что я велю! – не терпящим пререканий голосом распорядилась Романова.
– Соур это не помогло…
– И ты даже знаешь почему, – тихонько шепнула Настя, склоняясь, чтобы ещё раз потрогать его лоб. Великая Мать, да у него, похоже, температура уже под сорок! – Ей не помогло, а тебе поможет. Наир, давай разводи скорее! И надо бы ещё что-то притупляющее боль.
– Вот, это можно выпить, – лэгиарн передал ей склянку.
– Лучше бы просто дали выпить… Сами-то, небось, винцо хлещете! Сразу бы всё прошло, – пробормотал Эливерт, впрочем, не особо сопротивляясь, пока Настя вливала в него пахнущую полынью мутную жидкость. – Рыжая, у тебя такие руки холодные! Как хорошо…
– Принесите мне воды! – велела Настя Кайлу. – Ледяной, если найдётся.
Позади, огромный, словно холм, застыл неподвижно Далард. На лице его отображались и тревога, и волнение, и растерянность. Он уже понял, что всё, похоже, достаточно серьёзно, но даже представить не мог, чем помочь.
В ситуациях, которые нельзя был решить с помощью физической силы, Первый рыцарь всегда терялся и чувствовал себя абсолютно беспомощным.
Настя и Наир тем временем влили в атамана ещё пару каких-то снадобий.
Кайл притащил ведро с водой. И Романова, смочив кусок ткани для перевязки, принялась обтирать пылающее лицо раненого, его шею и грудь, где не было бинтов. Руки Насти покраснели и застыли – словно Кайл зачерпнул воды из тёмных глубин Топлюхина пруда. Зато удалось сбить немного жар, а может, это зелья подействовали.
– Эл, ну как? Легче?
– Хорошо, – улыбнулся блаженно атаман. – Так прохладно стало. Уже ночь что ли? Спать хочется, аж глаза слипаются…
– Вот и славно… Вздремни! Сон лучше любого лекарства, – Настя поглаживала его по руке. – Вот проснёшься утром, а уже ничего не болит…
– Матушка так говорила… – сквозь дрёму проронил Эливерт.
Дыхание его стало глубоким и ровным, и вскоре он действительно уснул.
Настя на всякий случай ещё раз пощупала его лоб, отошла от постели, возвращаясь за стол к приятелям.
– Жар меньше… Но кто знает, что будет к утру, – задумчиво сообщила она.
– Надо уезжать отсюда, – вдруг заявил Далард. – Здесь мы его не вылечим. До моего замка от Алру день пути. Выйти с рассветом, и завтра к вечеру будем в Орсевилоне. А уж там моя мать его на ноги поставит, не сомневайтесь!
– Не спорю, миледи Вилирэн любого выходит, – кивнул, соглашаясь Кайл. – Да только я опасаюсь, что он не сможет завтра сесть в седло. И уж, тем более, целый день ехать.
– Жить захочет – сможет, – отрезал Далард.
 
– Я могу ехать вместе с Элом и помогать ему. Ворон двоих увезёт легко. Меня он знает и не укусит, – заверила Настя.
– И я могу, – кивнул Наир.
На лэгиарне весь вечер лица не было.
– Утром поглядим. А теперь… ужинать и спать! Встаём вместе с солнцем, – скомандовал Далард.
– Это всё моя вина, – тяжело вздохнул Кайл. – Я только несчастья всем приношу, только несчастья!
В голосе его прозвучало такое отчаяние, что Насте нестерпимо захотелось обнять полукровку.
– Только не начинай опять! Твоё нытьё про ужасное проклятие я слушать сегодня не расположен, – грубо вернул всех в реальность Первый рыцарь. – Давайте-ка и мы укладываться, пока страдалец этот уснул. Погодите, ещё всю ночь вокруг него плясать будем! Горячка дело такое – сейчас сбили, оглянуться не успели, опять жаром пышет.
– Скверно это, ох, как это всё скверно! – сокрушённо вздохнул Наир. – Эливерт и не такое проходил, но сегодня мне страшно за него.
– Великая Мать не оставит его! – с чувством возразила Настя.
Зачем они нагнетают? И без того на душе тревожно и сумрачно.
– Этот бродяга в неё никогда не верил… – покачал головой Северянин.
– Зато я верю, – Настя вскинула голову, дерзко глядя в бездонные синие глаза. – И веры моей, если понадобится, хватит на двоих!
  
Хозяйка Орсевилона
 
Мне бы быть звездой,
Той, что над тобой.
Видеть, что ты рядом, и что живой.
Радоваться б вместе рождению дня,
Хрупкую надежду в душе храня.
Если снова бой –
Вся моя любовь
Устремится первой, теряя кровь.
Мы уйдём от нашей с тобой войны
И моей невысказанной вины.
Анатолий Доровских
Это был настоящий рыцарский замок. Могучий бастион, сложенный из тёмных отшлифованных временем камней, с высокими крепостными стенами и множеством бойниц. Суровая твердыня, в позолоченной рамочке закатного неба, словно сошла с полотна неизвестного, но весьма одарённого художника.
Насте никогда не доводилось бывать где-нибудь в Европе, и её представление о древних замках складывалось исключительно из программ ТВ, фильмов, художественной литературы и собственного богатого воображения.
А здесь, в Кирлии, хоть уже немало дорог и земель удалось повидать, но это были небольшие поселения, и ничего подобного тоже ещё не встречалось.
Конечно, Романова побывала в Жемчужных Садах, но обитель миледи Лиэлид скорее походила на кукольный домик или дворец какой-нибудь сказочной принцессы. Ведь и сама его хозяйка напоминала, скорее, неземную фею, чем обычную женщину из плоти.
И всё-таки сейчас, глядя на удивительную крепость Орсевилона, Рыжая не в силах была отвести взгляд, понимая, что эта суровая красота – строгая, лаконичная, несокрушимая и классически правильная – гораздо ближе её душе, чем бело-золотой, воздушный, словно безе, дворец Жемчужных Садов.
– Вот это да! Провалиться мне в Лидонское ущелье! – Эливерт первым озвучил то, что, кажется, у всех в голове вертелось. – Милорд Далард, да ты счастливчик. Мне доводилось проезжать по дорогам Орсевилона, но я никогда прежде не видел сердца этой земли. А это ж просто ошалеть! По правде сказать, впервые в жизни моя разбойничья душа позавидовала рыцарской доле.
– Это очень древний замок, – с гордостью подтвердил сам хозяин представшего их глазам чуда.
– Я вижу, – кивнул Эл, даже не пытаясь скрыть свой восторг. – Рыцарь, ты хоть понимаешь, каким сокровищем владеешь?
– Не особенно, – хмыкнул Северянин. – Ты спроси у него, атаман, как часто он дома бывает!
– Всегда считал рыцарей дураками, и не зря, – вздохнул разбойник. – Так же нельзя! Милорд Далард, ну как можно променять такое на вшивые апартаменты в столице?