Дожить до весны (СИ)

– Есть еще кандидаты? – поинтересовался эльф.
– Есть, – кивнул Раэн. – Как раз этот человек особенно привлек мое внимание.
– Кто?
– Ленокс Гольбер, тридцать пять лет, мастер нитей второго ранга.
– Ого, – искренне удивилась Ирия. – В таком возрасте – и уже нити второго ранга. Очень талантливый плетельщик.
– Талантливый и амбициозный, – подтвердил Раэн. – Он закончил Юридическую академию с отличием, поступил на службу в Центральное Следственное управление Равены, где стал очень быстро делать карьеру. Но в какой-то момент эта самая карьера застопорилась. Гольберу стало тесно в Управлении. Он начал нарушать регламент, конфликтовать с коллегами, подставлять их в угоду своим интересам.
– Ну и шел бы в частные сыщики или наемники, – пожала плечами Ирия. – С его-то талантами.
– Уходить сам он не захотел. Вот только год назад попался на взятке и был с позором уволен.
– Ничего себе, – хмыкнул Илариэлл. – И что дальше?
– А дальше он исчез. Где живет сейчас и чем занимается – неизвестно.
– Ленокс Гольбер… – задумчиво пробормотала Ирия д’Эстар, откидываясь на спинку стула. – Почему это имя кажется мне знакомым?
– Все просто, – ответил ее супруг. – На последнем курсе академии он проходил в Эрнефъялле стажировку.
– Точно! Я тогда еще следователем была. А он стажировался у Соррена, кажется.
Она поднялась и пошла к стоящему на тумбе переговорнику.
– Соррен сегодня дежурит в Управлении, – пояснила Ирия. – Сейчас спросим, что он помнит про этого типчика.
Мужчины переглянулись и подошли поближе, чтобы было лучше слышно. Сначала из трубки доносились только гудки, но потом там звякнуло, и хриплый голос произнес:
– Следователь Бьорн Соррен слушает.
– Спите, Соррен? – хмыкнула Ирия.
– Немного, – повинился следователь. – Когда дома двухмесячный ребенок, только на работе и удается нормально поспать. Но в Управлении все тихо, вызовов нет.
– Понятно. Я вот что хотела спросить. У вас лет десять назад был стажер из Равены. Ленокс Гольбер. Помните такого?
Соррен ненадолго задумался, потом ответил:
– Помню.
– Что можете о нем сказать?
– Что сказать… Хм… Ну, парень он талантливый. Дар, мозги, упорство – все на месте. Но когда господин Сальструмен спросил, стоит ли после стажировки приглашать Гольбера на работу в наше Управление, я ему отсоветовал.
– Почему?
Следователь помолчал, но все же признался:
– Было в этом Гольбере нечто, что мне не понравилось. Не то чтобы явная гнильца, но… Мне показалось, он из тех людей, которые хотят жить хорошо, а за счет чего это «хорошо» достигается, для них не важно. Неправильные амбиции, в общем.
– Надо же, как интересно…
– Нет, на стажировке он вел себя безупречно и получил от Сальструмена отличную оценку. Но я медведь, хоть и всего наполовину. Иногда у меня… как бы это сказать, обостряются инстинкты. Знаете, считается, что коты чувствуют хороших людей?
– Знаю, – кивнула Ирия, покосившись на своего питомца, который свернулся клубком на плаще теневого короля Эрнефъялла и безмятежно дрых.
– Вот и у меня такое бывает. Не нравился мне этот Гольбер, в общем.
– Что ж, я поняла. Спасибо, Бьорн.
Она вернула трубку переговорника на место и глянула на мужчин.
– Гольбер становится все более и более подозрительным, – прищурился Илариэлл.
– Да, я бы назвал его нашим главным подозреваемым, – кивнул Раэн, соглашаясь. – Несмотря на то, что это все только версии.
– Нужно узнать про него что-нибудь еще, – попросила Ирия мужа. – Поискать родственников, бывших друзей, банковские счета в конце концов. Займешься?
 
– Займусь.
Эльф подошел к стулу, где висел его плащ, осторожно пересадил кота на диван и встряхнул темную ткань, чтобы избавить от кошачьей шерсти. Но быстро махнул на это дело рукой и набросил плащ на плечи.
– Мои люди составляют список тех, у кого есть дети, – он обернулся к супругам д’Эстар. – Попробуем осторожно предупредить.
– Хорошо, если поможет.
– Я очень на это надеюсь. Но интуиция подсказывает, что недавнее похищение не было последним…
***
Решив свести на нет общение с соседом, я сразу же принялась претворять это решение в жизнь. Выходя из квартиры, прислушивалась к звукам в соседней, чтобы не пересечься с Элом в общем коридоре. Проверяла, не ждет ли он меня с утра на крыльце, благо, что из моего окна был хорошо виден выход из подъезда. Задерживалась на работе подольше, а потом еще и ходила гулять, чтобы лишить ресторатора возможности позвать меня на ужин или напроситься самому.
Вот только уже на третий день я поймала себя на очень странных мыслях. Собственная изворотливость перестала радовать. Идя на работу и обратно, я украдкой оглядывалась по сторонам, но не для того, чтобы успеть смыться, если вдруг наткнусь на Эла. А тайно надеясь, что рядом остановится темно-вишневый автомобиль и его хозяин предложит подвезти. Даже жареный палтус, которого я по памяти повторила один-в-один, показался мне совсем не таким вкусным просто потому, что пришлось есть его в одиночку.
Кажется, я скучала по своему соседу-человеку. За все эти дни ни разу не вспомнила о тех, кого оставила в Имиль-та-Эли, но успела привязаться к мужчине, с кем меня связывали только пара совместных ужинов и коротких поездок. Если бы дома узнали, решили бы, что я сошла с ума. И хотя теперь мнение сородичей потеряло для меня всякий смысл и ценность, такая привязанность была просто недопустима. Нужно перебороть себя. Перетерпеть все эти ненужные эмоции, и тогда моя жизнь пойдет по тому плану, который я сама для нее придумала, без всяких неожиданностей.
Почти неделю мне удавалось избегать внимания Эла. А потом он все же смог меня подстеречь.
В последний день перед выходными я вышла из подъезда и поморщилась. Снова мело. Но как бы ни хотелось вернуться в теплую квартиру, нужно было идти. Я затянула шарф потуже и уже собиралась спуститься по ступенькам, как откуда-то сзади появилась высокая мужская фигура.
– Доброе утро, Ния.
Я узнала голос соседа, не оборачиваясь, и досадливо вздохнула. Все-таки попалась. Теперь придется объясняться.
– Доброе, – буркнула и сделала шаг вниз.
Но сильная рука чуть придержала меня, не давая спуститься. Я развернулась и возмущенно глянула на соседа.
– Могу вас подвезти, – тот улыбнулся, словно не обращая внимания на мой недовольный вид.
– Не стоит. Я предпочитаю пешком.
– Даже в такую погоду? – хмыкнула Эл.
Я покосилась в сторону, где ветер почти горизонтально нес снег, и невозмутимо кивнула:
– Даже в такую погоду. Хочу побыстрее привыкнуть к северу. Местных жителей ведь не смущают снегопады?
Но ресторатора оказалось не так уж просто провести. Он немного нахмурился и спросил: