Звёзды с корицей и перцем (СИ)

Происшедшее виделось Эльге злой пародией на стычку Рика с Нильсом Карпетом на биенском Гульбище.
Сила тяжести на Сторре больше. Немного; ровно настолько, чтобы тренированный человек чувствовал себя королём в единоборстве со смайянином. Но окажись этот Зутц чуть ловчее, ди Ронн получил бы пулю.
Если бы он сейчас погиб, у неё на глазах… Это было бы чудовищно — потерять его вот так!
Эльга постаралась отвлечься, слушая перестук своих каблуков.
Тук, тук, тук.
— Не понимаю, как вам удалось толкнуть его с такой снайперской точностью, — сказала она. — Вы же сидели спиной.
— Я видел его отражение в соуснице.
У Эльги даже не возникло охоты рассмеяться.
Обычно прогулки действовали на неё умиротворяюще. Но позади осталось уже полдюжины домов с закрытыми на ночь магазинчиками и кафе, а спокойствие всё не приходило. Из неосвещённых подворотен и проулков веяло угрозой. Всё время хотелось оглянуться, проверить — не идёт ли кто-нибудь следом.
— Не боитесь, что они захотят отомстить? Подкараулит вас вечером…
Ди Ронн отмахнулся.
— Эти молодчики храбры от скуки и безнаказанности. Тому стрелку из театра всё сошло с рук. Можете себе представить? Командование за него похлопотало. И сейчас было бы то же самое. Но за мной стоит Сторра, и тот, кто поднимет на меня руку, ответит сполна.
Прозвучало самонадеянно, однако все знали, что Сторра защищает своих граждан твёрдо и непреклонно. И штаб-лейтенант знал. Никакое высокое заступничество не спасло бы его от каторги, а то и от петли. Но кто помнит о таких вещах в пылу драки?..
— Зачем вы его ударили? — спросила Эльга. — А если бы остальные бросились на вас?
Сторрианин поглядел на сбитый в кровь кулак.
— По их бандитскому кодексу, вмешаться в поединок — дурной тон. Лейтенантик должен был сам призвать меня к ответу. Я просто его опередил. Не стреляться же в самом деле!
Эльга поёжилась.
— Без пистолета он беспомощен, как котёнок, — продолжал ди Ронн. — И это офицер. Позор! Их совсем не учат рукопашному бою? Полицейские и то лучше подготовлены.
— У них больше практики, а у этих только шагистика да муштра.
Эльга вспомнила, с каким злым азартом синие мундиры вязали военных. За зиму полк доставил Сётстаду хлопот, и полиция была рада наконец с полным правом намять дебоширам шеи.
— Скорее бы их отвели на лето. А лучше отправили в Ядовитые джунгли.
— Не стоит. Если офицеры никуда не годны, что говорить о солдатах. Мутанты перебьют этих горе-вояк раньше, чем они успеют окопаться.
Эльга держала ди Ронна под руку, чувствуя, как в нём электрическим током бродит возбуждение. Он сдерживал себя и всё же не мог не красоваться — кочет, победивший в петушином бою.
Реакция на только что пережитую опасность.
У Эльги защемило в груди: в беспринципном ловеласе, как свежая поросль сквозь прошлогоднюю листву, проклюнулся юноша из биенского сада, гордый своей силой и милостивый к побеждённым.
— Я устала, — сказала она. — Отвезите меня домой.
За следующим перекрёстком, у кинотеатра нашлось свободное такси. Ди Ронн сел сзади рядом с Эльгой и дорогой искоса поглядывал на неё, что-то прикидывая в уме.
По пустынным улицам доехали быстро.
Громада «Альбатроса» меловым утёсом врастала в ночь. Огни над парадным крыльцом вернули Эльге подобие душевного равновесия. Ди Ронн проводил её до дверей, взял за руки в тонких лайковых перчатках.
— Уверены, что хотите сейчас быть одна?
Тень от полей шляпы падала ему на глаза.
Эльга улыбнулась:
— Пистолета в руках безумца недостаточно, чтобы я упала в ваши объятья.
Он посмотрел на неё хмуро, дрогнул ртом.
— Вы язвите, значит, вы в порядке.
Нет, она не была в порядке.
Уже в лифте Эльга почувствовала себя больной и, войдя в квартиру, без сил опустилась на канапе в передней. Немой крик распирал грудь. Хотелось зарыться головой в вату и в то же время — вынуть из себя душу и вытрясти, как перину по весне, чтобы избавиться от того мутного и тёмного, что бродило внутри.
Эльга подумала, что в таком состоянии вряд ли уснёт. Стоило сделать себе успокоительного, но сейчас она была слишком слаба, чтобы навязать Конфетерии свою волю.
   
Глава 6
 
Пять лет назад
Эльга успела вынуть из печи первые сайки и крендели, когда от эры Варинг спустилась Минна, уже одетая для работы.
В просторной кухне густо пахло сдобой. Муравлёные изразцы на стенах блестели, как пирожные, облитые глазурью. Старый хозяин, у которого эра Варинг когда-то перекупила булочную, уверял, что дому двести лет от роду, и всё это время в нём пекли хлеб.
Минна прислонилась к дверному косяку, повела плечами.
— Хорошо… Тепло.
Она мёрзла от недосыпа.
У Эльги по шее, под косами, сцепленными корзинкой, струится пот. Она отёрла лоб тыльной стороной запястья (руки были в муке) и принялась укладывать булочки на противень.
— Как она?
— Опять всю ночь металась, плакала, — Минна плюхнулась на табурет у тестомеса и сладко зевнула. — Воздуха ей не хватает.
— Может, врача позвать? — предложила Эльга.
Знала, что доктор Гридинг опять разведёт руками: старость не лечится. Но хоть что-то для облегчения мог бы сделать!
Минна только вздохнула и пересела к столу.
— Я саечку одну утащу?
— Горячая, — предупредила Эльга, усмехаясь про себя: хозяйская внучка и будущая совладелица булочной могла бы и не спрашивать.
Минне недавно исполнилось двадцать пять. Ей казалось, что лошадиное лицо и жидкие, мышиного цвета волосы отпугивают от неё женихов. Эльга сказала бы, что Минне стоит поменьше брюзжать.
— Кстати, Ренар опять про тебя спрашивал, — хозяйская внучка выжидательно посмотрела на Эльгу и, не дождавшись ответа, цокнула языком. — И что тебе надо, Лелька? Видный парень, на врача учится, будешь с ним жить горя не знать. Неужели больше нравится вот так спину корёжить?
Эльга пожала плечами. У неё никогда не было недостатка в ухажёрах. Парни летели на золотые косы, как мухи на мёд. Нильс отгонял, кого мог, и сам ходил по пятам, пока полгода назад не уехал из города. Как раз в это время появился Ренар. Были ещё Корс и Эйвуд. А до того Герлоф, Хенк… Обыкновенные ребята со своими достоинствами и недостатками, кто-то лучше, кто-то хуже. Но ни один не казался особенным. Тем самым. Волшебство не просыпалось. Рик унёс его с собой в рукаве серой куртки...
Эльга кивнула в сторону торгового зала:
— Откроешь?
— Пусть Курт открывает! — Минна едва не подавилась от возмущения. — Пусть хоть что-то делает! Я ночей не сплю, а наследство пополам…
Эльга промолчала. Сколько раз за последние три месяца она сама ночевала у постели эры Варинг, помогала мыть и переодевать её, не рассчитывая даже на прибавку к жалованию.
— Говорю, пусть Патти твоя разок подежурит, — ворчала Минна. — Так нет! Он Патти свою бережёт. Срок у неё, видишь ли…
Эра Варинг осела в Биене больше сорока лет назад. Сначала ей помогали мать и сын. Потом мать умерла, сын женился и стал работать с тестем в автомастерской. Ни он, ни его дети не унаследовали страль-способностей и не могли управлять Кондитерией. Эра Варинг взяла в помощницы школьную подругу, а когда обе состарились, наняла Эльгу.
Это было два года назад. С тех пор каждый день Эльга приходила затемно, заводила тесто, месила, лепила, пекла, добавляла специи, посыпала сахарной пудрой и штрейлезем, который сама же и готовила…
Первое время думала, что не выдержит. К концу дня страшно ныли спина и плечи, гудели ноги, голова казалось набитой войлоком. Хотелось одного — спать. А утром, в такую рань, что петухи в долине ещё не подавали голоса, приходилось вновь за косы вытаскивать себя из постели. Улицы в этот час были тихи и влажны от ночного тумана, над горами плыл зеленоватый диск Сторры, окропляя крыши призрачным серебром. Чтобы окончательно проснуться, Эльга напоминала себе, что она, аттестованный страль-оператор, вынуждена служить простой булочницей. Это злило, а злость придавала бодрости.