Дитя трёх стихий. Замуж за чудовище (СИ)

– Пожалуйста, пожалуйста, Шер, миленький быстрее, – шептала я, тяжело дыша, и понимая, что меня вот-вот настигнут. Ох, и некрасиво получится. Но Шер уже запылал ярче на моей ладони, создавая новый проход в куполе. 
Надеюсь, за грохотом собственных шагов Роу не успел понять, куда нырнул злоумышленник, подслушавший его на крыше. 
Я уже запрыгнула в постель, когда сообразила, что если я могу определить цел купол или повреждён, то для того, кто его создал, это и подавно проблемой не станет.  С ужасом потянулась стихией, проверяя, насколько быстро стягивается отверстие, и не обнаружила его. На соседней подушке свернулся колечком Шер, еле заметным ночным светильником. Когда это его огонь успел растерять яркость? Мысли в голове еле шевелились, но одно предположение возникло. Малыш соображает быстрее меня, и похоже, он умеет не только заглатывать силу, но и отдавать её. Иначе такое мгновенное восстановление защитного купола не было бы возможным.
Очень медленно я втянула воздух и ещё медленнее выдохнула. Спящие люди не дышат, как загнанные ящеры. Некоторое время я прислушивалась к тревожным голосам, доносящимся даже через толстую, плотно пригнанную деревянную дверь, пытаясь одновременно отдышаться. Кто-то куда-то бежал. Звенело оружие. С опаской я поглядывала на спящую Алиту, но нет, дверь и толстая стена всё-таки приглушали звуки. И моя камеристка сладко сопела во сне.
Беспокоилась я зря. Никто не вошёл проверить, насколько крепок мой сон. Когда паника схлынула, а голоса стихли, для меня стало очевидным, что заподозрить меня в способности ходить сквозь огонь просто не могли. Не знаю, проверял ли Роу целостность купола. Едва ли. Магам свойственна этакая самоуверенность. 
И мои мысли переключились на то, что я услышала. Роу ясно сказал девушке, что потерял к ней всякий интерес. Радоваться ли мне, что он так непостоянен? Или заранее подумать о своём незавидном будущем? 
Моё сердце снова забилось чаще, стало тяжело дышать. Пришлось вспомнить старый способ: подушечками пальцев я нажала через закрытые веки на глазные яблоки. Немного подержала. Сердечный ритм начал замедляться. Что ж я так разнервничалась? 
Сами собой всплыли его слова:
«В прошлом тебя не было. Сейчас ты есть. Нет не так: сейчас есть ты. А будущее зависит от тебя.»
В принципе всё понятно. Веди себя послушно, и будет тебе счастье. Вот только не из тех я, кто привык к покорности. И картина будущего открылась передо мной во всей её неприглядности. Я – жена, возможно даже не единственная, а как у его отца одна из двух, а плюсом несколько любовниц. Все с детишками. О таком ли семейном счастье я мечтала? Хотелось тихо заскулить от обиды на злую судьбу, тем более что кроме Шера никто бы не услышал. Но я же принцесса. Не так воспитана, чтобы раскисать. Эмоции рвались наружу, и, кажется, впервые я поняла правоту Алексы: «Если тебе плохо, не плачь, разозлись, не важно на кого. Лучше на себя». 
Разозлилась так, что потемнело в глазах. По крайней мере светящееся колечко Шера исчезло. 
А потом во тьме разгорелись два ярких сапфировых огня. 
Светло-жёлтый дракон поднял голову, глаза у него оказались ярко-синими, как у Шера и бездонными. 
Будущее неопределённо. Стоит ли переживать из-за того, что ещё не случилось?
Голос прозвучал у меня в голове.
– Ты проснулся? – спросила я, и в душе моей затеплилась надежда. Может, и не нужно будет ждать исполнения древних пророчеств, всё само по себе образуется.
Нет, не само, но и не тебе предназначено меня разбудить. 
– Мире? Алексе? 
Будущее неопределённо. Но ты приходи. Поговорим.
– Это не от меня зависит. Ты сам приходишь во сне.
От каждого зависит многое. 
– Я со своей-то судьбой не могу разобраться. Куда уж мне управлять тобой?
Дракон фыркнул, закатив свои синие глаза, почти как Роу:
– Сразу управлять. Откуда у всех женщин такое стремление?
Я почувствовала, как запылали мои щёки, и впрямь глупость сморозила. Попыталась оправдаться:
 
– Я не в этом смысле. Я насчёт встреч во сне. Ты ведь мне снишься, а я не умею управлять сновидениями.
От каждого зависит многое, – повторил дракон. – Есть твоя судьба и есть твоя часть нашей общей судьбы. Думай, стремись, действуй.
– Легко сказать, – услышала я свой собственный голос.
– Вы проснулись, госпожа?
Я открыла глаза. Алита уже успела раздвинуть шторы, впустив в комнату тусклый пасмурный день. 
– Господин приходил, магическую защиту снял. А я успела сбегать на кухню. Здесь всё, как у нас, почти. Даже еда такая же. Но я ничего не принесла. Господин сказал, что завтракать будете вместе с его матерью в малой гостиной. Вот я и разузнавала всё, где, да что, – возбуждённо щебетала Алита, расплетая мне волосы, чтобы расчесать и привести в порядок. 
Что-то смутило меня в её интонациях.
– Ты чего-то не договариваешь, – я резко повернулась, рискуя потерять прядь волос, которую Алита не успела выпустить из рук, зато успела посмотреть ей в глаза, прежде чем она их отвела. – Что случилось?
– Я слышала разговор двух стражников, – шёпотом ответила она. – И господин знает, что я слышала. Он меня остановил, и пригрозил, что, если я вам скажу, он найдёт для вас другую камеристку. 
– Вот как? Моё мнение ничего не значит? – я начала закипать.
– Не в этом дело, он не хочет вас волновать. Это забота о вас.
– Ну если мне что-то угрожает, я предпочту знать. Рассказывай. Я не выдам. Ты же понимаешь, что не в моих интересах тебя терять. Помнишь, что ты мне обещала? Что станешь моими глазами и ушами на новом месте.
Алита закивала. Да её и саму явно разрывало от какой-то новости.
– Хорошо, – решилась она и, оглянувшись на дверь, зашептала. – Ночью в крепость проник кто-то из магов-воздушников.
– С чего ты взяла? 
– Я же сказала, стражники говорили. Господин – он ведь маг. Он и почувствовал магический след. 
Отлично! Я с трудом сдержала довольную улыбку. Роу всё-таки меня учуял, точнее след моей воздушной магии, и не усомнился в прочности своего огненного купола. И сделал единственный возможный вывод. 
– Я поняла, не беспокойся, я буду внимательнее, но ему не скажу ничего, – успокоила я Алиту.
Нет, конечно же, нехорошо, что я устроила переполох, но, с другой стороны, лишняя настороженность охраны мне не повредит. Ведь мёртвую випру кто-то подкинул. 
Алита, которая избавилась от гнетущей её новости, продолжила трещать о том, что видела на кухне. А я поняла главное: она была довольна, обнаружив, что чампы такие же люди, и едят на завтрак то же, что и мы, а не младенцев, как пугали нас невежественные рассказчики. 
Кстати, о младенцах… я переключилась на свою ночную вылазку. 
Будущие отношения с Роу непредсказуемы. И мне надо это принять и быть настороже. Но вот ребёнок этой девушки, он ведь уже почти реален, хоть и не родился ещё.
Как распорядится Роу? Как вообще чампы относятся к детям? Что для них бастарды? Удалит ли он свою бывшую вместе с ребёнком? Если да, то будет ли это правильно по отношению к невинному созданию?
У нас в Хорнии бастарды росли вместе с законными наследниками, только прав на наследство не было. Но была возможность – наравне с другими аристократами служить королю, и верной службой добывать себе земли и титулы. А девочек выдавали замуж чаще всего не по любви, а с выгодой. Я тяжело вздохнула. 
А как здесь? Если у них такие же порядки, он её оставит. И она всегда будет перед моими глазами немым укором. Или не очень немым. 
В общем, чем дольше я размышляла, тем меньше понимала, как себя держать с мужем. Ну как? Делать вид, что ничего не знаю. 
«Будущее неопределённо», – сказал дракон. Сон это или явь, неважно. В конце концов, Алия говорила примерно то же самое только другими словами. О Асхар, как мне не хватает её мудрости.