Загнивающий Эльфланд (СИ)

— Об Илоне по-прежнему нет никаких сведений? — к Покровительнице магических искусств Великая императрица всегда питала нежные чувства.
— Ни слухов, ни весточки, — Факандра была вынуждена брать неприятную инициативу чаще других, чтобы хоть немного укрепить свои пошатнувшиеся после дипломатического провала позиции. — Учитывая, сколько прошло с тех пор времени, Илона или Тиаван уже обязаны были объявиться, будь они живы и на свободе. Наши разведчики несколько раз прочёсывали район той самоубийственной вылазки, но никаких следов не нашли. Правдисты в стане Горрыка пробовали расспрашивать пленников, но особо примечательных новичков тоже замечено не было. Вряд ли столь значимые фигуры остались бы долго неузнанными, попади они в плен. Это не обязательно должно означать, что Илона и Тиаван сгорели в пламени драконов дотла или были съедены, но ведь и пропасть сквозь землю они тоже никак не могли? Не знаю, что делать, надеяться на чудо или смириться с потерей — ясно лишь то, что чародеи больше не могут оставаться без Покровительницы. Осмелюсь предложить свою…
— Даже не надейся, Факандра, — брови Белегестель нахмурились. — Раз уж ты не сумела найти общий язык с прямолинейными гномами и примитивными орками, доверять тебе руководство над капризными чародеями стало бы для империи актом самоубийства. Я уже начала готовить для Илоны преемницу. Не думаю, что от моей ставленницы вы будете в особом восторге, но вот волшебники возражать точно не станут.
— Кто-то из Избранных? — невольно сузила глаза помалкивавшая дотоле Скабеевель. — Глава партии?
Белегестель кивнула:
— Махнолла из «Мамы — Анархии». И даже не вздумайте мне перечить! Это единственный кандидат, на котором сошлось большинство чародеев, и это при том, что Илона курировала совершенно другие партии. Вот что может сделать интересная философия, а не безмозглые популистские лозунги! Умные хотят видеть над собой только умных, но вы слишком долго не учитывали их интересы, гонясь лишь за массовостью.
— Боюсь, это решение может аукнуться в будущем. Анархия всё-таки крайне опасная штука…
Как и предрекала императрица, Покровительницы такое решение не одобрили. Каждая хотела видеть на столь важном посту свою эльфийку, а не независимую сильную личность. Однако Белегестель не была настроена обсуждать эту тему:
— Махнолла не представляет угрозы. Она слишком увлечена своими консенсусами — среди магов, каждый из которых считает себя пупом земли, ей самое место. А вот Покровительница военного ремесла тревожит меня с каждым днём всё больше. Похоже, она на полном серьёзе собирается сражаться на материке до последнего, даже будучи абсолютно уверенной, что победа над Третьей Ордой сейчас невозможна. На мой приказ приготовить к эвакуации на острова чистокровных солдат она ответила, что на острова улетят либо все, либо никто. Якобы, полукровки и варвары заслужили своей кровью право считаться полноправными гражданами Эльфланда. Что за вздор! Эльфланд от слова «эльф», а не «человек» или «гном»!
— Тинтур всегда испытывала странную привязанность к мужчинам и чужим расам, — добавила свои пять грошей Факандра.
— Я точно знаю, что наша экономика не справится даже с текущим притоком беженцев на острова. Слишком мало свободных земель — даже если удастся через несколько лет расселить всех в более или менее достойных условиях, то прокормить такую толпу точно никоим образом не получится, — Мервиль, как всегда, рассуждала в исключительно прагматичном ключе.
— После устроенных гномами с людьми беспорядков, об их допуске на острова не может идти даже речи! Разнесут здесь всё к орочьей матери! Вы же видели, как они поступают с теми, кто им не нравится, а на островах граждане привыкли открыто выражать своё мнение, — Скабеевель, как ей казалось, заботилась сугубо о благополучии стержневой расы. Все остальные «сентиментальные подробности» ситуации являлись для неё незначительными.
— Иногда бывает необходимо пожертвовать малым ради спасения целого. Мы предоставляли гномам и людям убежище, когда это было в наших силах. Даже несмотря на все сопутствующие расходы и неудобства, невзирая на чёрную неблагодарность и все прочие непотребства на грани вредительства. Но сейчас, когда речь идёт о выживании нашей собственной империи, рассуждать об абстрактной морали не просто бессмысленно, но опасно! — на всегда таком спокойном лице Белегестель разыгралась настоящая буря эмоций. — Я дала Тинтур второй шанс, но не похоже, что она выполнит мой приказ. Непослушание императрице сурово карается и в мирное время, но во время войны за такое своеволие полагается смертная казнь! Сейчас Тинтур окружена тысячами верных лично ей воинов, а значит, привести приговор во исполнение невозможно. Но в моей власти лишить предателей на материке дальнейшей поддержки!
 
Дарительница обвела троих Покровительниц тяжёлым взглядом:
— Я хочу, чтобы вы донесли через всех своих общественных деятелей послание нашим солдатам на континенте: возвращайтесь на острова. Хватит гибнуть в бессмысленной войне за чужие расы — эльфы нужны эльфийкам здесь и сейчас! Построили из себя воинов, удовлетворили амбиции, похоронили друзей и товарищей? Вот и славно, пускай варвары дальше сами грызутся между собой, а вы, чистокровные самцы, возвращайтесь. Прошли те времена, когда мужчин боялись и презирали, теперь за вас борются самые прекрасные женщины, так чего же ещё вы хотите?! Вашему честолюбию будет где развернуться. Крепких рук и других твёрдых органов давно не хватает. Возвращайтесь, пока есть такая возможность.
Белегестель немного подумала и добавила:
— Назначьте крайним сроком для эвакуации конец лета. Потом отзовите все летающие корабли с континента. Больше не снабжайте армию, напротив, постарайтесь по-тихому вывезти с материка всё возможное продовольствие. Оно нам понадобится самим, — Великая императрица поднялась с изящного стула. — Империя превыше всего, а империя там, где верные её владычице граждане! Те, кто отказываются выполнять приказы, сами выбирают свою судьбу. Они перестают быть заботой империи. А вскоре перестают быть уже окончательно.
  
Глава 37. Равноценный обмен
 
Люди плачут над вымыслами поэтов, а на подлинные страдания взирают спокойно и равнодушно.
Исократ
Для армии Эльфланда всё складывалось наихудшим образом из возможных. К внешнему врагу добавился внутренний, причём козни строились на самых верхах.
Вместо беженцев, на острова по-тихому вывезли изрядную часть и без того дефицитного продовольствия. Стрелы и иное необходимое снаряжение больше не поставлялись. По эльфовидению с утра до ночи хаяли Тинтур, призывали чистокровных эльфийских солдат к бунту и срочной эвакуации. Сулили дезертирам прощение всех грехов, сладкую жизнь, свободу, равенство и прочие сказки для бедных.
Тинтур никого не удерживала. Немотивированный солдат, склонный к предательству, хуже отсутствия оного. Бунт в ближнем тылу поставил бы под угрозу весь фронт, и так трещавший по швам. Несколько сотен чистокровок покинули армию без всяких упрёков товарищей. Кто-кто, а Покровительница военного ремесла знала, как владычицы Эльфланда выполняют свои обещания: сбежавшие бедняги ещё горько пожалеют, что променяли солдатскую честь на бессмысленное удовлетворение изощрённых желаний ничего не представляющих собой женщин. Единственным условием для покидавших армию являлась сдача всего снаряжения — качественные доспехи и оружие ещё никого никогда не делали непобедимым, но продолжительность жизни существенно увеличивали. Пригодятся добровольцам, которым некуда отступать.
С магами дело обстояло печальнее: большинство волшебников предпочитали тяготам войны свои уютные высокие башни, а потому при первой возможности улетели на острова. Оставшиеся старались изо всех сил, но теперь орочьи стрелы накрывали защитников куда чаще.
Близился конец лета, а всю северную и центральную часть материка уже сдали оркам. По сравнению с первыми неделями после начала вторжения, продвижение Третьей Орды заметно замедлилось, тем не менее огромный численный перевес по-прежнему давал зеленокожим неоспоримое преимущество. Каким бы умным и умелым ты ни был, но если на одного приходятся десятки, а то и сотни противников, тебя просто задавят массой — это только в сказках герои рубят в капусту полчища врагов. Солдаты Эльфланда постоянно сражались и отступали, что выматывало не только физически, но и морально. Орки же имели возможность отдохнуть и порезвиться на захваченных территориях, пока их собратья бились за новые трофеи где-то далеко впереди.