Проклятье Волчицы (СИ)

Волчица облизнулась и чуть не заурчала от удовольствия. Потрясающее печенье и вкуснейший напиток! Мерлин, как же хорошо!
Голод на какое-то время был утолен.
Её тут же накрыло блаженство, и захотелось лечь рядом с этим красивым мальчиком, под его тёплый бочок, свернуться клубочком и уснуть. Она взглянула на Скорпиуса, залюбовалась его безмятежным видом и вдруг ощутила странное желание — подоткнуть одеяло, поцеловать его в лоб и спеть тихую песню. Волчица осторожно присела на краешек кровати и положила пальцы на мерно вздымающуюся грудь юноши, и тихие нежные слова сами полились из её рта:
— Бай-бай, моя лапочка,
На охоте наш папочка.
Он заячью шкурку принесёт
И нашу детку обернёт.
Бай-бай, моя лапочка,
Бай-бай, моя лапочка. (*английская колыбельная)
Что с ней происходит? Женщина замолчала и, дотронувшись до своего лица, поняла, что плачет. Солёные капли падали на её обнажённые бедра и тёплое одеяло. Она нахмурилась, не понимая этого странного порыва и последовавшей за ним реакции тела. Она так давно не плакала…
— Мама… — произнёс вдруг Скорпиус, не открывая глаз.
Она отпрянула. Сердце забилось скорее. Но не от страха. Внутри что-то сжалось от неприятного чувства потери.
— Мама, спой ещё… — кажется юноша просыпался.
И в тот же миг из коридора раздались шаги. Волчица бросилась к толстым портьерам и спряталась за ними.
— Скорпиус, ты звал меня? — этот голос заставил её закусить губу, чтобы сдержать возмущенный треск магии.
Как же она ненавидела этого типа!
***
Драко поспешил к сыну, как только услышал из его комнаты какие-то подозрительные звуки. Благо их спальни находились рядом.
Весь вечер после случившегося он ходил сам не свой. Ещё бы, в один миг он чуть не лишился единственного сына. Самого близкого человека, за которого не думая готов был отдать свою жизнь. Перед глазами вставала ужасающая картина — огромная чёрная тварь набрасывается на Скорпа, слышится хруст костей и пронзительный крик. После чего мальчишка, бледный и полумертвый, падает на землю. И как сказал Снейп, в этот миг ядовитая слюна зверя попала в кровь Скорпиуса и объединила их сущности в странную связь.
В произошедшем Драко винил одного себя. Он мог убить волчицу ещё неделю назад. Сдерживало его данное сыну обещание не трогать зверюгу и небольшое сомнение, что за убийство все-таки последует наказание. В Азкабан ему не хотелось. Двух лет, которые Драко честно отсидел там за все свои прегрешения, хватило, чтобы понять, что в эту обитель уныния и обреченности он не вернется, лучше смерть. И авроров он не вызвал только потому, что увидеть вновь кого-то из блюстителей закона спустя семь лет, как отец вышел из тюрьмы, желания не было.
А когда зверь преобразился, и они с отцом и крестным разглядели сквозь кровь, грязь и шрамы знакомое лицо, то шокированы были все трое.
Гермиона Грейнджер.
Вот кто прятался в шкуре кровожадной волчицы.
Драко и сейчас не мог в это поверить. Золотая девочка, одна из Героев войны, невыносимая всезнайка, смелая честная гриффиндорка и борец за справедливость напала на его сына и валялась грязная в клетке на его скотном дворе.
Бред… Дикость… Абсурд…
— Отец! — откликнулся сын, и Драко всё свое внимание обратил на юношу, который наконец пришёл в себя. — Мне показалось, что пришла мама и…
Парень скривился, когда, пытаясь сесть, нечаянно оперся о кровать повреждённой рукой.
— Проклятье! — он зашипел от боли, стискивая зубы.
Драко тотчас оказался рядом и помог ему усесться удобнее.
— Пришла мама? Это ты чуть не ушёл к ней… — с недовольством пробормотал он и устроился в ногах у сына, опершись спиной о деревянный столбик кровати. — Как ты себя чувствуешь?
Драко внимательно разглядывал бледное лицо юноши.
— Я в порядке, только рука словно… — Скорпиус поднял забинтованную конечность. — Как будто там что-то пульсирует… Я смогу держать перо, как думаешь? У меня экзамены скоро…
— Не беспокойся, — усмехнулся отец. — Снейп нанёс очень действенное средство на рану и напоил тебя костеростом. Всё заживёт как… Как на собаке. Но недельку тебе придётся отлежаться дома…
 
Скорпиус закусил щеку изнутри и удручённо покачал головой:
— Пап, но… я готовлюсь к экзаменам и…
— Я уже отпросил тебя у директора Голдстейна, — с нажимом проговорил Драко: сын не был прилежным учеником и такое рвение к учёбе было подозрительно и вызывало вопросы, но он не стал вдаваться в подробности. — Тебе нужно восстановить силы. Эта тварь выпила не только твою кровь, но и украла часть магической силы.
Он произнёс это без упрёка, с тяжёлым вздохом расстроенного отца, чуть не потерявшего ребёнка.
— Я… — парень понурил голову. — Отец, я доверял ей, думал, она понимает меня… Что она больше человек, чем животное… И не собирался кормить собой, это уж точно! Поговорить, помочь — это то, чего я хотел. Но что-то произошло… Она будто приманила меня…
Они помолчали. Драко не мог упрекать Скорпиуса за доброе сердце, так как видел в этом силу, неподвластную бывшему слизеринцу и военному преступнику. Сын с рождения учил его быть терпимее, потому что частенько попадал в подобные ситуации. Но в этот раз он перешёл все границы и чуть не погиб.
— Эта тварь… — Драко задумался, как бы помягче сказать. — Хм… Я знаю кто она и… ты теперь связан с ней, что самое неприятное. И поэтому в итоге у меня связаны руки, я не могу…
— Связан с ней? Как? — перебил Скорпиус, ошеломленно вздергивая брови, в его глазах вспыхнула паника. — Я теперь… Такой же оборотень, как и она?! Я её пара?
— Нет… Надеюсь, что нет, это нечто другое… — Драко задумчиво почесал подбородок. — Я ударил её, а на твоём лице появились раны, — мальчишка провел рукой по израненной щеке. — Хорошо, что я не запустил в неё смертельное заклинание, а мне очень этого хотелось. Мы бы с тобой не разговаривали сейчас, — Драко сглотнул, представляя, что, случись такое, он бы не раздумывая послал Аваду себе в голову. — Северус изучает этот вопрос, но пока дело обстоит именно так, сын.
Скорпиус задумался, вспоминая детали события, повлекшего его ранение и потёр больную руку. Она скорее всего чесалась, потому что заживала. Драко перевел взгляд на пустые тарелку и стакан:
— Ты уже перекусил?
Скорпиус проследил за его взглядом и непонимающе пожал плечами:
— Невидимой едой?
И тут Драко почувствовал это. Волны магии. Как же он сразу не увидел искажений колеблющих пространство у окна! Там кто-то прятался. Ответ напрашивался один — это Грейнджер. Только она была чужаком в его доме, но как ей удалось пробраться сквозь сильнейшее охранное заклинание?
Драко приложил палец к губам, призывая Скорпиуса замереть, а сам поднял палочку и тихонько встал с кровати.
— Гоменум ревелио! — провозгласил он, портьера на окне распахнулась, и их глазам, как вспышка, предстала обнажённая женщина.
Сначала Драко показалось, что он ослеп.
Её яркая нагота, нагло торчащая вперёд упругая грудь с тёмными сосками, плоский живот, длинные ноги и тёмный треугольничек между… Черт возьми! Всё это казалось нереальным видением среди сумрака комнаты. Голая женщина в замке, в котором даже одетых женщин не было годами.
Драко еле сдержал порыв закрыть глаза и отвернуться. Нет, он не мог себе этого позволить. Она не женщина, а дьяволица, непонятная тварь! То, что он помнил о Грейнджер, стерлось после того, как она напала на Скорпиуса…
Сучье отродье!
Он медленно подошёл к ней, угрожая палочкой.
— Что ты делаешь в комнате моего сына? Пришла добить его? — зарычал Драко, стараясь смотреть ровно в её адские глазища. — Как ты вышла из комнаты, сука?
 
Грейнджер нахально усмехнулась:
— И тебе здравствуй, добрый хозяин.
— Закрой рот, мерзавка! — выплюнул он с ненавистью.
— А то что? — дразняще нагло ухмыльнулась ведьма.
Его ладонь стремительно метнулась и ухватила её за тонкую шею.
— А то я вышвырну тебя из этого дома, как грязную собаку! — пальцы сжались сильнее, он бы мог чуть надавить и разломать её хрупкие косточки, но…