Жена для генерала (СИ)

Посреди всего этого великолепия фигура осунувшегося Бадивира смотрелась несколько не к месту. На его лице проступили скулы, цвет лица был бледновато-желтым и говорил о болезненности обладателя, зеленые глаза его величества были будто под поволокой, белки глаз налились кровью.
Мэйрилин едва узнала в этом мужчине величественного императора Бадивира, но она не показала виду и элегантно склонила голову, приветствуя главу государства.
— Хорошо, можешь поднять голову, — доброжелательно произнес мужчина и кивнул в сторону богато накрытого стола с разнообразными дессертами.
В соседней комнате мужчина в черном жадно следил за каждым действием девушки.
Мэй заняла место напротив Бадивира, который сейчас играл роль доброго дядюшки и лично разливал по чашкам черный чай. Казалось, что всех недоразумений в прошлом не было и император не затаил обиду на девушку за «кражу» цветка и расторжение помолвки с третьим принцем.
По ее лицу невозможно было понять, о чем она думает.
— Благодарю, — Мэй вежливо приняла из рук Бадивира чашку и пригубила напиток.
— О, не стоит. Все же ты, пусть и номинально, но принцесса Шаринварда и можешь считаться моей дочерью. Тем более столько лет я привык думать о тебе как о дочери в виду вашей с Валентайном помолвки, — произнес с улыбкой император.
Лихорадочный блеск в его глазах Мэй не нравился. Но в чем была причина подобного физического состояния императора она не представляла. Неужели император чем-то болен?
Несколько месяцев назад он казался абсолютно здоровым. Может быть это яд? Валентайн решил действовать?
Мэй приподняла уголки губ в вежливой улыбке, не реагирую на слова императора. Только дурак не поймет, что под этими фразами он подразумевал, что не забыл обо всем, что произошло в прошлом. Мэйрилин слышалось предостережение.
— Попробуйте эти персиковые тарталетки, очень вкусные. Фирменный дессерт от дворцового кондитера, попробуйте!
Мэй опустила глаза на придвинутое императором блюдо. Дессерт выглядел довольно эстетично и дорого. В глазах девушки промелькнула какая-то эмоция и она обвела взглядом комнату.
Мужчина в соседней комнате, наблюдающий все происходящее в приемной с помощью специального артефакта в виде одностороннего зеркала, словно через окно, торжествующе усмехнулся.
«Мэй, ах, Мэй, это и вправду ты. В этой жизни у тебя нет аллергии на персики, так чего же ты опасаешься?»
Мэйрилин осторожно откусила кусочек предложенного дессерта под внимательным взглядом императора. Атмосфера этой встречи все больше ее настораживала.
— Ваше величество, я бы хотела узнать причину, по которой вы закрыли порт.
Со стороны император и молодая девушка казались вполне гармоничными собеседниками. Мужчина соблюдал застольный этикет и ухаживал за своей спутницей, подавал ей напиток и дессерты, вежливо отвечал и держался как настоящий образец гостеприимности. Девушка была красива, каждый ее жест был грациозен и наполнен благородством.
Можно было подумать, что этих двух связывают теплые родственные отношения, какие могут быть между старшим поколением и младшим в семье.
Но это было не более чем поверхностная игра.
— О, это? Разве нужны какие-то объяснения? Как император, я, естественно должен заботиться о благе и жизнях своих граждан. В это году осенью бушует непогода. На море также периодически возникает буря.
— Но ведь подобное случается каждый год. К тому же, сезон дождей уже закончился, сегодня на небе нет даже туч, а море спокойное.
— Ох, вы, юная леди, разве вы смыслите в мореходстве? Даже старые министры в правительстве не осмеливаются подвергать сомнениям мои решения, — в голосе императора прозвучало предупреждение.
Мэйрилин натянула вежливую улыбку:
— Конечно же вы правы, ваше величество…
Бадивир не дал ей закончить, император закашлялся и достал из кармана трубку, умелым движением прикурил и облегченно выдохнул. Его глаза еще больше заволокло туманом.
Мэй хватило одного вдоха, чтобы понять, что это определенно не табак.
— Ваше величество, что это?
 
Бадивир блаженно улыбнулся.
— Это — подарок от главного жреца острова Космин — «Нектар богов».
Нектар богов? Главный жрец?
В голове у Мэйрилин появлялось больше вопросов. Этот «Нектар богов», это ведь опиаты! Теперь понятно, почему Бадивир находится в таком состоянии. Личность главного жреца острова еще больше начинала настораживать девушку. Этот человек определенно знал об эффекте своего «подарка». Чего он добивается?
— Ваше величество, это наркотик. Он вызывает зависимость. Это плохо для здоровья, — попыталась достучаться до мужчины Мэй, но тот ее даже не слушал, выдыхая счастливо пары дыма изо рта.
— Не тебе учить императора!
В дверях появился тот, кого Мэй желала видеть меньше всего. Ее бывший жених — принц Валентайн.
На лице бывшей невесты было написано отвращение. Она даже не пыталась его скрыть.
Глаза принца были прикованы к фигуре девушки. Валентайн подавил в себе желание и обратился к императору.
— Отец, прибыл министр торговли по тому делу. Он ожидает.
— Что ж, пожалуй, тогда я вас оставлю, — расплылся в улыбке Бадивир на прощанье и поспешил уйти.
В комнате остались Мэйрилин и третий принц.
— Как…Как ты поживала? — неловко спросил Валентайн. Им вдруг овладело смущение.
Мэй не ответила, громко отодвинув стул от стола и поднявшись на ноги.
— Мне пора, — девушка кивнула принцу из вежливости и поспешила покинуть дворец. Абсолютно бесполезная поездка. Император словно назло закрыл порт и ввел запрет на выход кораблей в море.
— Постой!
Валентайн схватил Мэй за запястье. Нежная кожа и тонкая рука в его захвате ощущалась великолепно, он не хотел разжимать пальцев. Наоборот, он хотел сжать так сильно, чтобы на белоснежном запястье появилось кольцо синяков. Он хотел отметить ее, показать, что она все еще в его власти.
Только вот Мэйрилин не собиралась позволить этому случиться. Она вывернула руку и оттолкнула его высочество. Принц не ожидал сопротивления и отлетел, опрокидывая столик с каменной статуэткой коня.
Он сидел на полу, из разбитой губы текла кровь.
— Мало? — подняла бровь Мэйрилин. К этому мужчине она испытывала лишь презрение.
Валентайн поднялся на ноги. В груди его разгорался пожар. Глаза полыхали то ли гневом, то ли страстью, а может всем сразу. Он хотел увидеть ее слабой, беспомощной. Хотел ее сломать и приковать к себе, чтобы ее душа и тело были в его власти. Будет ли она послушной, когда он уничтожит все, что ей дорого? Когда ей некуда будет бежать…
Третий принц лизнул кровь с губ и усмехнулся.
Мэй решила, что Валентайн настоящий извращенец. Выглядел он как безумец.
— Вот ты и примчалась по первому зову. Что, не такой уж и сильный твой генерал? Одно мое слово и порт будет открыт. Ну так что, не хочешь опуститься на колени и умолять? Ты же готова на все, чтобы спасти его жалкую жизнь.
Речи Валентайна не трогали Мэй, не задевали за живое. Что за ребячество! Единственное, что она узнала из его слов, так это то, что он был в курсе отравления Аррона.
Главный жрец острова Космин при дворе Шаринварда, яд, которым отравили генерала имеет связь с островом, опиаты, кронпринц Хорваш…Нужно встретиться с этим жрецом.
— …спасти этого жалкого верного пса? Неужели это и есть сила любви? Спасет эта любовь ему жизнь? — продолжал распаляться Валентайн, его улыбка становилась шире. Выглядел он таким же зависимым, как и его отец.
Мэйрилин подошла ближе, каждый ее шаг сопровождался гулким биением сердца третьего принца.
Его голова повернулась в сторону из-за удара наотмашь.
Мэй разжала кулак и смерила опешившего принца, не ожидавшего, что девушка его ударит, равнодушным взглядом. Такие даже ее презрения не заслуживают.
— Передавай привет Ноэлле, — не поворачиваясь произнесла Мэй и вышла из комнаты.
15
«Грубая и мягкая сила»
Валентайн смотрел как девушка, с которой он был помолвлен в прошлом, уходит. Его сердце словно сжали тиски. Он хотел ненавидеть ее, но в то же время не мог. Умная, сильная, ослепительно красивая…и больше не его. От захватившего его сожаления принц шумно выдохнул, но напряжение в груди не исчезло.