Гегемон Греции! (ЛП)

Беркс тоже был не менее беспомощен. На самом деле, Фриис однажды предложил позволить лидерам наемников участвовать в обсуждении и вместе планировать битву, но Куногелат решительно отказался, сказав, что это предотвратит инцидент, как с Дионисием.
(Дионисий — тиран Сиракуз, однажды он был изгнан из власти демократами. После этого он спокойно привел наемников в город и разбил демократов, тем самым обеспечив себе трон диктатора Сиракуз)
Предложение о найме наемников было предложено Фриисом, которое было обсуждено стратегами, и совет одобрил его. Затем по рекомендации Фрииса послали Беркса начать вербовку, чтобы он не вызывал подозрений.
«По данным разведчиков, в луканской коалиции более 10 000 человек. С нашей стороны у вас более 2000 солдат, у Дракоса тоже более 2000, Таранто прислал 1500 подкреплений, а Турий — 4000 с 200 кавалерией, и общее число приближается к 10 000».
Беркс закончил представлять силы обеих сторон, затем поднял ветку и сравнил ее на земле: «По плану страгоев, подкрепления Таранто будут на правом фланге, а из-за их минимальной численности к ним добавится тысяча солдат Адриана и Сеста. В центре будет стоять наша армия, но из-за последнего поражения число молодых и среднего возраста граждан Турии сильно сократилось, и из-за этого более половины из 4 тысяч солдат — граждане старше 40 лет. Поэтому мы добавим тысячу солдат из Дракоса в центре. Поскольку ваши войска опытны и сильны, ты будешь командовать левым крылом вместе с сотней кавалерии. Еще сто тарантских кавалеристов будут на правом, и, конечно, это только план. Когда дело дойдет до поля боя, он может измениться в зависимости от положения противника».
Беркс закончил объяснять и посмотрел на выражение лица Давоса.
Давос подпер подбородок одной рукой и смотрел на рисунок на земле, размышляя, и долгое время ничего не говорил.
Беркс начал нервничать.
«Не хочешь ли ты выслушать мое мнение?». — Давос поднял голову, указал на рисунок на земле и спокойно сказал: «Это распределение войск, данное Турием, должно быть относительно сбалансированным. И очевидно, что стратег хотел использовать оборону, чтобы затянуть атаку противника через длительное противостояние».
Беркс кивнул, потому что Фриис сказал нечто подобное, когда объяснял ему, почему он поступил именно так. Давос действительно заслужил свою репутацию, просто взглянув на рисунок, он смог разгадать намерения стратегов.
«Хотя я не сражался с луканцами, но я сражался со многими горными народами в Персии. Их боевые качества должны быть примерно похожи: они свирепы, но слабо организованы и плохо вооружены. Однако есть несколько проблем, о которых нужно напомнить твоим стратегам».
Давос повысил тон и сказал: «В прошлом году в битве с луканцами погибло более 10 000 граждан Турии, что означает, что почти 10 000 комплектов отличного снаряжения греческих гоплитов попали в руки луканцев. Они могут использовать это снаряжение, чтобы полностью обновить свою армию. Во-вторых, согласно моим разведданным, в луканской коалиции не менее 13 000 воинов, что на 3 000 больше, чем у нас. Это означает, что их строй будет плотнее, чем у нас, и они не только будут иметь большую силу удара и натиска, чем мы, но и угрозу зайти с фланга. Они только что одержали великую победу, и их боевой дух будет намного выше, когда они столкнутся с нами, и, насколько я могу судить, вы, турианцы, боитесь луканцев от всего сердца, и поэтому трудно сказать, кто отступит первым после долгой битвы»
Давос использует ветку, чтобы нарисовать на земле рисунки, которые представляют центр Турии: «Не забывай, ччто половина ваших сил включает «стариков».
Уверенность Беркса в том, что «греческий гоплит вступает в схватку с дикарями, не боясь их перед лицом войны», была поколеблена из-за слов Давоса.
«Хочешь услышать мой план?». — спросил Давос после молчания.
***
Парис — сын троянской царской четы Приама и Гекубы, именно он украл прекрасную Елену. Её похищение положило начало затяжной и кровопролитной войне, которая позже получит название Троянская. В военный конфликт оказались втянуты все жители Спарты и Трои. Не обошли вниманием битву и знаменитые герои. На стороне троянцев выступил Гектор – родной брат Париса, а сторону спартанцев занял Ахиллес. Фактически Парис виновник развязывания Троянской войны.
 
 Глава 78 
«Пожалуйста, скажи». — попросил Беркс.
«Расположение будет таким же, я по-прежнему буду слева, Таранто — справа, а люди Турий — в центре. Но все 2000 наемников и 200 кавалерии из Адриана, Дракоса и Сесты я поставлю слева. Затем я поведу более 4000 пехоты и 200 кавалерии, чтобы в кратчайшие сроки разгромить правое крыло врага, и, взаимодействуя с центром, атаковать сердце врага, тогда победа во всей битве будет лишь вопросом времени».
«Ты уверен, что сможешь победить врага в кратчайшие сроки после того, как мы дадим тебе право командовать 2000 наемников и 200 кавалерией?». — спросил Беркс.
«В битвах бывает столько непредвиденных факторов, что я узнаю об этом только после сражения. Однако, на мой взгляд, мой план имеет гораздо больше шансов на победу, чем тот, который ты озвучили». — Давос пытается убедить Беркса.
После долгого молчания Беркс пробормотал: «Но по мнению стратегов, их план имеет больше шансов на успех… В любом случае, я доложу о твоем предложении стратегу Фриису и остальным, они решат, принять твое предложение или нет».
Давос понял подтекст слов Беркса, на его лице появился след разочарования, но он тут же поправился: «Если вы не можете дать мне 2000 наемников, тогда 200 кавалеристов меня устроят».
Беркс покачал головой: «Ты должен знать лучше меня, что это военная традиция — иметь кавалерию на обоих крыльях. Более того, сотня из них из Таранто, и они не оставят своих соотечественников, чтобы пойти на левое крыло».
Давос не мог изменить своего решения и, подумав, спросил: «Насколько сильны подкрепления из Таранто?».
«Они должны быть сильны. Архитас дважды во главе их побеждал мессапийцев, народ столь же сильный, как луканцы». — ответил Беркс с большим уважением.
«Архитас». — Давос вспомнил это имя и решительно сказал: «В таком случае, отправь все 200 конников направо».
«Ты уверен?». — спросил Беркс в шоке.
«Для меня война — это самое важное событие, которое определяет взлет и падение города-государства и судьбу бесчисленных жизней. Поэтому этой войне, не имеющей ко мне близкого отношения, я также посвящу себя без всякого эгоизма и небрежности. Впрочем, трудно сказать о стратегах Турии, разведали ли они подробно о силе луканской коалиции? Обучили ли они заранее все свои войска, чтобы они могли взаимодействовать друг с другом в бою?».
Недовольство Давоса наконец-то проявилось в его вопросе, что заставило Беркса покраснеть от стыда. Он чувствовал, что Давос действительно вложил все силы в эту битву, и он несколько раз пытался что-то сказать, но остановился, и решительно заявил: «Давос, можешь быть уверен, что как только я закончу с лагерем Дракоса, я поспешу обратно и передам твое предложение Фриису и попрошу его серьезно рассмотреть его».
После ухода Беркса Давос сразу же позвал Асиста: «Как наши братья справляются с тренировками в лазании по каменной стене с помощью крюка для захвата?».
«Они смогли легко взобраться на каменную стену. Командир, крюк для захвата, который ты разработал, является отличным инструментом для скалолазания».
«Замечательно». — На лице Давоса наконец-то появилась улыбка: «Теперь иди на рынок и скажи Мариги, что я хочу заказать еще 20 комплектов захватных крюков, и попроси его, чтобы он настоятельно попросил кузнеца закончить их как можно скорее, максимум за 2 дня».