Гегемон Греции! (ЛП)

Более того, чтобы сохранить все в тайне для достижения цели внезапного нападения, Дионисий послал быстроходный корабль, чтобы сообщить Локри только за день до этого, поэтому Локри не был хорошо подготовлен.
В результате многие припасы с корабля были выгружены и не были вовремя убраны, они скопились в порту, перекрыв солдатам доступ к берегу, поэтому Сиракузским солдатам пришлось убирать их самим. Однако солдаты были измотаны и хотели отдохнуть после почти суточного дрейфа по морю. Тем не менее, они должны были сдерживать свой гнев, так как одно слово могло привести к стычке с портовыми рабочими.
Локрийскому чиновнику, который был диспетчером, приходилось заботиться о таком количестве кораблей, что приводило к столкновениям кораблей из-за их нетерпения покинуть скопления кораблей после разгрузки и кораблей, которые стремились попасть в порт для разгрузки. Даже произошла трагедия, когда несколько судов были повреждены и затоплены после того, как их корпуса ударились друг о друга и в итоге опрокинулись.
За пределами порта тысячи кораблей вынуждены были оставаться в море. И солдаты, и матросы стремятся пораньше сойти на берег, чтобы отдохнуть, в то время как владельцы судов с тревогой ожидают быстрого выполнения задания и отплытия. Они беспокоятся, что, хотя условия на море сейчас хорошие, климат Средиземноморья постоянно меняется, поэтому в случае внезапного шторма он обрушит все эти корабли на побережье. И не имея места, где можно было бы укрыться, они все вместе потерпели бы крушение.
Дионисий первым сошел на берег. Увидев, что в Локрийском порту царит хаос, он очень встревожился и даже рассердился на своего шурина, Демодокаса, который пришел его приветствовать.
Однако сердиться не стоит, так как проблема все еще существует и ее нужно решить как можно скорее. Поэтому Дионисию пришлось приказать своим людям, высадившимся на берег, выполнять обязанности рабочих и подчиняться командам Лкрийского портового персонала, помогать перевозить товары, очищать порт и посредничать в конфликтах. В то же время он неохотно отдал приказ разрешить всем транспортным кораблям за пределами порта высадиться на пляже возле Локри и выпустить солдат на берег.
Отдав эти распоряжения, Дионисий понимал, что даже если плохая ситуация в Локри значительно улучшится, все равно последует огромное количество проблем, и без двух-трех дней на их решение армия Сиракуз не сможет отправиться в путь.
Чтобы не волноваться, Дионисий оставил нескольких стратегов и министров отвечать за координацию и руководство высадкой. С другой стороны, Дионисий, Фидий и его партия покинули порт и вошли в город Локри.
Для Фидия это была первая поездка в Локри. Пока он внимательно рассматривал здания в городе, Дионисий мягко спросил: «Фидий, как ты думаешь, где должна быть наша первая цель атаки?».
Фидий посмотрел на него, затем на остальных, которые отстали от них и были отделены стражей. Затем он задумался, ведь он уже высказывал свое мнение тирану, когда они еще были в Сиракузах: 'Почему он до сих пор не принял решение?'.
«Я бы все равно выбрал Каулонию первой».
Услышав это, Дионисий замолчал, так как понял намерение Фидия воспользоваться тем, что различные города-государства Южно-Итальянского союза все еще не были готовы к войне и не могли достичь единства. Однако причина его колебаний заключалась не в том, что Сиракузы высадились в Магна-Греции, как волки в стаде овец, где слишком много жирных овец, не зная, какую из них съесть первой, из-за чего он страдает от расстройства выбора. Но потому, что у него уже была цель на уме, и это был Региум.
Региум выступал против него и даже унижал его. Например, они отклонили его предложение руки и сердца и женили женщину, которой он сделал предложение, на враге Сиракуз — архонте Теонии. Однако это были лишь второстепенные причины, ведь главное — богатство и географическое положение Регии.
 Глава 403 
Чтобы подготовиться к войне, Дионисий не только увеличил налоги для жителей Сиракуз и использовал все богатства своей казны, но и занял деньги у городов-государств Киренаики в Африке. Более того, он даже подумывал разграбить Дельфийский храм, потому что там хранились не только тысячи серебряных монет, но и сотни тысяч монет, которые были пожертвованы Дельфийскому храму различными греческими городами-государствами на протяжении веков. (В истории Дионисий действительно посылал наемников, выдававших себя за бандитов, чтобы разграбить Дельфы во время захвата ими Магна-Греции, но в итоге потерпел неудачу).
 
А если бы ему удалось захватить Регий, он не только напрямую получил бы большое количество богатств и восполнил бы дефицит казны, но и полностью монополизировал бы Мессинский пролив. И только за счет налогов, получаемых с проходящих мимо торговых судов, он смог бы поддерживать долгосрочную оккупацию Магна-Греции. Что касается чисто военной точки зрения — вытащить «гвоздь», которым является Регий, прежде чем армия двинется на север, — то его это не слишком заботило.
Фидий не находится в том же положении, что и Дионисий, поэтому для него естественно невозможно рассматривать войну с экономической точки зрения под колебания Дионисия. Будучи ортодоксальным спартанцем, и хотя он уже изложил свои причины выбора Каулонии перед тем, как отправиться в путь, он все же решил повторить их, чтобы укрепить решимость Дионисия: «Хотя Регий был изолирован от Южно-Итальянского союза из-за того, что был отрезан Локрием, его все равно нелегко атаковать! На карте, которую ты мне дал, на севере Региума есть гора, через которую трудно пройти, а до восточного побережья можно добраться только по узкой горной тропе. С другой стороны, вам нужно пройти через реку Монтальто, чтобы достичь западного побережья и захватить Тауранию, прежде чем открыть путь в Регий. Поэтому Регийцы сделают все возможное, чтобы защитить южный берег реки Монтальто с Тауранией, а узкая местность не благоприятна для больших сил Сиракуз, что вынуждает нас потратить некоторое время на атаку территории Регии. Пока вы будете заняты атакой на Региум, Южно-Итальянский альянс воспользуется этим моментом, чтобы сформировать сильную армию и защитить Каулонию и Терину. Они могут даже напасть на Локри, оставив нас уязвимыми а если мы будем медлить, архонт Теонии может вернуться из региона Лукании со своими основными силами, что затруднит нам ведение войны в Магна-Греции!».
Последнее предложение Фидия потрясло Дионисия. Но он все же сказал, казалось, безразлично: «Не так-то легко будет Теонийской армии под предводительством Давоса поспешно вернуться из Луканских гор. Ведь его беды только начинаются!».
«Мы сможем полностью разгромить этот союз, если воспользуемся моментом и продолжим наступление на север, пока они не готовы к войне. В это время Регий — просто рыба, попавшая в сеть и не способная вырваться. И даже если главные силы Теонии вернутся из Лукании, они уже не смогут изменить все поле боя».
Хотя Дионисий молчал, уговоры Фидия заставили его принять решение.
***
В сумерках ворота базы Южно-Итальянского союза внезапно распахнулись, вошел слуга Евлипатоса и закричал: «Теонийская армия прибыла!»
Евлипатос, уставший и сонный, не мог поверить услышанному: «Так быстро?!».
После полудня он призвал мэрию Сициллиума отправить конницу в город и за его пределы, чтобы оповестить всех горожан. В конце концов, согласно общепринятой практике греческих городов-государств, граждане Сициллиума не будут заканчивать свои семейные дела, пока не получат извещение об участии в войне, затем подберут оружие и снаряжение, хранящееся у них дома, и поспешат на площадь в Сициллиуме. Это будет уже относительно быстро, если они смогут завершить сбор и перекличку солдат послезавтра, а формирование войск, подготовка припасов и все остальное будет готово к тому времени, когда они соберутся в поход Полемарх Сициллиума — Фритинас, обещал ему, что он поведет свои войска за три дня как можно быстрее.