Гегемон Греции! (ЛП)

Войдя в город Турий, посланники почувствовали, что новый город не такой шумный и широкий, как Кротоне. Однако здесь нет большого скопления людей и шума.
***
 Глава 240 
Ровные и широкие улицы, аккуратно разделенные кварталы, опрятные и аккуратные дома, все это выдавало отношение теонийцев к гигиене и порядку. Высокий виадук, охватывающий весь город, огромные водяные колеса, которые медленно вращались, фонтаны уникальной формы и струящиеся воды по обеим сторонам дороги показывают, что теонийцы, как греки, имеют свои особенности и стремление к архитектурному искусству и технологиям.
Что заставило посланников остановиться, так это белая и возвышающаяся Триумфальная арка, внушительная площадь Нике и грандиозный и величественный зал заседаний Сената, которые ясно демонстрируют амбиции и стремление Теонии. Если бы они увидели это раньше, то, возможно, втайне посмеялись бы над самоуверенностью Теонии, но после столкновения с этим городом-государством в ходе второй Кротонской войны они ясно заметили, что этот зарождающийся город с самого начала своего основания отличался от других греческих городов-государств и имел необычайные амбиции.
Помимо всего прочего, стоит только взглянуть на храм Аида, строительство которого вот-вот завершится на дальнем холме, — только Теония во всей Греции приняла Аида в качестве своего бога-покровителя.
Пока посланники внимательно изучали центр этого быстро растущего нового города-государства, направляясь на запад к сенату, жители Турии один за другим покидали свои дома и толпами отправлялись на восток.
«Они только что сказали… О распределении земель?». — с любопытством спросил посланник Сциллиума.
«Да, я тоже это слышал». — Тогда посланник Терины прямо спросил: «Вы собираетесь выделить гражданам новые земли, которые вы только что заняли?».
«Теония не занимала эти земли насильно, все эти земли были приобретены законным путем в соответствии с нашим соглашением с Кротоном». — Плесинас, вышедший им навстречу, тут же поправил их.
Несмотря на то, что посланники не стали отвечать, они все равно жаловались про себя.
«Согласно военному закону Теоний и закону о гражданстве Теоний, а также обещаниям, данным сенатом перед войной, всем гражданам и подготовительным гражданам, участвовавшим в войне, будет выделена земля».
Плесинас продолжал, ничего не скрывая: «В соответствии с достижениями солдат в войне и фактической ситуацией с землей на северных равнинах Кротоне, Апрустума и Кримисы… Министерство сельского хозяйства и Военное министерство при Сенате проделали большую работу за это время, и сегодня день, когда они объявят результаты распределения земли, не только для жителей Турии, но также придут жители Амендолары и Нерулума, и из-за количества людей, которые придут, мы можем провести это только за пределами города, посланники, если вам интересно, вы можете пойти посмотреть на это, как только собрание закончится».
«Нам лучше сначала поспешить в Сенат и закончить его. Люди нашего города-государства все еще с нетерпением ждут нашего доклада!». — Видя, что другие посланники несколько заинтересовались, Систикос громко напомнил им об этом и воспользовался этой возможностью, чтобы скрыть свой внутренний стыд: в конце концов, Теония распределяет земли, которые они заставили Кротоне уступить.
***
Систикос знал, что эта миссия будет не такой легкой, как в прошлый раз, но он не ожидал, что все государственные деятели Сената Теонии будут очень твердо выступать против отправки войск в ответ на просьбу посланников четырех городов-государств.
«Война только что закончилась, и потери Теонии тоже велики. У нас нет достаточно денег и продовольствия, чтобы справиться с еще одной войной!.
 
«Граждане Теонии только что сложили щиты и копья и получили землю, которую им только что выделили. Все они собираются хорошенько отдохнуть и начать сажать пшеницу на только что полученных землях, пока весна еще не наступила, чтобы успеть собрать урожай, поэтому не должно быть никаких сражений!».
«Не нужно, чтобы Теония нажила себе врага в Локри и тем самым спровоцировала Сиракузы, могущественный город-государство!».
В целом, тысячи слов можно свести к одному предложению: «Теония просто хочет восстановиться и не вмешиваться».
В связи с этим посланники Сциллетиума, Терины и Каулонии выразили готовность подписать соглашение об оборонительном союзе с Теонией, как и Кротон, но государственные деятели Теонии выступили против, причина была проста: Поскольку при нынешней силе Теонии почти ни одна сила на юге Италии не осмеливается провоцировать их, в то время как Каулония, Терина и Сциллетиум время от времени подвергаются вторжению Локри и Брутти, поэтому если бы это соглашение было принято, это было бы равносильно тому, что эти три города-государства наняли бы мощный союз городов-государств для защиты своей безопасности бесплатно, что, очевидно, было выгодно только им, но никак не Теонии.
Тогда Систикос забеспокоился, потому что переговоры зашли в тупик, но он ничего не мог сделать.
В это время посланник Терины нетерпеливо сказал: «А что, если я попрошу нас присоединиться к Альянсу Теонии?».
Посланник Терины сказал это не по прихоти, потому что, когда они проезжали мимо Росцианума, Амиклес и остальные радушно принимали их. На банкете государственные деятели Рос2эцианума намеренно или ненамеренно упоминали о многих преимуществах, которые Росцианум получил после вступления в союз Теонии, и в то же время они своими глазами видели стабильность и процветание людей в Росциануме, что вызвало у посланников некоторый интерес.
Услышав это, Систикос внезапно удивился и подсознательно воскликнул: «Сипрус, ты знаешь, о чем говоришь?!»
«Чтобы спасти Терину!» — оправдывался посланник Сипрус, — «Мы, теринцы, всегда соблюдали соглашение в Кротонском союзе и всегда откликались на призыв Кротона, мы каждый год вовремя платили дань, и в каждой войне мы активно отправляли войска и продовольствие! Но то, что мы получаем сейчас в обмен — это опустошение территории Терины локрийцами. Терина — небольшой город-государство, но мы живем между Гиппонионом (город-государство, союзное с Локри, и расположенное на юге Терины) и бруттийцами. Если мы не сможем отбить Локри как можно скорее, то даже если бруттийцы не нападут, я боюсь, что все жители Терины умрут от голода!».
Систикос хотел сказать, что если у Терины закончится еда, то Кротоне поможет им.
Но он тут же проглотил свои слова. Кротон только что понес большие потери в этих двух войнах с Теонией, и из-за блокады локрийского флота весь город Кротон также столкнулся с нехваткой продовольствия. Это также является основной причиной, по которой Кротон срочно согласился, чтобы три города-государства в их союзе попросили помощи у Теонии.
Затем он громко предупредил: «Разве вы не знаете, что, вступив в союз с Теонией, вы больше не сможете заключать союзы с другими городами-государствами! Если Терина выйдет из Кротонского союза, то мы немедленно выведем наши войска, которые помогают Терине обороняться. И если враги вторгнутся в будущем, мы больше не будем оказывать Терине никакой помощи!».
Эти слова Систикоса были направлены не только на Терину, но и были напоминанием посланнику Сциллиума, Каулонии и даже Сената Теонии. В конце концов, Кротоне в настоящее время является главной силой на юге, противостоящей Локри. Поэтому если Кротон отступит, это не только принесет катастрофу другим городам-государствам, но и помешает планам Теонии.
Поэтому посланники Сциллиума и Каулонии, имевшие определенные намерения, молчали, а посланник Терины, Сипрус, в этот момент чувствовал себя так, словно ехал верхом на тигре, и ему было трудно соскочить.
Видя это, Давос медленно сказал: «Все посланники городов-государств Кротонского союза, если Теония согласится на вашу просьбу и пошлет войска для отражения Локри, то Локри и даже Сиракузы, скорее всего, направят свой гнев по поводу поражения на Теонию. Поэтому ни один здравомыслящий теониец не примет такого глупого решения, которое навредит интересам нашего собственного союза, чтобы помочь вам».