Гегемон Греции! (ЛП)
«То, что сделали Тимасион и остальные, не имеет к вам никакого отношения». — Давос прервал их и сказал с серьезным выражением лица: «У каждого есть свои мысли и своя жизнь, которой он хочет жить. Вы и другие наемники решили остаться, а не уйти, что показывает, что вы согласны с системой Теонии, вам нравится здесь жить и вы готовы стать гражданами Теонии. Поэтому идите сражаться с нами! Перед армией Кротоне пришло время вашего испытания! Используйте свою храбрость, чтобы дать отпор сомнениям других, докажите теонийцам, что мы не ошиблись в вас, а также докажите свою решимость защищать Теонию до смерти, и пусть теонийцы раскроют свои объятия, чтобы принять вас!».
«Давос прав! Ксантикл, Толмидес, давайте сражаться вместе и победим кротонцев! Отомстим за Тимасиона и остальных!».
«Прекрасно, наконец-то мы снова сможем сражаться вместе в битве!».
Аминтас и Антониос тепло приветствовали Ксантикла и Толмидеса, что принесло им облегчение.
***
Примечание автора: Четвертый том подошел к концу после того, как кротонцы собрали свою большую армию для нападения на Союз Теонии. Хотите узнать, сможет ли Теония выдержать яростную атаку кротонцев? Смогут ли они переломить ситуацию и победить? Продолжайте читать следующий том: Владыка Южной Италии
Глава 203
Утром следующего дня прибыло подкрепление из Сциллетиума и Терины, Кротон также получил информацию из Турии, что около 4000 подкреплений из Амендолары прибыли в Турию, а граждане Теонии из планов Сибариса вошли и собрались на площади Победы. Судя по количеству людей, их около 8 000, затем они переместились в военный лагерь в северной части города Турия. После этого никакого движения больше не наблюдалось, похоже, что Теония все еще ждет подкрепления из Нерулума и Лаоса.
Эта информация побудила Мило к немедленным действиям. Под его активным призывом совет принял приказ о нападении на Турий. Мило, полемарх, стал командующим армией, а другой стратег, Филедер, служил его адъютантом. Он возглавлял около 27 000 солдат, из которых 20 000 были гоплитами, а 6 500 — легкой пехотой. Из 6 500 легких пехотинцев 4 000 были воинами в легких доспехах, с кожаными щитами и копьями, но они не умели метать копья (они не являлись пельтастами). также у них было 800 конников.
Помимо регулярной армии, у них также есть большое количество рабов и завербованных людей для перевозки припасов, что делает фактическую численность всей армии до 40 000 человек.
По этой причине Кротоне организовали в своем порту большой флот, им потребовалось три часа, чтобы погрузить припасы и поднять солдат на борт. Только в полдень конвой, под эскортом флота Кротоне, отплыл на север.
После прохождения через Кримизу к нему присоединились еще 500 солдат, доведя общее число боевых подразделений до 27 500.
Поскольку весь процесс высадки в порту Кротоне был громоздким, затяжным и хаотичным, Мило стал беспокоиться, что ситуация станет еще хуже, когда они высадятся. Он и Филедерус также были весьма обеспокоены разведданными Тератуса о том, что «берег Теонии находится под наблюдением их кавалерии».
Ради безопасности они не решились высаживаться на побережье к северу от Росцианума, и вместо этого, пройдя через болото, сразу остановились в том месте, где несколько дней назад высадились Тимасион и наемники.
Мило сначала позволил кавалерии высадиться с корабля, чтобы расширить радиус наблюдения до 1 километра, а затем, убедившись в отсутствии врага, начал высадку в больших масштабах.
Бесчисленные солдаты с оружием и снаряжением, некоторые даже вели лошадей, спрыгивали с транспортного корабля и вступая в море, прибыли на берег, поскольку не было причала, рабам и свободным пришлось нести еду, палатки и другие материалы на берег.
Весь берег был заполнен плотным количеством людей, было грязно и шумно, от криков и ржания лошадей, и даже офицеры торопились.
Беспорядочное расположение припасов повлияло даже на строй солдат, так что Филедеру пришлось бить и ругать рабов.
На устранение всех этих неприятностей ушло много времени, и после всего этого дела уже смеркалось, и все смертельно устали.
Утвердив место для лагеря, Мило издал приказ со строгими требованиями: «Каждая команда должна построить прочный лагерь и расставить дозорных, небрежность недопустима!».
Поражение от Мелансея стало для них уроком. На этот раз Кротоне имеет абсолютное преимущество и даже возможность двинуться первыми, им нужно лишь неуклонно продвигаться вперед, и победа не за горами.
Захватить завтра Росцианум и сделать его передовой базой для армии и флота Кротона.
Мило уже задумал в уме следующий план военных действий и постепенно заснул.
***
В главной палатке лагеря Давос, главный военачальник Филесий, легат первого легиона Капус, легат второго легиона Дракос, капитан конницы Ледес анализировали положение противника.
На деревянном столе лежала двухметровая квадратная гладкая деревянная доска, на которой была нарисована подробная карта Магна-Грации. Филесий, державший в руках посох, указал на карту на доске и сказал: «Мы только что получили сообщение от наших разведчиков: кротонцы отправили около 30 000 солдат и высадились здесь, на побережье к югу от Росцианума. По моим расчетам, к завтрашнему дню они нападут на Росцианум».
«30,000 человек?» — Капитан кавалерии, Ледес, глубоко вздохнул: «Я боюсь, что Кротоне выслал всех своих граждан, чтобы справиться с нами».
«30 000 человек — это ничто!». — воскликнул Дракос, затем сказал: «Если третий легион сможет прибыть вовремя, плюс люди которых мы набрали, то у нас будет более 30 000 человек! И даже если у нас не будет 30 000 человек, Кротоне нам не соперник!».
Капус посмотрел на Давоса с несколько обеспокоенным видом: «Архонт, неужели мы не дождемся прибытия третьего легиона и просто отправимся прямо в Росцианум?».
Давос спокойно ответил: «У нас нет времени. На этот раз Кротон полон решимости уничтожить Теонию, вот почему они так подготовились и так быстро выступили в поход. Если мы будем ждать, это значит, что мы сдадим Росцианум. Это не только подорвет репутацию, которую Теония только что создала, но и позволит врагу войти на равнину Сибарис, что является нарушением наших предыдущих обещаний. И если мы будем сражаться с кротонцами на равнине, то победа нам не гарантирована, а если мы будем использовать защиту городской стены, то тогда война затянется, что нам не на руку».
Давос взял палку у Филесия, затем указал на изгиб, отмеченный на карте реки Трионто, и сказал: «Значит, мы должны в полной мере использовать реку!».
Что касается плана Давоса, то здесь все уже ясно. Филесий наконец открыл рот и задал вопрос: «Архонт Давос, поспешат ли кротонцы со своими войсками переправиться через реку Трионто? Я слышал, что их командир, Мило, человек с богатым боевым опытом».
Давос сказал со всей серьезностью: «Нет никакой гарантии, что любой план сработает, но Мило сейчас введен в заблуждение ложной информацией, которую я послал. То, что он так стремится собрать войска, означает, что он хочет достичь города до того, как мы закончим сбор, а это значит, что он с большой вероятностью попадет в нашу ловушку. Естественно, если он не попадется, то мы можем просто вернуться в Турий и вести долгую оборонительную битву с кротонцами».
«Он будет одурачен!» — Дракос говорил об ожиданиях всех присутствующих офицеров, потому что все они не хотят, чтобы кротонцы ступили на землю Теонии.
«Сколько у них кавалерии?». — задал важный вопрос Ледес.
«Около 800». — ответил Филесий.
Ледес сжался первым, потому что его кавалерия не имела перевеса ни в численности, ни в опыте. Поэтому единственное, что он мог сделать, это посмотреть, сработает ли тактика Давоса.
«Братья!» — Давос посмотрел на офицеров, которым не терпелось попробовать. Он знал, что не нужно их будоражить, потому что их боевой дух уже должен был подняться. Поэтому он сказал: «Уже поздно. Вы все должны вернуться в свои команды и следовать предыдущему плану. Аид благословит нас, и завтра все пройдет хорошо!».