Гегемон Греции! (ЛП)
Но дело в том, что они забыли о своем статусе наемников. Долгое время им не разрешалось входить в другие города, даже если они были завербованы этим городом.
Порт действительно сильно изменился, он не только расширил свою площадь, но и увеличил количество доков и домов, также была построена городская стена, на которой стояли солдаты и патрулировали. Чтобы попасть на территорию Союза, группе Агасиаса пришлось пройти через охрану под стеной.
Охранники на этом контрольно-пропускном пункте тщательно расспросили их и зарегистрировали, прежде чем пропустить.
Тимасион нахмурился, а затем сказал: «Агасиас, у вас здесь строгие требования. Боюсь, что другие наши братья, которые придут сюда позже, столкнутся с неприятностями».
«Это неважно. Я буду приходить сюда каждый день, чтобы забрать их». — Агасий тоже думал об этой проблеме, поэтому он просто прямо ответил ему. Три тысячи человек — не малое число, и все выразили намерение присоединиться к Агасиасу, чтобы поприветствовать своих товарищей.
Рынок Турии находится по эту сторону городской стены и тоже сильно разросся. Рядом с рынком есть еще здания: Оружейные мастерские, Суконные мастерские, Мастерские по ремонту карет, Мастерские по оснастке кораблей, Мастерские по обработке золота и серебра, Мастерские по прокату вьючных животных, Пекарни, Трактиры, Рестораны но рынок, который должен был быть шумным, казался немного пустынным.
Агасий и остальные обошли рынок и вышли на обочину дороги. Десятки кучеров окружили их: «Вы собираетесь увидеть триумфальное возвращение? Оно вот-вот начнется, если вы сейчас сядете в повозку, то, возможно, успеете!».
Хотя рынок находится всего в нескольких километрах от Турии, наемники хотят испытать ощущение езды в карете.
Карета быстро и устойчиво неслась галопом по ровной дороге. Наемники все еще предавались восторгу от скорости, когда услышали сильный шум.
Перед городом Турий стояли стаи людей, которые разразились громовыми возгласами, и только одна фраза звучала: «Они идут! Они идут!».
На западе города, навстречу нежному восходу солнца, к городу марширует длинный золотой «дракон».
Затем кучеры остановили карету, потому что впереди было много людей. Однако, стоя в карете, они все еще могли видеть происходящее.
Знаменосцы, шедшие впереди, были самыми храбрыми и выдающимися в этой кампании, Литом не ожидал, что удостоится такой чести, настолько, что с самого начала марша и до сих пор его обычное жесткое лицо было наполнено улыбками. Вот-вот он достигнет толпы, поэтому он еще раз выпрямляет грудь и высоко поднимает флаг Легиона. Аплодисменты, восклицания, похвалы собрались вместе и устремились к ним. Это как волшебное лекарство, которое сделало все его тело полным сил.
Тимасион сузил взгляд и увидел, что на вершине флага стоит величественная бронзовая статуя Аида, который держит в руках трезубец, что заставило его вспомнить слух о том, что «Давос — сын Аида».
Глядя на золотые символы и четыре золотые звезды, вышитые на флаге «Первого легиона», и слушая рассказ Агасиаса о его происхождении, все они чувствовали себя немного потерянными.
Рядом со знаменосцем легиона — военный флаг, который находился под мрачной статуей смерти с распростертыми крыльями, а на флаге вышита надпись «Вторая бригада». Первоначально четвертая бригада, которая внесла наибольший вклад в эту битву, должна быть впереди, но, учитывая мнение людей, Давос отдает эту честь второй бригаде. В конце концов, они тоже много работали и добились больших успехов, и ни у кого не возникло возражений на основании их достижений в охране крепости Лао. В качестве компенсации Давос предоставил луканцам честь быть знаменосцем легиона.
Солдаты бодро маршировали и проходили сквозь толпу с высоко поднятой головой, наслаждаясь одобрительными возгласами народа.
Наемники обратили на них пристальное внимание, любители наблюдали за волнением, а эксперты оценили этот момент. Затем Ксантикл сказал Агасиасу: «Твои солдаты превосходны. У них хороший боевой дух».
«Но они хуже нас». — возразил Клеанор, не будучи убежденным.
Агасиас ничего не сказал и только рассмеялся.
В это время Толмидес воскликнул: «Посмотрите на этих солдат, они не должны быть греками!».
Агасий устремил на них свой взгляд: Вторая бригада прошла через толпу, и на флаге было вышито: «Четвертая бригада первого легиона».
Когда это у Союза была четвертая бригада? С сомнением Агасий посмотрел на солдат, одновременно он подумал о том, что они захватили город Нерулум в Лукании. Он понял, почему Давос так поступил: «Они луканцы, раз они теперь часть Легиона, боюсь, что теперь они граждане Союза».
Глава 182
«Могут ли иностранцы стать гражданами вашего Союза?». — воскликнул Ксантикл.
Агасий не знал ситуации. Поэтому он мог дать только расплывчатый ответ: «Есть некоторые особые причины для этого, потому что наш Союз более открыт, чем другие греческие города-государства, и поэтому мы более терпимы. Кроме того, иностранцы часто становятся гражданами Союза, как, например, персидский купец, которого вы все знаете и который раньше ходил возле Давоса, а теперь он не только гражданин Союза, но и член Сената, а также старший коммерческий чиновник Союза».
Все были поражены, а некоторые даже в шутку сказали: «Раз перс может стать государственным деятелем, то разве мы, которые долгое время были с тобой и делили тяготы, не должны быть более подходящими?».
«Согласен!». — вторили некоторые люди.
Чтобы привлечь Тимасиона в Магна-Грацию, Агасий говорил нереальные вещи, но теперь он не мог взять свои слова обратно. И только Соликос, кучер, который больше не мог их слушать, вмешался: «Вы, чужеземцы, перестаньте говорить глупости. Не так-то просто стать государственным деятелем нашего Союза! Согласно Закону о государственной службе Союза Теония, гражданин должен сначала проработать в качестве государственного служащего низшего ранга не менее шести лет и показать хорошие результаты, прежде чем его повысят до государственного служащего среднего ранга. Только после пяти лет отличной работы в качестве государственного служащего среднего ранга он может попасть в Сенат. Однако, прежде всего, нужно вовремя платить налоги каждый год, активно служить в армии и участвовать в войнах, не нарушать законы и быть дисциплинированным. Думаете, так легко стать государственным деятелем? Что касается нынешних государственных деятелей, то они внесли свой вклад в создание Союза, и тот, о ком ты говорил, перс Мариги, причина, по которой порт и рынок Турии может быть таким процветающим, как сегодня, — это все его заслуга! А луканцы, Веспа и Багул, которые недавно вошли в сенат, я слышал, что именно благодаря им Нерулум смог так быстро стабилизироваться! Иностранцы, вы думаете, что только потому, что вы открыли рот, вы станете государственными деятелями? Могу я спросить, что вы сделали для Союза?».
Наемники на мгновение потеряли дар речи.
«Итак, если вы хотите остаться в Союзе и развиваться, вам следует быть более практичным, сначала став гражданином Союза». — Соликос успокоился и серьезно напутствовал их.
«Старый хрыч, надоело слушать твой бред». — в отчаянии говорили Торас и несколько молодых офицеров-наемников. Тимасион и остальные остановили их, но они уже разозлили кучера. Кучер тут же приказал наемникам выйти из повозок, а некоторые наемники, выйдя, не могли удержаться от того, чтобы не заговорить в ответ, и стороны начали спорить. Агасий пытался убедить их, и Соликос тоже убеждал своих спутников. С помощью Тимасиона и Ксантикла стороны пришли к соглашению. Их спор едва не привлек вмешательство патрулей, следивших за порядком за пределами города.
Тогда Соликос и кучер взяли плату за проезд и отогнали повозки от наемников.
Соликос посмотрел на крепкие спины наемников и сказал остальным: «Если эти люди останутся в Турии, боюсь, они станут головной болью для патруля».
Затем Тимасион негромко спросил Агасиаса: «Неужели так трудно стать государственным деятелем Союза Теонии?».