Гегемон Греции! (ЛП)
«Гераклид Младший».
«Да, его. Возглавить весь проект дороги, и пусть он возьмет группу мастеров для надзора и управления проектом в соответствии с предыдущим чертежным планом». —
«Понял, Архонт». — ответил Алексий, эдил города.
«Я могу понять причину строительства дороги, соединяющей Гераклею, Амендолару и Турий. Но зачем еще и Росцианум? Поскольку через два года Кротоне, скорее всего, начнет атаку, а Росцианум не сможет их остановить, то не будет ли врагу удобнее совершить поход после того, как дорога будет построена?». — с сомнением спросил Анситанос. Другие государственные деятели Турии также проявили беспокойство.
Тогда Давос со всей серьезностью объяснил: «Если мы построим дорогу, ведущую в Росцианум, то у нас будет более частый обмен и торговля с Росцианумом, и мы будем более тесно связаны, что сделает Росцианум более неотделимым от нас. А благодаря этой дороге наши войска и припасы смогут быстрее достигать Росцианума. Сейчас Росцианум также является нашим союзником, поэтому мы обязаны поддерживать его безопасность, в будущем Росцианум будет нашим авангардом для защиты от врага с юга. Конечно, строительство дороги также облегчит врагу путь к нам, поэтому мы должны сделать все возможное, чтобы не допустить врага на нашу территорию».
Анситанос и Куногелат были поглощены своими мыслями, одни были мотивированы этим, а другие скептически настроены
***
После напряженного дня, вернувшись в свою палатку поздно вечером, Давос обнаружил, что внутри палатки его кто-то ждет.
«Андреа, почему ты здесь? Что случилось с Хейристоей?». — нетерпеливо спросил Давос.
Андреа почтительно поклонилась: «Архонт, госпожа знает, как вы заняты восстановлением города Турии, поэтому она не хочет мешать вашей работе, но я думаю, что должна рассказать вам».
«В чем дело?». — настоятельно спросил Давос.
«Несколько дней назад госпожу тошнило, и она не могла ничего есть, и поэтому я подумала, не беременна ли она. Я попросила Герпуса осмотреть ее, и она действительно беременна».
Как только Андреа закончила говорить, Давос удивился и спросил: «Хейристоя беременна?»
«Да, Архонт».
«Отлично! Отлично!». — Давос с волнением обнял Андреа, затем несколько раз покружил ее, не обращая внимания на застенчивость Андреа.
Затем он громко крикнул: «Мартиус! Мартиус!»
«В чем дело, Архонт?». — Мартиус поспешно вошел внутрь.
«Приведи моего коня, я хочу вернуться в Амендолару!». — нетерпеливо приказал Давос.
«Архонт, уже слишком поздно, дорога небезопасна, поэтому вам лучше вернуться завтра». — возразил Мартиус.
«Я не могу ждать так долго! Она беременна! Я впервые стану отцом, поэтому мне нужно вернуться к ней прямо сейчас!». — твердо и взволнованно сказал Давос.
«Поздравляю, Архонт! Это благословение Геры! В таком случае, мы проводим вас обратно». — сказал Мартиус, который тоже был счастлив.
Группа людей галопом выскочила из лагеря, и быстрый стук копыт лошадей разбудил многих людей в лагере: «Кто так поздно едет в лагерь? Это против правил!»
«Я слышал крик, что жена архонта беременна, поэтому он возвращается домой».
«Правда? Тогда это счастливое событие!».
Поздно вечером в изначально тихом лагере стало оживленно и радостно.
***
Давос торопливо вернулся домой и побежал наверх, а потом увидел маленькую головку, высунувшуюся из двери и настороженно озирающуюся.
«Синтия!». — Он поднял свою маленькую приёмную дочь и поцеловал ее: «Уже так поздно, почему ты не легла спать?».
«Я проснулась из-за тебя». — Синтия вытерла слюну с лица своей ручкой и жалобно надула губки.
«О, простите». — Давос с улыбкой погладил ее по голове, а затем спросил: «Где твой брат?».
«Спит внутри».
«А как же твоя мама?»
Синтия колебалась и указала на главную спальню.
Давос опустил ее на пол и похлопал по спине: «Тогда иди спать».
С этими словами он направился в главную спальню.
Хейристоя рассматривала бухгалтерскую книгу под масляной лампой, когда услышала звук шагов, она повернула голову, посмотрела и удивилась: «Ты вернулся?».
«Если бы я не вернулся, ты бы держала всё в секрете от меня, верно?». — спросил Давос, притворяясь сердитым.
Затем он сел рядом с ней, обнял ее за плечи, а другой рукой прикоснулся к пухлым бедрам: «Как ты посмела не сказать мне, что у нас будет ребенок?»
«Ты уже знаешь?». — Хейристоя обняла Давоса за шею: «Андреа рассказала тебе?».
«К счастью, она рассказала мне об этом вовремя». — Давос указал на толстую бухгалтерскую книгу на столе: «Ты плохо заботишься о своем теле и нашем ребенке. Отныне Андреа и остальные будут заботиться об этих делах, ты должна дать нашему ребенку вырасти здоровым!».
Глава 152
Давос нежно погладил гладкий, но еще не набухший живот Хейристоий и сказал: «Пока наш ребенок не родится, ты не будешь напрягаться».
Несмотря на властный тон Давоса, Хейристоя наслаждалась его суровым отношением. Она положила голову ему на грудь и тихо ответила: «Понятно».
***
Давос осторожно отодвинул спящую жену, затем осторожно встал с кровати и прокрался к комнате в крыле. Затем он зажег масляную лампу в нише у окна. Вспыхнувший свет осветил бронзовую статую Геры, которая крутила свое одеяние и улыбалась.
Давос впервые опустился на колени и вознес молитву. Однако то, что он говорил, не было молитвой Гере: «Дорогие мама и папа, знаете ли вы? У вашего сына наконец-то появился собственный ребенок. Я надеюсь, что вы сможете благословить его, чтобы он благополучно пришел в этот мир, вырос здоровым, продолжил мой род и унаследовал мое положение».
***
Во дворце на острове Ортыгия Дионисий обсуждал важные дела с Филистом и Лептином. Затем к нему подошел его начальник разведки Гиппаринус и вручил ему копию разведданных.
Дионисий взглянул на нее, но не мог поверить в то, что прочитал: «Неужели это правда?».
«Когда еще подтвержденные мною сведения ошибались?». — холодно сказал Гиппаринус.
Дионисию было все равно на отношение Гиппаринуса. В конце концов, Гиппаринус был его тестем и одним из его коллег, который твердо поддерживал его в процессе получения власти над Сиракузами. Дионисий воскликнул: «Невероятно, что молодой предводитель наемников снова сумел победить. И на этот раз он одолел Кротоне, который доставлял Локри головную боль».
«Это просто подлая атака». — Прочитав информацию от своего брата, Лептинес явно не оценил то, как Давос победил.
«Брат, ты должен понять, будь то подлая атака или лобовое столкновение, если ты победил, это достойно похвалы. И он смог выиграть у противника, превосходящего его числом, причём два раза подряд. Похоже, он сильный стратег». — серьезно сказал Дионисий и вдруг вздохнул: «Давос, какая жалость, к сожалению, ты не принял моё предложение».
«Архонт, вы все еще хотите завербовать его?». — спросил Филист.
Дионисий покачал головой: «Его явно не устраивает быть просто предводителем наемников. Ранее ему уже удалось успешно стать пожизненным архонтом Амендолары, а теперь, после победы над Кротоном, боюсь, он думает о том, как подчинить себе Турий этот молодой человек не прост, и я раньше недооценивал его. Похоже, в будущем нам следует уделять ему больше внимания». — серьезно заявил Дионисий.
«Понял». — ответил Гиппаринус.
Дионисий вздохнул в своем сердце, когда увидел Лептинеса с неодобрительным взглядом. Его брат верен и старателен, но его интриги не очень хороши. Однако из-за этого он мог доверить важную миссию ему, а не тем, у кого другие намерения. Урок своего тестя, Гермократа, он должен держать в голове (Примечание: Гермократ — бывший тесть Дионисия, вождя Сиракуз, героя, возглавившего вторжение в Афины. Демократы Сиракуз были обеспокоены его диктатурой и поэтому подстрекали народ изгнать его. После изгнания он возглавил сицилийский народ, чтобы противостоять нападению Карфагена. Наконец, сиракузские демократы были крайне напуганы его блестящими способностями, подговорили его вернуться в Сиракузы и убили).