Гегемон Греции! (ЛП)

Арсинис серьезно кивнул.
Через два часа войска подошли к городу Росцианум, и все факелы были погашены. Во главе отряда Изама они подошли к среднему течению реки Трионто (Росцианум находился в устье реки Трионто), построились в восемь колонн, воины держали копья впереди и сзади друг друга (щит висел на плечах воинов, а шлем — на шее) и перешли реку вброд. Хотя этот участок реки самый широкий, его глубина не достигает даже пояса, а течение не быстрое. Помимо большого количества гальки, переправа через реку Трионто не доставила солдатам никаких хлопот.
Неподалеку находился лагерь Кротоне.
Сейчас еще глубокая ночь, и небо еще не успело просветлеть. Под руководством горной разведки каждая бригада тихо и неторопливо отправилась на заранее определенную позицию и начала ложиться и отдыхать, чтобы восстановить силы. Офицеры подошли поближе и осмотрели лагерь Кротоне, сравнив его с тем, что они видели на предыдущей карте, они начали корректировать и расставлять позиции атаки своих бригад.
Как только в восточном небе появились проблески света, офицеры начали будить остальных солдат. Пока они приводили в порядок оружие и снаряжение, капитаны взводов провели тихую предвоенную мобилизацию. Для ветеранов было просто сказать: «Эти высокомерные кротонцы набрались смелости оскорбить нашего Архонта Давоса и сожгли наши здания. Теперь мы должны заставить их заплатить за это кровью, нашими копьями и щитами».
Этого было достаточно, чтобы разжечь их гнев. Новобранцам, помимо ободрения, следует также напоминать о некоторых деталях, на которые нужно обращать внимание в бою, например: «Не сосредотачивайтесь на том, чтобы атаковать в одиночку, двигайтесь вперед вместе со всей командой. Когда копье входит в тело врага и не может быть вытащено, не тратьте время на то, чтобы вытащить его, а просто достаньте свои мечи и продолжайте рубить их» и так далее.
Арсинис начал выстраиваться вместе со своими товарищами, а затем надел свой тяжелый коринфский шлем, но он не чувствовал привычного ощущения изоляции от мира. Хотя он и не мог почувствовать своих товарищей, стоявших позади него (ведь они находятся в отдельной колонне). Однако через глазное отверстие шлема он видел не только палатки, установленные кротонианцами в сотне метров от него, но и тонкую переднюю шеренгу, сформированную его товарищами-амендоларианцами, которая, отражая свет в уголке его глаз, бесконечно тянулась вдоль местности и огибала лагерь по дуге, пока не скрылась из виду
Арсинис шагнул вперед и приблизился к лагерю Кротоне. До ближайшей палатки оставалось менее 40 метров, а впереди по-прежнему царила мертвая тишина.
Арсинис был одновременно взволнован и сожалел. Он хотел сразиться с трезвыми кротонцами, чтобы показать свое развивающееся мастерство.
В это время из передней части лагеря раздался вскрик.
Ксетипп сказал низким голосом: «Вперед!».
Затем все начали двигаться вперед. Стоящие рядом щиты терлись друг о друга и издавали низкий звук «бах-бах-бах». Ноги в кожаных сандалиях ступали по размокшей от росы грязи, оставляя ряды четких следов.
Арсинис уже давно знал о спящих врагах, лежащих за пределами шатра, но когда он встал перед ними, то засомневался.
«Сделай это!». — призывал его стоявший рядом товарищ, и в то же мгновение он вонзил копье в горло врага. Враг внезапно открыл глаза и схватился руками за горло. Он хотел закричать, но не смог издать ни звука. Его выражение лица было наполнено болью, а все лицо исказилось.
Когда его товарищ вытащил копье, кровь из раны хлынула фонтаном. Раненый враг начал тяжело дышать, отчего другой очнулся ото сна.
«Почему ты еще не убил его?». — снова сказал его товарищ. Арсинис наконец перестал колебаться, быстро выхватил копье и пронзил грудь врага.
Его товарищ повернул голову и кивнул Арсинису. Хотя выражение его лица не было видно из-за шлема, Арсинис все же догадался, что это была довольная улыбка. Вдохновленный этой улыбкой, он поборол неприятные ощущения в животе и продолжил убивать врагов, которые все еще спали снаружи палатки.
 
Перед отрядом появилась палатка, которая преграждала им путь. Ксетипп сделал жест, и десять солдат окружили палатку, а затем погрузили копья внутрь. Раздался всплеск ударов, сопровождаемый криками, когда кровь брызнула на полог.
«Арсинис» — приказал Ксетипп.
Арсинис тут же поднял свой щит, нагнулся и вошел внутрь шатра, а вскоре вышел и сказал: «Там четыре человека, двое тяжело ранены, остальные мертвы».
«Несмотря ни на что, продолжайте идти». — Ксетипп махнул рукой, затем посмотрел на Арсиниса и сказал: «Даже если тебя стошнит, не останавливайся и двигайся вперед».
После долгого марша арсини увидели врагов, выходящих из шатра группами перед ними. На них была льняная одежда с короткими рукавами, некоторые были даже обнажены, и большинство из них были безоружны.
Казалось, они еще не до конца пробудились от пьянства и сонливости. Они смотрели на Арсиниса и не понимали, что происходит, пока не увидели, как Арсинис и остальные закололи некоторых из них. Крики разбудили их, они не бросились вперед, чтобы сражаться, но в панике закричали: «Там враги! Там враги!».
Под атакой Арсиниса и остальных они бежали отовсюду. Паника и смятение заставили Арсиниса вспомнить, что когда он был ребенком, то вместе с отцом поднялся на гору и увидел овец, за которыми гнались голодные волки.
 Глава 144 
Предки Келебуса были самыми первыми переселенцами из Кротоне, поэтому им выделили большой и плодородный «пай земли», и вся его семья жила относительно богатой земледельческой и пастушеской жизнью.
Однако с течением времени и ростом торговли многие горожане-купцы приобрели удивительное богатство, использовали его для получения значительной власти на политической арене Кротоне и стали новыми дворянами Кротоне. Дед Келебуса был честолюбивым человеком, он завидовал этим купцам и больше не был удовлетворен земледелием.
Поэтому он твердо решил посвятить себя предпринимательской деятельности и завоевать светлое будущее для своей семьи. Поэтому он заложил их землю, одолжил большую сумму денег, купил несколько кораблей и начал заниматься портовой перевалочной торговлей с полными товарами, плавая между греческим городом-государством Закинф в Иберии, Массалией в Галлии, Неаполем на западном побережье Италии и обратно в Кротоне.
Сначала все шло хорошо, и он заработал много денег, но потом, когда грузовой корабль проходил через пролив Мессана (Мессина), он попал в водоворот, и корабль был разрушен, а люди на борту погибли. После этого семья Келебуса стала приходить в упадок, и когда он вырос, его жизнь протекала в нищете.
Кроме статуса гражданина Кротоне, у него не было ничего, как у вольноотпущенника из других городов-государств. Однако он мог голосовать в экклесии и вступать в армию, чтобы сражаться.
На этот раз он отправился вслед за Мелансеем в бой, но не ожидал, что все пройдет так гладко. Им легко удалось захватить город Турий, и Келебусу также удалось захватить много трофеев. Неудивительно, что многие говорили, что Мелансею благоволит Богиня Фортуна. Кроме того, он слышал, что мэрия Кротона готовится к иммиграции на равнину Сибарис. Вернувшись в Кротоне, он сначала обналичит свои трофеи, скопит денег, женится, а затем присоединится к иммиграционной команде Кротоне. Земля на Сибарисской равнине более плоская и обширная, чем в Кротоне, поэтому он должен был получить долю земли.
В ту ночь Келебусу приснился прекрасный сон, но он был разбужен из-за боли. Он открыл глаза и увидел, что его товарищи выбегают из палатки, как шершни, у которых разорили гнездо. Он был растоптан несколькими ногами у входа в палатку.
«Осторожно!». — сердито прорычал он.
«Враг атакует! Выходите и сражайтесь!». — крикнули его товарищи, выбегая из палатки.
«Атака врага? Где враг?». — Келебус все еще был в замешательстве.
В это время он услышал крики один за другим, поэтому он воспрянул духом, оттолкнулся руками от земли и неохотно встал. Прошлой ночью он выпил много вина, не смешав его с водой. Поэтому у него немного кружилась голова, и он не мог полностью контролировать свое тело, и чуть не упал, из-за чего не успел надеть шлем и доспехи. Он схватил с земли свое копье и, пошатываясь, вышел из шатра. Он увидел, как хорошо вооруженные гоплиты выстроились в плотный строй, затем они быстро приблизились к ним. Двое его спутников бросились на них с копьями, но вскоре были заколоты врагами. Молчаливое сотрудничество, краткость и мастерство полностью пробудили Келебуса, и страх мгновенно пронесся по всему его телу, поэтому он отбросил копье и бросился бежать