Гегемон Греции! (ЛП)

Турийцы наблюдали, как их дома превращаются в пепел в огне, а их храмы рушатся, но ничего не могли с этим поделать. Неужели боги оставили Турии и позволили Гефесту обрушить на них пламя гнева?
После того как кротонцы отступили, жители Турии, как сумасшедшие, побежали в город, невзирая на дым и пламя. Жаркая температура испепеляла их плоть и кровь, но они все равно отчаянно бросались на пепелище, отваживаясь на пламя, в поисках всего, что еще можно было использовать.
Ни крова, ни еды, ни одежды, ни денег — как турианцам выжить на равнинах Сибариса, превратившихся в пустыню?
Как раз когда они были в отчаянии, появились амендоларанцы.
Тысячи амендоларов, с сотнями груженых повозок (половина из которых была заполнена спрятанным оружием и снаряжением), начали спасать жителей Турии, они устанавливали палатки и раскапывали лагеря Куногелата уже полностью забыл, что турианцы сделали с ним раньше, и хотя его раны, полученные от побоев, еще не до конца зажили, он все еще продолжал бегать по всем углам, чтобы помочь всем нуждающимся турианцам. Пока претор Амендолары, Корнелий, подбирал людей, распределял припасы и организовывал спасательные работы очень организованно.
Наконец, позвольте мне упомянуть Давоса. В то время он был архонтом Амендолары и героем, спасшим город Турий от луканцев. Однако турийцы встретили его впервые, и встретили в такой ситуации. В их глазах этот молодой человек, который, кажется, только что стал взрослым, был таким же дружелюбным, как ребенок в их собственной семье. Он всегда мягко улыбался, с большим вниманием выслушивал страдания людей и нежным голосом утешал раненых. Он подхватывал плачущих детей и вытирал им слезы и пыль, он поднимал раненых стариков и давал им мягкий хлеб.
Под руководством Давоса амендоларианцы стали похожи на их родственников, они делали все возможное, чтобы помочь турианцам. Давос в очередной раз спас жителей Турии, чтобы люди, потерявшие свои дома, не страдали от голода и болезней. Турийцы от всего сердца поблагодарили жителей Амендолары, и особенно поблагодарили героя Давоса, который дважды спас жителей Турии!
— Отрывок из 《History of Magna Graecia》 автора Анситаноса.
 Глава 142 
Тимарас сначала предложил заранее отправить часть трофеев обратно в Кротоне, так как их было слишком много.
Однако Мелансей отклонил это предложение. Он объяснил это тем, что Росцианум и Кримиза впервые присоединились к Кротонскому альянсу, поэтому им нужно показать им свои результаты в завоевании Турии и серьезные последствия борьбы с Кротоном.
На самом деле, в его сердце была и другая причина: он боялся, что трофеи, которые будут отправлены обратно, будут разделены в частном порядке группой людей в ратуше, в результате чего ему достанется гораздо меньшая доля богатства.
Что касается того, почему они не сожгли понтонный мост? Беспокойство Давоса было совершенно излишним, потому что Мелансей вообще не обращает внимания на Амендолару, а после разрушения города Турия в северной части Магна-Греции больше нет сил, которые могли бы угрожать Кротону, и для того, чтобы облегчить миграцию кротонцев в Сибарис, им нужен понтонный мост.
Маршевая линия Кротона была длиной в 5 кибиток, и большинство из них были полностью загружены телегами, поэтому их марш был крайне медленным. Однако им все же удалось прибыть в Росцианум к сумеркам.
Роскианумцы были очень напуганы. Полемарх Амикл во главе высших должностных лиц города с улыбкой на лице открыл город, чтобы приветствовать Мелансея, одержавшего победу, и устроил грандиозный победный банкет для него, а также для других стратегов Кротона. В то же время они эвфемистически сказали Мелансею, что город Росцианум слишком мал, чтобы вместить такую большую армию, и если столько трофеев будет храниться в городе, а вдруг они потеряются, то будет нехорошо, если разразится конфликт.
В то же время он сказал, что город Росцианум приготовил много вина и еды для солдат Кротоне, чтобы отпраздновать их победу и компенсировать то, что Росцианум не позволил им войти в город.
 
Мелансей не был человеком, который заботился бы о своих солдатах. Видя, что Росцианумы так заботливы, он охотно согласился и повел в город с Амиклесом дюжину своих старших офицеров, например Тимараса.
По пути в город Мелансей услышал от своего разведчика, который вернулся, что жители Амендолары поспешили на равнину Сибарис, чтобы помочь жителям Турии. Тогда он со смехом сказал: «Амендоларцы только зря стараются, потому что мы скоро вернемся, а равнина Сибарис может принадлежать только Кротону!».
Когда солдаты Кротона услышали, что у них есть вино и мясо, они ускорили свой марш. Было уже поздно, когда они начали разбивать лагерь, и поэтому они только поставили палатки, потому что им не терпелось начать пить и есть мясо, чтобы отпраздновать свою победу, и они шумели до поздней ночи. Однако их уставшее тело не смогло противостоять атаке Бога Сна, и они провалились в глубокий сон.
***
Анситанос не написал эту часть в своей книге. В этот день жители Амендолары, вопреки своим обычным тренировочным привычкам, лишь грубо поставили палатки, просто построили лагерь и все начали спать. Собственно говоря, днем на улице были в основном женщины, подростки и пожилые амендоларцы, чтобы помочь жителям Турии.
На эту войну вышли почти все жители города.
В ту ночь Давос не разрешил жителям Турии войти в недавно построенный лагерь для ночлега, и поэтому измученные люди заснули на земле и под покровом неба. Тогда офицеры один за другим разбудили солдат Амендолара, находившихся в лагере. Пока их глаза были еще сонными, они начали есть приготовленный хлеб, пить горячий бараний суп и молча съели немного баранины и сыра. Хотя они поужинали несколько часов назад, эта пища позволит им накопить больше белка и калорий, которые будут расходоваться во время следующего дальнего марша и битвы. Затем они стали надевать свои доспехи, которые достали из груженой телеги, и начали проверять свои копья, копи и круглые щиты.
В это время в центре лагеря на открытом месте было установлено несколько факелов. Давос и офицеры находились под слабым светом костра и внимательно рассматривали модель лагеря Кротона, которая была просто вылеплена из глины в соответствии с информацией, которую они получили от Изама.
Мелансей был немного осторожен. Он заставил свои войска пересечь реку Трионто и разбить лагерь на юге города Росцианум, и думал, что они в безопасности, так как город Росцианум преграждает путь. Однако это сделало бы его солдат еще более неподготовленными. Давос использовал палку, чтобы указать на модели реки Трионто, которая отделяет город Роскианум от лагеря Кротоне: «Итак, Изам неоднократно пытался перейти на разных участках реки, и он сказал, что на реке есть один участок, который полностью проходим, и он находится на середине реки, что далеко от лагеря Кротоне, и они не были обнаружены. Поэтому он сообщил, что «кротонцы провели ночь, выпивая в своем лагере». Поэтому я думаю, что они будут спать как дохлые свиньи, когда мы нападем на них завтра».
Слова Давоса заставили всех рассмеяться.
«Они также не вырыли траншей, не установили заборов и абатиса, и, возможно, у них даже не будет охраны к завтрашнему утру. Неужели они думают, что просто гуляют по собственному двору? Что их так расслабило?». — Офицеров не забавляла ситуация, которую представил Давос, и они были в ярости. Они были втайне разгневаны, и поэтому они определенно не должны были отпускать этих высокомерных кротонцев.
«Единственное, что беспокоит, это то, что их палатки очень разбросаны, а пространство относительно большое. Эта часть юга сильно выступает, потому что именно здесь они хранили награбленные трофеи». — Давос сделал огромный круг над моделью лагеря своей палкой и осторожно сказал: «Наших солдат и луканской бригады под предводительством Багула всего около 5000, и чтобы иметь возможность окружить лагерь кротонцев, мы можем атаковать их только одним рядом солдат». (примечание: Арпенст отправил некоторых своих людей в восточное Средиземноморье, чтобы набрать около 500 вольноотпущенников из Фракии, Родоса и Крита, чтобы доукомплектовать седьмую бригаду).