Память льда

— Высший маг Тайскренн желает знать ваши намерения, — объявил тот, коротко отсалютовав.
— А мы желаем вначале узнать намерения Тайскренна, — ухмыльнулся в ответ Ворчун.
— Соединение с Дуджеком. Необходимо сломить сопротивление к’чейн че’маллей, пробиться через ворота и атаковать паннионцев.
— А чем собирается в это время заниматься сам высший маг? — спросила несокрушимый щит.
— На стенах города собрались паннионские маги. Тайскренн возьмет на себя противодействие им. Орфантал и его тисте анди помогут нам атаковать к’чейн че’маллей. И шаманы Белолицых баргастов — тоже.
— Передай высшему магу, что Легион Трейка пойдет во главе атакующих. Следом двинутся «Серые мечи».
Вестовой вновь отдал честь и поскакал назад.
Ворчун повернулся к своим солдатам. Его до сих удивляло, какую неслыханную перемену произвел дар Тигра Лета в этих угрюмых капанцах. «Мы — как д’иверсы, но только наоборот. Там из одного возникает множество, а у нас множество становится единым целым. Причем неслыханно сильным!»
Он вспомнил, с какой быстротой и легкостью его легион покрыл немалое расстояние до Коралла. А новый взгляд на мир глазами тигра? Нет, не простого тигра, а бессмертного существа, наделенного безграничной мощью. Легион стал костями и мышцами этого удивительного зверя, его легионом, где воля каждого сплеталась в единую волю.
И сейчас им опять предстояло снова слиться воедино, на этот раз не для перемещения, а для битвы.
Его бог питал особую ненависть к к’чейн че’маллям, словно бы у Трича были свои собственные давние счеты с этими тварями. Внутри Ворчуна вновь просыпался холодный, кровожадный убийца. Но если бывшего командира караванных стражников это и тревожило, то лишь совсем чуть-чуть.
Глаза Ворчуна скользнули по вершине холма. Он увидел Каладана Бруда, за которым шла Корлат. Тисте анди была вся в крови. Ворчун улавливал биение ее боли, то затихавшей, то накатывавшей новой волной.
«Магический Путь Бруда беспрестанно атакуют. Если я не ошибся, нам тем более нужно… — Ворчун еще раз взглянул на Артантоса. — Мне все равно, знаменосец он или высший малазанский маг Тайскренн. Теперь я понимаю, какую огромную цену он платит».
— Несокрушимый щит! — обратился Ворчун к Норуле.
— Что, командир?
— Скажи своим, чтобы опасались чародеев на городских стенах.
— Обязательно передам.
Спустя мгновение Ворчун и его легион уже слились в единое целое. Исполненный холодной ярости, могучий полосатый зверь бросился вперед.
К’чейн че’малли вскинули руки-мечи. И замерли в ожидании.
«Опять. Когда-то мы уже сражались с ними. Нет, не мы. Наш бог. Это он разрывал мертвую плоть, проливая кровь…извергая целые фонтаны крови… Худ, ты рад?»
Тьма Куральда Галейна заполняла ее тело и душу, притупляла чувства, даруя желанную отрешенность. Мертвые Скворец и морячки-малазанки все еще оставались на вершине холма, но сейчас Корлат стояла к ним спиной. Магия ее Пути ослабляла вспышки боли. Женщина протягивала невидимые нити к соплеменникам, чтобы объединить усилия для грядущей атаки.
Рядом с тисте анди стоял Каладан Бруд с молотом Огни в руках. Воевода что-то говорил, но Корлат прислушивалась к его словам не больше, чем к отдаленным раскатам надвигавшейся бури.
— …Ближе к вечеру. Никак не раньше… Все будет кончено еще задолго до этого… Эй, Корлат, ты вообще меня слушаешь? Ты должна найти своего господина. Видишь тучу вон там, вдалеке? Может, Семя Луны скрывается в недрах этой тучи? Рейк ведь обещал появиться в нужный момент. Он говорил, что непременно ударит по паннионцам…
Однако тисте анди не обращала на него никакого внимания.
Орфантал готовился вновь принять обличье дракона. Корлат чувствовала это. В какое-то мгновение ее захлестнуло биение магической силы, исходящей от брата… Черный дракон взмыл в воздух и стал набирать высоту. И сейчас же орлы, что кружили над крепостной башней, понеслись ему навстречу. Магия Хаоса, будто клубки серых змей, извивалась в их когтях.
Легион Трейка, слившись в одного могучего зверя, врезался в цепь к’чейн че’маллей… Замелькали руки-мечи. К’чейн че’малли дрогнули. И вот уже первый монстр упал на плац. Остальные старались измолотить тигра. Там, где их удары достигали цели, от тигра отваливались… убитые люди с отрубленными руками и ногами, обезглавленные или рассеченные пополам.
 
Над городской стеной повисла магическая завеса. Корлат увидела Артантоса — Тайскренна, готового отразить атаку паннионских чародеев. Перед ним поднялась золотистая волна, которая сперва ширилась, а затем вихрем покатилась вперед. Там, где она проносилась, оставалась выжженная земля. Волна превратилась в золотистый шар, который взмыл в воздух и понесся прямо к стене.
«Точно такую же магическую атаку Тайскренн предпринял тогда против Семени Луны. И Рейк принял вызов, вступив в поединок с малазанским чародеем. Но какая сила!»
Золотистый шар влетел в стену западнее ворот. Холм, на котором стояла Корлат, задрожал. Над стеной вспыхнуло ослепительное магическое солнце.
«Это же Высший Тэлас, магический Путь Огня — чадо Телланна…»
Магия Хаоса не выдержала такого натиска. Казалось, над стеной взрываются десятки «морантских гостинцев». Потом солнце погасло… Тайскренн своим ударом снес значительной кусок верхней части стены вместе с дюжиной паннионских колдунов.
Громадный зверь продолжал метаться в гуще к’чейн че’маллей. Убитые монстры падали, тогда как живые неумолимо отсекали от тигра все новые и новые куски.
Всадники «Серых мечей» выступили на подмогу легиону Ворчуна. В туловища к’чейн че’маллей вонзались зазубренные острия длинных копий. Шеи чудовищ и их руки-мечи сдавливали петли ловчих веревок.
Паннионские чародеи, что находились по другую сторону ворот, ответили Артантосу волной серой магии. Пронесшись над головами сражавшихся на поле, она, словно бы какое-то многорукое и многокрылое чудовище, устремилась к холму. Знаменосец метнул встречную волну, и… обе они вдруг исчезли, — похоже, заклятья поглотили друг друга. К обессиленному, шатающемуся Артантосу бежали малазанские солдаты.
«Вот и первая серьезная брешь в наших рядах. Слишком быстро ты выдохся, Тайскренн».
— Корлат! — загремело у нее над самым ухом.
— Что ты хочешь от меня, Бруд? — отрешенно спросила тисте анди.
— Зови сюда своего владыку. Эй, ты слышишь меня? Свяжись с ним немедленно!
«Ты все о том же? Я не могу его позвать».
— Видишь, какая туча наползает на город? Да Корлат же!
Со стороны бухты на Коралл двигалась громадная, в полнеба, грозовая туча. Она разрывалась в воздухе на части, но вздымалась все выше и выше, закручиваясь вихрем так, что в прорехи пробивались солнечные лучи…
«Далась тебе эта туча. Напрасно ты ищешь в ее недрах Семя Луны. Там нет ничего, кроме ярости стихии. Слепой ярости, рассыпающейся под натиском собственного гнева… Ну как я могу воззвать к своему господину?»
— Воевода, я не знаю, где Аномандер Рейк и что с ним, — услышала Корлат собственный глухой голос.
«Возможно, он мертв. Должно быть, наш владыка…»
— Тогда помоги своему брату! Орлы одолевают его!
Корлат запрокинула голову. Бруд не преувеличивал: Орфантал был один и его сил не хватало, чтобы сдерживать натиск серой магии.
Теперь к битве с к’чейн че’маллями присоединились и малазанские солдаты. Над ними висела темная дымка — шепот Куральда Галейна.
«Шепот… всего лишь шепот».
— Корлат! — в отчаянии крикнул Каладан Бруд.
— Отойди в сторону, Воевода. Не мешай; мне нужно войти в состояние одиночницы и лететь на помощь брату.
— А когда вы разделаетесь с орлами, то…
— Бруд, неужели ты не понимаешь, что мы проигрываем сражение? Я лечу спасать Орфантала!
Не дожидаясь ответа, тисте анди пошла вниз по склону. Сила превращения окутала ее… Вот она, ледяная драконья кровь. Мощные крылья, способные унести в небо.
Оцепеневшая от горя женщина исчезла. Вместо нее, взмахивая крыльями, в воздух поднималась драконесса, изголодавшаяся по битве.