Другие (СИ)

Катя встала перед ним с гордым видом и, слегка отставив одну ножку назад, протянула вперёд правую ручку.
— Это Вам моя благодарность. Я отпускаю Вас. Надеюсь скоро Вас увидеть.
Виктор приподнял голову и, чуть касаясь своими пальцами ручки девочки, аккуратно поцеловал её пальчики.
— Благодарю Вас за такой подарок, моя Волшебница.
Виктория стояла, широко раскрыв глаза, с изумлением смотря на разыгранную сценку.
Это было настолько правдоподобно, что она неосознанно потрясла головой, но, через несколько секунд, сказка обернулась действительность.
Катя, не выдержав, взвизгнула и буквально прыгнула на шею мужчине.
— Спасибо, дядь Витя, — и она поцеловала его сначала в щёку, а потом в лоб. — Приезжай ещё. Я буду скучать.
— Увидимся, Солнышко.
Виктор аккуратно поставил девочку на ноги и, какой-то растерянный, покрасневший, неловко попрощался и метнулся за дверь.
— Катя, — спросила мама. — И что это было?
— Ничего не было, — ответила дочь и пристально посмотрела на маму. — Ты, пожалуйста, не злись. И не расстраивайся. Я почти здорова. Я буду жить, мама. Благодаря тем людям, с которыми встретилась за эти дни. Они ВСЕ удивительные. Добрые, заботливые. Они меня все полюбили. И я их. Я чувствую этим, — и Катя прижала сначала правой рукой к сердцу, а потом к лобику. — А сегодня я немного устала. Давай затра, когда отдохну, всё и расскажу.
Потом задумалась и еле слышно добавила. — Почти всё…
Виктория, не услышав последние слова, вертела свою дочку и пыталась разглядеть её со всех сторон.
— Мам. У меня уже голова кружится. Я же тебе сказала, что почти выздоровела. Да, дядя Белый просил передать тебе это.
И Катя аккуратно достала из кармана конверт и отдала его маме. Та, не мешкая, открыв, вынула из конверта сложенный листок. Развернула.
— «Уважаемая Виктория Сергеевна. С болезнью Кати нам удалось справиться. Опухоль убрали, метастазы тоже. Но в её организме есть нарушения, связанные с перенесённой болезнью. Ничего страшного это не несёт. Через месяц я с Вами созвонюсь и заберу Катю дня на три. Возможно, что это будет не последний раз. Те же прогнозы, которые я Вам озвучил вначале, к счастью, в данный момент уже не действительны. Срок лечения будет сокращён до минимума. Этому способствует организм ребёнка и его необъятное жизнелюбие.
P.S. На карте памяти вы найдёте интересные кадры. Распечатайте их для дочери. Пусть часть её жизни будет всегда с ней.
P.P.S. Пожалуйста. Не заставляйте Катю отвечать на те вопросы, на которые она НЕ ЗАХОЧЕТ отвечать. Поверьте мне, это будет благоприятствовать здоровью в Вашей семье. Особенно прошу обратить внимание на это Сергея Павловича.
С уважением. Белый.»
* * *
Зазвучала мелодия на смартфоне и, глянув, что это звонит Виктор, Олег нажал кнопку соединения.
— Ну что, передал?
— Передал. Олег, а почему ты не предупредил, что Вика такая красивая?
— Я тебе говорил, только ты пропустил мои слова мимо ушей. Да и сам бы мог сообразить, что у Кати мама не могла быть дурнушкой.
— Но такая…
— Вить, тебя опять зациклило? Вспомни, у тебя есть супруга. И тоже далеко не рядовая женщина.
— Да, это так…
— Ничего не прозвучало лишнего?
— Нет, всё нормально, только…
— Что только?
— Я, когда вышел от них и сел в машину, увидел подъехавшего Ярого. И он буквально побежал наверх.
— Предполагаешь, что хотел застать тебя?
— Меня, или кого другого. Ведь он и не знал, кто привезёт Катю. Если только Вика не сообщила ему.
— Думаю, что она не звонила, хотя…
— Ну и хорошо, что не встретились. А то было бы ещё больше вопросов. — Виктор засмеялся от души.
— Ты чему так радуешься? Там же камеры понатыканы в подьезде и на улице.
— Ты меня за кого принимаешь? Я что, не сообразил и не увидел? Да я ещё когда с тобой приехал, всё срисовал. А так, сегодня, я Катей и прикрывался. Моя физиономия, уверен, нигде не попала в кадр.
— Ну и что?
— Так пусть полковник помучается вопросом- кто ж внучку привёз? — И Виктор вновь захохотал. — Представляю его лицо, когда он ничего не увидит.
 
Друзья захохотали.
— Да, друг, не любишь ты своих «смежников».
— А кто их любит? Помнишь слова Михаила Николаевичам Задорного? Боюсь переврать, но звучало приблительно так — «Когда они по одиночке — хорошие ребята, весёлые, компанейские, но когда собирутся вместе»…
И вновь раздался смех.
— Ладно, Белый. Поехал я домой. Удивлю свою половинку, что вернулся чуть раньше обычного. А то в последнее время являюсь домой в ночи. Она меня уже и подозревать в измене стала. Всё принюхивается к моим рубашкам, да и ко мне. Смотрит с подозрением.
— Так она же сколько лет живёт с тобой? И у неё тоже появились специфические навыки — выслеживать, наблюдать, унюхивать там…
— Укушу при встрече.
— Вить. Кусай сколько хочешь. Ладно. Поезжай, в самом деле, домой. Спасибо тебе огромное за помощь. Кланяюсь до земли тебе. Ты мой единственный настоящий друг.
— Всё, я плАчу. Как же поеду с такими глазами? Ведь любой гаишник, посмотрев на меня, остановит.
— Трепло ты, Витька. Давай, удачи!
— Счастливо, Олежка, выздоравливай… Когда надумаешь возвращаться, позвони!
- -
Поговорив со своим другом, Белый почувствовал в душе теплоту и прилив сил.
— Как хорошо, что вокруг меня есть настоящие люди, которые помогают не за деньги или услуги, а просто по велению сердца.
Глянул на экран смартфона — времени до захода солнца было ещё много.
— Надо поужинать, немного подремать, а потом и делом заняться…
* * *
В тот радостный вечер взрослые рассматривали Катю со всех сторон, пытались её разговорить и поделиться с ними впечатлениями, но Катя, посетовав на свою слабость и усталость (а взрослые и сами видели, что девочка очень похудела) пошла спать. Поцеловавперед этим каждого и пожелав всем спокойной ночи.
Сергей Павлович хоть и был счастлив возвращению Кати в семью, но выглядел не особо спокойным.
— Пап. Что ты такой вздёрнутый? На работе что-то?
Вика, зная, что если на работе у отца и случились неприятности, то тот всё равно промолчит.
— Вика. Я попрошу тебя завтра-послезавтра сделать снимки Кати. МРТ и УЗИ. Надо же убедиться, что основные неприятности позади и опухоли нет. Если это врачи подтвердят, тогда и выдохнем дружно. Ты согласна?
— Но ты же сам только что прочёл записку от Белого?
— Виктория. Сделай, пожалуйста, как я попросил.
— Хорошо, папа. Завтра сьездим, — и Виктория, почувствовав какое-то раздражение, в отместку добавила. — На работу тебе звонить не буду. Вечером соберёмся и обговорим.
Сергей Павлович с удивлением посмотрел на дочь, но та выдержала тяжёлый взгляд отца.
— Хорошо. Ладно, ребята. Поздно уже. Вы ложитесь, а я немного поработаю. Спокойной Вам ночи.
— Спокойной ночи, — ответили Дмитрий и Вика.
* * *
Когда стемнело, Олег занялся костром. Основную поленицу он расположил метрах пяти от палатки, меж двух сосен, что бы и дрова не мешали под ногами, да и в целях безопасности. Он заранее заготовил дрова в расчёте на пару недель прибывания ещё до появления на острове Кати, но в первый же вечер заметил, что дров стало раза в три больше.
— Паша постарался, — сам себе сказал Белый. — И ведь ни словом не обмолвился. Спасибо тебя, заботливый ты человечек. Здоровья тебе и твоим близким.
Белый улыбнулся и стал потихоньку носить дрова к костру. Сегодня их потребуется много.
Дождавшись, когда пламя достигнет метровой высоты, Олег сел на траву и стал смешивать в стекляном стакане три химических компонента, которые купил в магазине для садоводов. Ему не требовалось измерять нужные пропорции в граммах. Ведь полученный раствор не был так важен, как чистое пламя костра.