Tobeus (СИ)

Он отыскал Иосифа Мусаева, который примерно месяц провёл скрываясь в заброшенных деревнях, чтобы усложнить поиски себя от врагов, но при этом предусмотрительно крутился в одном районе, чтобы и свои могли найти, Лукин пообещал отправить за ним и парень ему верил. А позже начались нападения на Сибирскую Республику, Максим стал одним из главных людей, которые добывают человеческие ресурсы, именно он когда-то увёл часть гражданских из моей ЦРР, он же устраивал засады в лесах и полях когда мы захватывали города сибиряков, а Иосиф при этом проявлял какое-то нечеловеческое мастерство, он помимо того, что выглядел на лет двадцать пять, так ещё и будто все эти двадцать пять лет не переставая стрелял и метал ножи, а так же учился ходить настолько тихо, что даже такие опытные как Максим могут его упустить. Из-за улыбки рассказчика, я не понимал, это шутливое преувеличение или он на самом деле такой.
После почти года непрерывного изматывания от ЦРР, сибиряки больше не могли сопротивляться, и в тот день, что я, сам того не зная, поймал Максима, помешал ему осуществить его «подлые» планы. Он собирался отсидеться где-нибудь в этих заброшенных окраинах, чтобы потом изрядно нам подпортить жизнь. Где-то заминировать, где-то набросать шашек с отравляющим газом. Он просто был уверен, что никто из нашей армии не отдаст приказа зачищать и так пройденные территории, а кто-то взял и додумался.
Но случилось то, что случилось, солдаты армии Сибирский Республики по приказу их главнокомандующего сложили оружие, а дальше им был предоставлен личный выбор, естественно люди, настолько преданные своему делу как, правило отказывались служить Центральной Республике, Гронскому, и тут же становились трупами. Были и те, кто соглашался сменить сторону, их было немного, но их и не могло не быть совсем.
Максим не убежал куда-то бесцельно, спасая себя, как я подумал, когда отпустил его в тот день. Он отправился искать Иосифа по городу, узнать, что с ним, будет ли он жив или окажется среди этих принявших гордую смерть. Но Иосиф оказался ещё сложней, не подчинившись командованию он остался в доме, как и Максим, собираясь заняться тем же самым, что и он: подрывом, отравлениями, убийствами. Они просто чудом нашли друг друга и сбежали, как и ещё несколько тысяч солдат из других городов Сибирской Республики, все они были разведчиками, как Максим. Несколько недель сибиряки прятались лесах ничейных земель, а потом Муса предложил освобождать пленных из свинарников.
— И что первым был именно мой? — спросил я Максима про место своего заключения.
— Нет конечно, — ответил он, — в основном мы грабили за горами, там, где командуют европейцы, там людей намного больше, а значит и пленных, сейчас у нас отряд по всей стране разбросан примерно на тысяч десять человек, правда пленников там очень маленькая часть, но это пока.
— Это же ничто, — вздохнул я, — что бодаться с моими и Байкальской, когда у них там около миллиона солдат.
— Стой стороны тоже русские люди, даже среди боевых офицеров не все так верны Гронскому и Котову, когда они узнают, что Иосиф жив и ещё и заправляет такой вот мини-армией, найдутся те, кто присоединится к нам приведя с собой солдат.
— Иосиф самый главный? — удивился я, — в двадцать лет или сколько там ему должно быть.
— А что такого то, он рос в армии, его воспитывал только отец, да и ты его не видел, для него война как вода для рыбы, настолько хладнокровных и расчётливых людей я пока не встречал.
— Ладно, к вам присоединятся, ну пусть будет армия в сто тысяч, это всё равно ничто.
— Нам сто и не надо, можно в два раза меньше.
— Я не понимаю.
— Я сам толком не понимаю, но Иосиф как-то убедил китайцев оказать нам помощь, давать нам технику, топливо оружие.
— Взамен на что? — спросил я, точно же не просто так.
— Я не знаю, Тобасик, но мы возьмём любой город имея пятьдесят тысяч солдат, особенно на новейшей технике.
Я ничего не ответил, потому что мне нужно было обдумать, то что я сегодня услышал.
Мы ещё поговорили о всякой ерунде, а на следующий день Максим уехал, попросив меня поскорее поправиться, я и к нему пристал с проблемой, которая волновала меня сейчас куда больше судьбы России: мой сын был в руках неадекватной женщины, которая ради собственной выгоды могла раскрутить его за ногу и бросить в стену. Ладно, это может быть я преувеличиваю, но тогда мне примерно так и казалось. Командир сказал, что подумает, и мол это не должно быть сложно, теперь мы будем долбать Байкальскую Республику с разных сторон, пытаясь выкрасть пленных, чтобы про нас немного позабыли за горами. Я правда ничуть от этого не успокоился, но деваться было некуда.
 
Анна каким-то образом понимала моё беспокойство, которым я уже сам себя бесил, зная, что всё равно ничего не могу сделать, переживал и не находил себе места целыми днями. Она же пыталась меня отвлечь разговорами и у неё получалось, иногда после дней, когда я обычно слонялся туда-сюда или валялся, а она носилась между солдатами, нуждающимися в помощи, она всё же приходила в дом, который я облюбовал для себя и мы подолгу разговаривали о всякой ерунде, причём меня ещё надо было завлечь, потому что первые минуты я разве что злился на неё, не знаю, как она это всё могла стерпеть. А главное зачем.
Через несколько недель Максим появился снова, узнал у Анны кто из солдат готов вернуться в бой, она перечислила ему их, указав и на меня, и действительно, помимо немного подорванного здоровья, которое теперь можно было восстановить разве что хорошим питанием и сном, я был в полном порядке, твёрдо стоял на ногах и так же твёрдо шёл. Был в своём сознании. В общем вполне нормальный солдатский экземпляр. Максим кивнул, а вечером подошёл и сказал, будто бы не желая, чтобы слышали другие:
— Я узнал, — почти прошептал он, наклоняясь ко мне.
— О чём? — не понял я.
— О сыне твоём, или тебе уже не надо?
Я немного опешил, потому что тогда я даже не поверил, что о нём можно что-то узнать, и стал расспрашивать подробнее, а Максим охотно рассказывал: оказалось, что Наталья не врала, и действительно перебралась в Байкальскую Республику, а её новым мужем стал один из младших офицеров, командующий второго уровня. У меня аж брови поднялись, она-то говорила о каком-то влиятельном человеке, я подумал, что это приближенный Котова, генерала Байкальской Республики, чуть ли не второе лицо в их «государстве», а оказалось, что это всего лишь второй уровень. Ну естественно это бесконечно круче рядового вроде меня, но не так круто, как она рассказывала.
— Подарок тебе будет, через неделю поедем в этот городок, так что не забывай мою доброту.
— Я не забуду. — Ответил я, когда немного отошёл от шока.
— С утра поднимаемся рано, и ты уезжаешь со мной, а теперь иди отдыхай, а мне ещё надо переговорить с Мусой или Анной.
Следующим утром мы встали вместе с рассветом, точней Максим, казавшийся очень бодрым, встал и разбудил меня. Я быстро оделся в свой единственный на то время наряд из лохмотьев, нам предстояло пройти километров десять до нашей цели, такие большие расстояния были не случайны, ведь давали возможность сбегать, да и идти столько лесами мало кому хотелось бы. Вряд ли кому-то в голову пришло бы искать тут поселения. Я подумал попрощаться с Анной, но Максим сказал не будить её, она мол и так устаёт, я принял эти аргументы.
Через несколько часов мы прибыли на место. Это был лесной лагерь наподобие нашей больницы, только здесь уже все были здоровы. Максим сказал, что тут около тысячи солдат и нам в общем-то будет несложно что-нибудь повытворять помимо захвата пленников, мол гражданских больше уводить некуда, я же захватил Сибирь, заставил людей страдать. Это была шутка, но мне стало жутковато, я-то винил себя в этом не на шутку, а можно было просто бесконечно промахиваться, лениться, тупить и делать всё, чтобы воевать намного хуже, чем я это делал. Но все умные задним умом, там конечно, в момент битвы ты не думаешь ни о чём, кроме как о том, чтобы выжить сегодня. Я спросил про Иосифа, оказалось, что его пока здесь нет, зато «моя жонка», — как сказал Максим, точно будет в Братске, а Иосиф присоединится к нам уже там.