Огонь в его поцелуе (ЛП)

Я не должна обижаться, но мне немного обидно.
— Значит, в принципе, любая девушка подошла бы?
Я больше не чувствую себя особенной.
Он ласкает мою щеку своими смертоносными когтями. «Не расстраивайся, моя Саша. У меня было много возможностей заменить тебя другой, но я решил оставить тебя».
— Вау, ты действительно рассуждаешь как Прекрасный принц, не так ли? — сухо говорю я. И поскольку я чувствую себя дерзкой, я легонько толкаю его в плечо. — Кстати, это за то, что ты рассматриваешь других женщин.
Его губы кривятся от удовольствия, и он притягивает меня обратно к себе, игнорируя мои извивающиеся попытки вырваться из его хватки. «Я никогда не желал другой после того, как увидел тебя. Вороны пытались заставить меня причинить тебе боль, но я проигнорировал их».
«Вороны?» — Вот что он имеет в виду, когда страдает от безумия.
«Да. В этом мире есть что-то, из-за чего невозможно мыслить здраво. Вороны заставляют меня хотеть причинять вред, разрушать. Они проникают в мой разум и подпитывают мой гнев. Я думаю, что они поступают так и с другими из моего народа. Вот почему они нападают на человеческий улей — они хотят уничтожить его».
Я дрожу от этой мысли. Я помню так много нападений драконов и страх перед вопросом, сравняют ли они наш город с землей в этот раз.
«Есть ли способ заставить их остановиться? Других драконов?»
«Если и есть, то я этого не знаю… кроме как найти им пары».
Я помню Клаудию и то, как ополченцы принесли ее в жертву дракону. Кто-то еще там знает, что драконам нужны пары. Мне не по себе от этой мысли. Знают ли люди, управляющие Форт-Далласом, больше, чем мы думаем? Для людей всегда было загадкой, почему драконы постоянно нападали на город. Мы знали «как», но не «почему». У Даха есть ответы.
Я просто должна их разблокировать.
Конечно, я не знаю, что я буду делать с информацией, как только получу ее, поскольку я теперь изгнанница, но в Форт-Далласе есть люди — хорошие люди — которые все еще заслуживают спасения.
«Я не хочу спасать никого из них, особенно того, кто причинил тебе боль».
— Я полагаю, это проблема на другой день. — Я похлопываю его по груди. — Мы не собираемся спорить об этом.
«Спорить не о чем, — соглашается он и притягивает меня к себе, чтобы зарыться лицом в мои волосы. Я думаю, что драконы действительно любят принюхиваться.
«И ни одна женщина не подошла бы, — говорит он мне. — Я уверен, что другие женщины пересекали мой путь, но только ты успокаиваешь мои мысли».
Я чувствую себя немного более польщенной этим.
— Как ты думаешь, почему это так?
«Возможно, у нас сильная ментальная связь, и она стала только сильнее, когда я привязал свой дух к твоему. — Он снова гладит меня по заду. — Или, возможно, мне просто понравился твой запах».
Я зеваю, размышляя. Я не думаю, что это имеет значение, пока я в каком-то смысле особенная для него. По какой-то причине для меня важно иметь значение. Наверное, потому, что меня так долго все бросали. Даже у Клаудии и Эми была связь, которой не было у меня. Я всегда была третьим лишним. Приятно думать, что теперь я первая в чьих-то глазах.
Даже если это просто потому, что я хорошо пахну.
«Если тебе от этого станет легче, то ты плохо пахла, когда я впервые схватил тебя с небес. — Он утыкается носом в мои волосы. — Но я все равно оставил тебя».
У меня вырывается приглушенный смех.
— Нет, на самом деле, это не заставляет меня чувствовать себя лучше.
«Ты есть и всегда будешь первой в моем сердце, мой сладкий огонь. — Дах прижимает меня крепче. — Никогда не сомневайся в этом».
И по какой-то причине я ему верю.
Глава 26
САША
Я думаю, что в какой-то момент во время наших объятий после секса я засыпаю, потому что вскоре просыпаюсь и обнаруживаю, что Дах вернулся в свою драконью форму, и мы летим по ночному небу. Я посылаю ему сонную мысль, и он уговаривает меня снова заснуть.
 
«Мы летим домой. Отдыхай. Я буду охранять тебя».
Я доверяю ему — либо это, либо я устала, — потому что я снова засыпаю и не просыпаюсь, пока он несет меня в магазин.
«Спи», — говорит он мне.
Я качаю головой, протирая глаза. «Мне нужно помыться. Я липкая и потная, и я не хочу вот так залезать под одеяло».
Он меняет курс и вместо того, чтобы отвести меня к моим одеялам, он ведет меня в детский бассейн, который у меня есть в комнате отдыха. Вода вчерашняя и все еще относительно чистая, но холодная. Дах заботится о холодной воде, пока я жду, а потом я соскальзываю в бассейн, и он держит меня и моет каждый дюйм моего тела с большой концентрацией. Когда я заканчиваю, он вытирает меня насухо полотенцем, а затем снова подхватывает на руки и несет в постель.
— Ты знаешь, я могу ходить, — говорю я ему и разрушаю свое сильное заявление, зевая.
«Ты можешь идти, но мне доставляет удовольствие нести тебя». — И его глаза блестят от этой мысли.
Однако к тому времени, как мы добираемся до кровати, я уже почти проснулась. В конце концов, еще не так поздно, и мы еще многое можем — или должны — сделать. Странно проводить весь день, бездельничая, но на самом деле дел по дому не так уж много. В Форт-Далласе всегда была работа — стирка, приготовление пищи, уборка или починка. Здесь у меня бесконечный запас чистой одежды, и у меня есть готовая еда. Мне действительно нечего делать.
«Ты могла бы почитать свою историю, — говорит мне Дах, забираясь в кровать и притягивая меня к себе. — Я хотел бы услышать больше».
— Правда?
Он кивает и притягивает меня так, что моя спина оказывается на одном уровне с его животом. Его твердый член прижимается к моему бедру, а его рука тянется к моей груди.
«Мне нравится слушать о Дирке и Офелии».
— Я закончила эту книгу, — говорю я ему, беря другой любовный роман. — Но мы можем прочитать это.
«Спариваются ли люди в этой книге? Он готовит ей пикник?»
Я хихикаю и показываю ему обложку с целующейся парой на ней.
— Эта история о ковбое, который спасает женщину от бандитов. Я почти уверена, что спаривание будет, если эта фотография является каким-либо указанием.
«Тогда давай читать ее. — Он целует меня в плечо. — Я хочу побольше узнать о человеческих обычаях».
— Не уверена, что любовный роман — лучший способ сделать это, но мы воспользуемся им, — говорю я ему и открываю книгу на первой главе.
***
— Не знаю, стоит ли нам оставаться в постели и читать весь день, — говорю я Даху, когда на следующее утро он вкладывает мне в руку очередную книгу. — Это кажется неправильным.
«Почему? — Он притягивает меня к себе и кладет голову поверх моих волос. Его руки скользят вверх по моей ночной рубашке, и для меня совершенно очевидно, что «чтение» книги будет включать в себя нечто большее, чем просто чтение. — Ты сыта. Чем еще можно заняться?»
О, как непривычно иметь такую простую жизнь, где мне не нужно беспокоиться ни о чем, кроме еды. Я уже чувствую себя ленивой из-за того, что провела большую часть вчерашнего дня, занимаясь сексом и читая.
Здесь, в магазине, я могу расслабиться. Здесь у меня целая куча одежды, которая не нуждается в ремонте или даже стирке. Здесь, в магазине, у меня есть вся еда в мире, которую я хочу съесть. Конечно, все это несвежее, но это не имеет значения. Это все еще съедобно. Однако это не будет длиться вечно. Мне нужно начать думать о будущем. Я не знаю, насколько холодно будет зимой в этом большом, продуваемом сквозняками магазине. Я также не знаю, как долго еще будет гореть аварийное освещение и продолжит ли вода работать, когда станет холоднее.
Я не знаю, собирается ли кто-нибудь прийти в это место и заставить меня защищать его.