Хозяйка Его крепости (СИ)

Мистислав залечил порез и поцеловал мою пострадавшую ладонь. Вспыхнув как искра, я спрятала руку за спину. По-детски глупый жест, но быть холоднокровной до конца у меня не получилось.
Нужно время, чтобы разобраться в себе.
— Мистислав, я прошу отправить вестник моей сестре. Она остаётся в Академии совсем одна, — спохватилась я.
Вестником называли птичку из чистой силы, с которой язычники передавали сообщения. Сама я могла создать только пустой вестник, годный лишь для заклятия поиска. "Говорить" мои птички не умели — таким вестникам обучали уже в Академии.
Зато глава тайной канцелярии наверняка вёл полноценную переписку.
— Ян остался в Академии на праздники. Мы решили, что после похищения княжне лучше быть под присмотром. Так что не переживай, она под охраной, — утешил меня Мистислав, указывая на белоснежный диванчик. Я покорно села, мужчина же устроился напротив. — Но это не единственная новость, красивая моя. В твоей комнате что-то искали. Ты оставила ключ в Академии?
— Ну да, на стеллаже у Молчана, — я удивлённо распахнула глаза. — Подожди, но что искать в комнате?! Все мои ценности и деньги хранятся в банковской ячейке, под защитой с оттиском силы. Управляющий помогал мне с переездом, он прекрасно видел, что никаких богатств в комнате нет!
— Я не думаю, что управляющий хотел тебя ограбить. Пострадали в основном тетради некой Лисы Ольховской и твои документы. Ян проглядел их, но ничего важного не нашёл — школьные записи девушки, твои отчёты цесаревичу, сметы… Скажи мне, какие бумаги лежали у тебя комнате? Может, были странные записки, угрозы? Или кто-нибудь передавал тебе документы? Вспомни, Косса, это явно не акция устрашения. Искали очень тщательно, вся комната вверх дном.
Я озадаченно нахмурила брови. Не очень радостные известия, однако. К комнатке под чердаком я уже успела привыкнуть, и мысль о грабителях неприятно кольнула сердце. Особенно если они рылись в моих вещах. Но чего ценного в тетрадках и отчётах?..
Ох, не о том я рассуждаю. Если были поиски, то увенчались ли они успехом?
— Прости, Мистислав, но я ничего не могу вспомнить. Разве что завещание отца… Но хранилось оно в кабинете, а не в комнате, и это только копия. Да и кому нужно искать завещание, если последняя воля уже исполнена? А больше у меня ничего не было. Всё имущество Венского я переписала на его сестру, себе оставила только дом в Ладанье, который давно продала. Ещё есть драгоценности матери на именной ячейке, для меня и Зарины. Но это вещи, не бумаги.
— Про счета и завещание я в курсе. Мой эксперт уже оценил суммы, они неплохие, но не значительные. Сомневаюсь, что дело в деньгах, здесь что-то другое, — он устало потёр переносицу, — и не смотри на меня волком, я делаю свою работу. В твою ячейку никто не лез, мы лишь просили опись.
— И как результат? — ядовито осведомилась я, хотя полностью оправдывала его действия. Просто не слишком приятно, когда знают всю твою подноготную. От семейных тайн до средств на счету.
— Пока никак, — лаконично ответил лекарь, — но нюхом чую, в вашей семейке ключ ко всему. Смерть Ольховского запустила какую-то цепь событий. Но эта ваша языческая привычка закапывать свои тайны… иногда в прямом смысле, раздражает!
Даже сквозь маску было заметно, как обозначились его скулы. Это было опасно — дёргать его сейчас, но я не удержалась:
— Мистислав, ты вообще-то тоже язычник.
— Я — да, а мой отец нет. Слава богам, меня воспитывали без ваших идиотских наветов. Там же настоящие антигуманные вещи.
— Единственный способ выжить среди зверей — быть самым сильным зверем, — процитировала я Ольховского. Что имперцам наши законы не нравились — это давно не секрет. Не то, чтобы я поддерживала своих предков, но всегда знала, что правила не появляются просто так.
— Единственный способ выжить среди зверей — не растить зверей вокруг, Косса, — поднявшись, Мистислав поглядел мне прямо в глаза, — а идеология язычников учит ненавидеть. Настоящая идеология, которую еще проповедуют в узких кругах, куда входят и Ягар с Альбертом Венским. Я многое слышал о твоём муже и о его дурной славе — отставлять мертвых проституток после своих игрищ. Как вообще получилось, что он не тронул тебя?..
 
— Мистислав! — я тоже подскочила: — Тебе не кажется, что это перебор?!
— Протоколы показать?..
Металлический голос Вельмира на корню обрубил тягу к спору.
— И он откупался. Потому что ходил в бордели, которые держали ваши. В которых можно заплатить и издеваться над жертвой как угодно. Знаешь, какой зуб на него точил ладанский следователь?..
— Я тебе не верю! — громко перебила его: — Мы храним веру в наших богов, их наветы и правила, а такую мерзость про нас уже имперцы придумали! Отпусти!
Он схватил меня за запястье, но дернувшись, я вырвала его. Ох! Судя по боли, я свою кисть у него оставила…
— Идиотка… — сквозь зубы процедил Мистислав, колдуя над моей рукой. Стояла и молча обтекала. Дать бы ему пощёчину, только одна рука в бинтах, а вторая — у этого имперца-лекаря.
— Через три-четыре дня мы возвращаемся в столицу вдвоём. Но при условии, что ты слушаешь меня беспрекословно. Обвинять в словоблудии — по твоему желанию, однако если я приказываю — ты молча исполняешь. Поняла?
— Если посчитаю нужным, — фыркнула ему в лицо. Нашёл себе девочку на побегушках — его приказы исполнять!
— Хочешь сидеть во дворце всю жизнь? — полюбопытствовал он, поглаживая меня по больной руке. Вернее, уже даже не ноющей. В голове вспыхнула смутная догадка, что поглаживания — это совсем не лекарская процедура…
— Ты не имеешь права!
— Отчего же, — он вдруг разулыбался, — насколько я знаю, по вашим законам, если я забрал тебя у мужа и заставил понести от меня — ты отныне мне принадлежишь. А если Венский сунется тебя спасть, я сверну ему голову. Что скажешь?
Я поднялась на цыпочки и прильнула к его уху:
— Скажу, что мои ледяные иглы прекрасно украсят твоё седалище, Мистислав, — и резко повернувшись, я покинула кабинет.
  
Глава 13
 
К обеду погода в Афалии наладилась. Метель ушла, оставив после себя угрюмые свинцовые тучи. Похоже, солнечного рассвета в Новом году мы не увидим. В народе это считалось дурным знаком, хотя облачные года случались — и не всегда были плохими. Но яркое, расцветающее огнями небо дарило надежду, незримые крылья за спиной. Хотелось верить, что год начнется с чистого листа, без прошлых страхов и обид.
Я закрыла балконную дверь и медленно опустилась на кровать. Мне разрешили съездить в город — всего на час, в компании двух серьёзных молодцев и Прасковьи. Подарки и платье я выбирала почти не глядя, и очень злилась на лекаря за этот эскорт. Но как выяснилось позже, дело было не в нашей ссоре.
Ягару удалось сбежать. Слишком много времени Мистислав потратил на нас с купцом. Дальнейшие гонки ничего не дали — убийца, как выразился бы Ян, "залёг на дно". Его искали, сначала открыто, потом — тайно, пряча часовых у дома и той хибары в поле, которую нашли мы с Яромиром. Но результатов пока не было.
Купец, к счастью, выжил и шёл на поправку. Я надеялась, что к нему Ягар больше не сунется, да и зачем? Ведь это у меня было видение, а не у Мирона.
Надо бы сходить в ресторацию, поговорить с метрдотелем. Вдруг они запомнили таинственного гостя?.. Ведь не зря же графиня поплатилась жизнью за ту встречу.
После обеда я решила прилечь, но ворох мыслей не давал задремать. Подумав, я притянула к себе дневник Лисы.
 
Ох, давно я ничего не писала. Уже две недели прошло, как мы гуляли с Глебом. Тогда, на следующий день мастер Шан ошарашил новостью — он больше не куратор моего диплома. Глава Академии просто взял и сменил руководителя! И угадайте, кто теперь мой куратор?..
Если раньше я сомневалась в причастности Глеба к тайной канцелярии, то сейчас… всё очевидно. Кроме того, мой новый куратор поменял содержание глав и велел писать про родовую защиту, которую мы придумали с Сулой и Саной. Он ещё искренне недоумевал, почему имея такой проект под рукой, я занимаюсь клятвами верности. Ну дурак! Мы что, один диплом на троих писать будем?.. У Сулы и Саны уже проекты по родовым есть, а я специально выбрала другую тему!