Требуется ведьма

Ошарашенная, прижатая к его телу, начинающая паниковать, я попыталась прервать поцелуй.
– Все же пришла, – вдруг прохрипел Ланс и распахнул глаза.
Ой, что сейчас будет… Явно же не к встрече со мной готовился…
– Я так долго тебя ждал, единственная.
Что? Бредит! Я высвободила руку и положила ему на лоб. Жара не было. Тогда, бездна изначальная, что происходит?
Мужчина ласково коснулся кончиками пальцев моего лица, сверкая темными искрами во взгляде. А потом, не спрашивая, не интересуясь моим мнением и желанием, снова поцеловал.
А можно мне успокоительного? Хмель его губ невероятен, проникает в кровь, будит дикое желание принадлежать этому мужчине. До последнего вздоха.
Почему мои руки в его волосах? Почему губы горят, как от проклятья? Что он творит? Что творю я? Бездна непроглядная, что это?
Щелк… щелк…
Звук метлы, прутья которой скользили по каменной стене, привел меня в чувство. Я подскочила, обрадованная, что неизвестная магия выпустила, выпуталась из объятий Ланса, рванула к окну.
– Постой! Пожалуйста!
Он бросился следом, но запутался в одеяле, и это дало мне лишние мгновения. Мгновения, за которые я оказалась на метле и рванула ввысь, а через несколько минут заперлась в своей комнате.
Ноги дрожали, руки не слушались, губы горели… Хорошо полетала, что тут скажешь?
* * *
На рассвете я поднялась с трудом. Разогнулась, скрюченной бабулей доползла до умывальника и затем полезла в сумку за зельем, снимающим усталость в мышцах. Ванна пока была свободна, и я спокойно полежала в ней, радуясь отдыху. Про случившееся ночью старалась не вспоминать, потому что объяснения происходящему не было, а при мыслях о Лансе и наших поцелуях начинало бешено колотиться сердце и алеть щеки.
Собралась быстро, спрятала метлу в шкаф и шикнула на нахалку, чтобы и не думала шуметь. Котелок спокойно лежал на полке, безобразничать не собирался. Тратить силу и уменьшать артефакты я не стала, моя магия еще не до конца восстановилась. Да и любопытный Арчи уже на ногах, как бы не решил заглянуть ко мне в комнату, едва я ее покину. Переживая, решилась наложить чары отвода глаз. И только потом спустилась на кухню.
Несмотря на утро, которое только вступило в свои права, дом был полон голосов и шума. Снова носились слуги, начищая то, что не успели вчера, на кухне, куда я пробралась, в кастрюлях булькали супы, а на сковородках шипела зажарка. Александрина в неизменном белоснежном колпаке и накрахмаленном переднике раздавала указания помощницам.
Получив омлет с зеленью и чашку ароматного чая с булочкой с корицей, я, довольная, уселась в углу за столом.
Ко мне подсела одна из молоденьких служанок и тоже принялась есть.
– Вы слышали? Сегодня ночью в комнату к господину Лансу забралась какая-то леди! – раздался звонкий мальчишеский голос, и я чуть не подавилась омлетом.
– Вот балабол! – возмутилась Александрина, откладывая лопаточку, которой помешивала зажарку, и поглядывая на мальчишку, влетевшего в комнату.
Лет пятнадцати, не больше. Взъерошенный, словно воробей, с веснушками на щеках и задорной улыбкой, он невольно вызывал симпатию.
– Зуб даю! – возмутился паренек, почесывая вихрастый затылок. Голубые глаза его тем временем с любопытством смотрели вокруг, явно предвкушая реакцию на его новость.
Помощницы госпожи Александрины переглянулись, но расспрашивать не решились.
– Садись лучше ешь, Фрол, да болтай поменьше, – велела главная повариха.
Упрашивать мальчишку не пришлось: принялся за кашу, но было видно, что его распирает хоть с кем-то поделиться подробностями. И мы с одной из служанок, принимаясь за чай, шепотом уточнили, что там произошло. Из рассказа Фрола получалось, что незнакомка пробралась к хозяину Дарншхолла через окно и успела сбежать раньше, чем он ее рассмотрел.
Ну конечно! Поцеловать-то он меня успел, а вот рассмотреть…
– Но что самое интересное, хозяин решил беглянку найти и поймать!
– Зачем? – выпалила я.
– Так поговорить, поближе познакомиться…
 
Ох, знаю я это поближе… Нет уж, ведьме рядом с аристократом места нет. И точка.
– Сейчас он наверху устанавливает заклинания из накопителей, – бесхитростно сообщил Фрол.
Значит, Ланс Дарнш – маг? Ведь простой человек с чарами не справится, как и с магическим артефактом.
Все интереснее и интереснее становится. Я-то думала, он человек и, так как его кто-то проклял, на дух не переносит тех, кто с даром, но если хозяин Дарншхолла и сам колдун… Что теперь думать? Впрочем, надо ли заморачиваться? Мое дело маленькое – продержаться здесь неделю и стать компаньонкой Любавы, раз уж мы затеяли этот нелепый спор. И вовсе не входит в мои планы лезть в тайны Ланса. Да я к нему и попала-то случайно, а теперь и вовсе не сунусь, остерегаясь ловушек. Не то чтобы я с ними не справились бы, но…
В памяти вспыхнул наш ночной поцелуй, и я в который раз почувствовала себя едва ли не пьяной. Нет уж… держаться надо от этого мага подальше!
Допив чай, отправилась сразу же в сад. Генри как раз успел раздать задания трем другим своим помощницам и отпустил их, когда подошла я. Сегодня мне предстояло прополоть сорняки на десятке клумб и полить оранжевые и белые лилии. Также Генри попросил составить букет и к обеду отнести его в столовую, намекнув, что у хозяина Дарншхолла будут гости.
Получив задание, честно отправилась его выполнять. Время от времени я оглядывалась и посматривала по сторонам и, не обнаружив никого рядом, применяла магию, вырывая сорняки. Как ни крути, при помощи колдовства это было бы сделать в разы проще, и я не понимала, чем все же не устраивают нашего хозяина маги.
К полудню сделала перерыв и сходила поесть. На кухне на меня почти не обращали внимания, все были заняты обедом для гостей. Александрина ворожила – иначе ее действия никак назвать было нельзя – над шоколадным тортом со взбитыми сливками, украшая его консервированной вишней.
Вспомнив о просьбе Генри, я отправилась бродить по саду, решая, какие цветы срезать. Розы? Вариант классический, беспроигрышный. В оранжереи есть и алые, и белые, и кремовые… Магия, напитавшая землю, творила чудеса, давно пробудила их к жизни. Можно даже поиграть с сочетаниями.
Или остановиться на гортензиях? Да и фиалки, если правильно составить букет, будут смотреться красиво. Хотя, будь это мой дом и званый ужин, смело бы выбрала ветки сирени и черемухи. Белый и сиреневый – приятное сочетание, а ароматы цветов нежные, тягучие, навевающие…
– …И порой мы даем великолепные приемы! – раздался томный женский голосок, и к кустам черемухи, возле которой я стояла, решая, куда повернуть, вышли Ланс Дарнш и все семейство Трауб, состоящее из господина Трауба, госпожи Трауб и двух дочерей-близняшек – Аннет и Эльзы. Последние обе темноволосые, с алыми цветами в прическах и в вызывающе броских платьях. Аннет – в алом, расшитом розами, Эльза – в ядовито-розовом с черными кружевами. Даже интересно, кто им подобные наряды посоветовал? При этом леди напоминали двух сорок, без умолку щебеча, хлопая ресницами и поигрывая веерами.
Я с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться, заметив, что они еще и с двух сторон повисли на хозяине Дарншхолла. Эльза вообще неприлично вцепилась в его локоть. Впрочем, не упускала своего и Аннет, наклоняясь так, чтобы показать наиболее выгодно богатство, спрятанное в декольте.
У меня вот столько нет.
Ланс, одетый сегодня в синюю тунику с длинным рукавом и черные штаны, с собранными в хвост волосами, выглядел безупречно. Он на миг поймал мой взгляд, и я сделала легкий книксен, чувствуя, как во мне вспыхивает пламя. Вспыхивает, несмотря ни на какие обстоятельства.
Выпрямилась, старательно отвела взгляд, заметив, как на меня мельком глянула глава семейства.
Госпожа Трауб и ее муж, одетые вполне элегантно, в темно-зеленые с аккуратными вышивками костюмы, держались в стороне и в беседе участия не принимали, давая возможность дочерям очаровать завидного жениха. На мой взгляд, Ланс скорее на гадюку позарится, чем на этих легкомысленных канареек. Мне он все-таки показался мужчиной разумным.