Рождение Патриарха (СИ)

  
Глава 2
 
Первые дни и даже недели в вампирской общине выдались сложными, но интересными, почти без перерыва добавляя мне пищи для размышлений. Начать стоит с того, что мир моего пребывания назывался «Торил» и по всем признакам являлся тем самым Торилом, о котором я читал ещё на Земле, что подтверждало теорию о том, что большая часть выдуманных людьми историй — это просто отражения эха ещё не случившегося или уже произошедшего в бесконечности вселенных и параллельных реальностей. Очевидно, что я и до своей смерти надеялся на то, что данная теория верна, но получить наглядное доказательство было приятно. Правда, имелась в данном замечательном открытии и одна проблема — какой сейчас временной промежуток и как он связан с событиями старых литературных произведений, что я читал ещё в детстве, связан ли вообще или все совпадения просто случайны, оставалось загадкой. Какое летосчисление было в книгах, я не помнил, если вообще когда-то обращал на это внимание, а спрашивать что-то по событийному ряду являлось изрядной глупостью, как с точки зрения поддержания легенды о полной потере памяти, так и общего понимания событий. Имена известных мне личностей могли звучать иначе, их известность, опять же, может носить, скажем так, «региональный характер», и в местной жопе мира о них никто ни сном ни духом. И да, располагался же я именно в «жопе мира», по-другому и не скажешь.
Сидели мы в одном из лесных участков предгорий близ некоего горного хребта «Драконьи Вершины». Севернее нас располагался сам хребет, где вроде бы когда-то жили драконы, но их так давно никто не видел, что уже и не верили. Встретить там сейчас можно было разве что орков и гоблинов, ещё в нескольких местах расположены хутора добытчиков пушнины, но очень немного. Дальше на запад лежал огромный лесной массив, называемый «Сторожевым», а за ним — ещё более огромная пустыня, от которой он, собственно, и сторожит более комфортные земли, и делать там было совершенно нечего. Основная же жизнь в регионе бурлила южнее и восточнее. Там хватало и деревень с городками, и всякого рода квазигосударственных образований вида «феодальное владение» или «город-государство», но самое близкое поселение от нас было где-то в неделе пути, и это если по прямой и по дороге, а не по буеракам и чащобе. В общем, жили мы хоть и в некоторой доступности цивилизации, но на отшибе, и конкретно до нашего угла никому не было никакого дела — в лучшем случае, раз в сезон несколько торговцев по горным хуторам пройдутся, чтобы добытый товар скупить, но и их маршруты наше логово сильно огибают.
Что ещё интересного? По общему «мироустройству» мои новые сородичи рассказали, с одной стороны, много, а с другой — как-то очень уж… не то чтобы на «отвали», но размыто. Есть разные расы, одних эльфов существует четыре основных подвида, плюс всякие смески со всеми возможными и невозможными вариациями. Есть дворфы и есть гномы, и это разные ребята. Причём и тех, и тех тоже несколько видов, которые разбиты на разные государства, ведущие разную политику. Ещё в мире присутствовали хоббиты, точнее, тут их называли «хафлинги», и у них не было шерсти на ногах. Отличались они от дворфов и гномов более изящным телосложением и чуть заострёнными сверху ушами, не прям как у эльфов, но заострёнными. На этом по составу рас можно было ставить точку. Разумеется, оставались ещё люди, но они были наименее интересны, в том плане, что, как и в моём прежнем мире, вариативность человеческого поведения была очень широкой. От полноценных святых и мудрых, с которыми и эльфам не зазорно пообщаться, до дикарей и конченых мразей, что с удовольствием продадут своих сородичей за толику малую хоть врагам-соседям, хоть демонам, хоть вампирам. Последнее, кстати, имело место и здесь — наш лорд не караулил неделю караванщиков в кустах, он чётко знал, когда те появятся, что будут везти и сколько и кого в охране. Не уверен, знал ли продающий эти данные человек, кому именно он сливает информацию, но факты от этого не менялись.
 
Отдельно стоило упомянуть различные «малые расы», монстров и просто всяческую шелупонь, что обитала в этом, откровенно говоря, полудиком мире, но начни я перечислять всяких орков, гоблинов, багбиров, кобольдов, гноллов, огров, великанов и прочих медуз с минотаврами, закончил бы только через неделю. В лучшем случае. Даже «общая справка» в исполнении Джошуа затянулась на несколько часов, а ведь нам не только лясы точить требовалось — к распоряжению своего господина мой кровососущий приятель отнёсся очень серьёзно и науку владения мечом преподавал дотошно, без шуток и отвлечения на посторонние темы.
Между делом выяснился один довольно странный факт. В начале занятий с клинком Джошуа решил продемонстрировать, «как могут двигаться опытные вампиры», ну и начал махать мечом и перемещаться по залу в весьма шустром темпе. Вот только стоило мне сосредоточиться и как бы внутренне пожелать рассмотреть его движения, чтобы лучше запомнить, и… мир почти застыл. Пыль, поднятая моим наставником, незыблемо висела в воздухе, сам он двигался как в каком-то слоу-мо, а я… я перемещался совершенно спокойно и без малейшего напряжения. Даже по самым скромным подсчётам, это было быстрее, чем показывал выкладывающийся на максимум вампир, раз в восемь. Правда, как только я осознал этот факт и удивился подобному, странное состояние сразу же спало, вернув мир к привычной скорости, где я пусть и мог различить движения моего клыкастого приятеля, но уже не подойти, отвесить ему пинка, а потом встать обратно, словно ничего не происходило. Очевидно, тут имеет место ещё какая-то «незадокументированная» фишка моего организма, которую, с одной стороны, нужно изучать и осваивать, с другой же — не афишировать. Чисто на всякий случай.
К урокам владения оружием, кстати, мне со второй же ночи добавили и уроки добычи пропитания. Просто потому, что кормить меня за свой счёт тут никто не собирался. По этой причине меня приставили к Эдгару — бывшему охотнику, что и взялся учить меня «самостоятельности», насколько она возможна для вампирского отродья. Уроки у него были не сказать что сложными, но долгими и кропотливыми, первое время отнимая на себя практически всё тёмное время суток. Бывший охотник учил меня ходить по лесу, ставить силки, определять звериные тропы, читать следы животных, готовить ловчие ямы и мастерить прочие варианты ловушек на мелкую и не очень дичь. Признаться, факт того, что предыдущий владелец этого тела был магом, причём магом явно молодым, учитывая мою внешность, очень сильно играл мне на руку. Так-то, как выяснилось, «моторные навыки» при обращении сохраняются, но от «книжного мальчика» изначально никто и не думал ждать «понимания жизни», что помогало не только объяснить абсолютное отсутствие навыков в работе с оружием, но и избежать вопросов вида: «ты с какой луны свалился, блаженный?», в том смысле, что прописных вещей не знаешь, каких любой деревенский ребёнок с малых ногтей набирается. И дело даже не в том, что здесь действительно было много растений, деревьев и грибов, каких явно не существовало на Земле, хотя и привычных елей, сосен и дубов хватало. Дело было в самом образе жизни средневекового человека, для которого выживание в дикой природе — это не что-то экстремальное, а наоборот, естественный процесс. Это человек двадцать первого века может умереть летом с голоду в лесу, для жителя же средневековья это задача из разряда «имея батон колбасы, нож и буханку хлеба, не суметь сделать бутерброд», то есть что-то абсолютно абсурдное и невозможное. Умереть сотней других способов — сколько угодно, но от голода, когда вокруг грибы, ягоды, коренья, птичьи гнёзда с яйцами, орехи и так далее и тому подобное, вплоть до десятков способов поймать дичь, — это просто невозможно. Меня же принимали за тепличного городского мальчика, которого с ранних лет отдали в школу магии, и за её пределы он и носа не совал до выпуска, отчего и не знает очевидных любому сельскому жителю вещей. И это очень помогало задавать «тупые» вопросы и учиться «элементарным» вещам, не выглядя при этом идиотом. К тому же идиотом я и на деле не был, прекрасно осознавая нужность знаний и выкладываясь на занятиях по полной, что в итоге приводило к довольно быстрому прогрессу. Опять же, едой меня и правда никто не обеспечивал — что поймал, то и кушай, а халява только для лорда и его пассии.