Ирландец (СИ)
— Подожди меня здесь парень, — еле слышно сказал Лукас.
Я спрятался за углом ангара и остался в тени, так что меня не было видно.
— Что тут происходит? — крикнул Лукас, подойдя к людям. — Я старший смены.
— Недавно было совершено убийство, — произнес полицейский. — И, по словам очевидцев, убийцей был ирландец.
У меня по спине пробежал холодок. Все я попал — мелькнуло в голове. Что же теперь делать? Бежать, но куда? Да и не могу я бросить Нессу и Барри, я дал обещание Агне.
— Так, значит, вы думаете, если ирландец, так, значит, он работает у нас здесь? И неужели вы полагаете, человек, совершивший убийство, придет на работу? — с ухмылкой произнес Лукас. — Наверняка он уже пустился в бега и сейчас далеко за пределами Нью-Йорка.
Значит, мои догадки верны, я в Америке, и это Нью-Йорк. Я осклабился. Ну, хоть какая-то радость, побывать в Америке без грин-карты и вида на жительство.
— А кто из ваших подчиненных не вышел на работу в последние дни?
— Арэн Иверс три дня находится дома. Бедолага заболел, температура, кашель, озноб.
— Дайте нам его адрес, мы проверим его, — приказал полицейский.
— Разумеется. Файлан, проводи господ полицейских до конторы, и пусть там найдут для них адрес Арэна, — приказал Лукас стоящему рядом парню. — Если не секрет, то хотя бы в вкратце, что за убийство вы расследуете?
— Ирландец зарезал итальянца, прям среди белого дня. Черт его знает, что они не поделили.
— Господа, прошу за мной, — произнес Файлан и указал рукой в направлении портовой конторы.
Подождав несколько минут, пока полицейские уйдут, Лукас подошел ко мне.
— Ну, все слышал?
— Ага, спасибо тебе, что помогаешь мне, — ответил я.
— Еще раз повторяю, я помогаю тебе только потому, что ты ирландец, как, собственно, и я. Идем за мной. — Лукас подвел меня к стоящим все на том же месте людям.
— Итак, это Джон. Он поработает у нас, пока Арэн не поправится. Никто не возражает? — произнес Лукас, на что все просто кивнули. — Ну, так что у нас, узкоглазых разгрузили?
— Да какой там, с прошлой смены нам оставили половину. Сами только приступили так этих, будь они не ладны, принесло, весь процесс застопорили.
— Парни, у нас план, к утру судно должно быть пустым. Иначе нам всем башку начальство свернет. Всем ясно? — Лукас обвел взглядом стоящих вокруг него людей. Те лишь послушно кивали, как бараны. — Все, приступаем.
Я пошел вслед за остальными. Подошли к причалу, там нас ждало судно нехилых размеров. Поднявшись на палубу, я увидел два открытых грузовых люка. Заглянул в один из них, было видно на дне трюма несколько ящиков. Но, заглянув в другой, что по соседству, я обомлел. Он был забит под завязку такими же ящиками. И это все нужно было разгрузить до утра.
— Это что, нужно все руками перетаскать? — спросил я парня, стоящего рядом.
— Хех, чудной ты парень. Мы ведь не в шестидесятых живем, у нас есть паровой кран, — Он указал на здоровенную конструкцию рядом, на которую я даже не сразу обратил внимание, поскольку думал, что это гора металлолома. — Разгрузить-то не проблема, проблема — груз перевести в вон тот ангар. — И парень указал рукой на огромный ангар метрах в ста от нас. — Все это придется перевозить на тележках. В дополнение нужно их аккуратно сложить в ангаре, так что ночка будет веселой.
Один из парней залез на это железное чудовище и подал звуковой сигал, как на паровозе. После чего понемногу подъехал и вытянул стрелу в аккурат над грузовым люком. Однако это был не тот автокран, который мы все привыкли видеть.
Это было нечто совсем другое. Данное чудовище передвигалось исключительно по рельсам которые, к слову, были не большой протяженностью, всего лишь в длину корабля. И, к слову, корабли были размером не с Титаник, а гораздо меньше.
Грузоподъемность данного чуда тоже оставляла желать лучшего, за раз он мог поднять около тонны груза. Поставив ящики на землю, мы перекидывали их на телеги и везли в ангар, где так же аккуратно составляли.
Ребята были, к слову, достаточно выносливые, не сказать, что все делали быстро, но все же почти без передыха. Я, в свою очередь, делал все то же самое и не задавал лишних вопросов, да и некогда было болтать. Бери, неси или толкай, вот и вся работа.
Ближе к утру, как и обещали, корабль был полностью разгружен.
— Пошли в контору, — произнес кто-то из парней, услышав паровой гудок где-то вдалеке, оповещающий о конце рабочей смены.
Я стоял, не понимая, что мне, собственно, делать. Идти с ними или ждать Лукаса.
— А ты что встал, ворон считаешь? Пошли с нами, наверняка тебя Лукас уже в список включил, — произнес все тот же парень.
Я кивнул и побрел за ними. Плутая между ангарами, мы подошли к двухэтажному зданию, расположенному неподалеку от центральных ворот на территории порта.
У двери скопилась приличная толпа народу. Мы тоже заняли очередь. Спустя некоторое время зашли в помещение, где сидел жирный лысый мужик и курил сигару.
— Все как и раньше, — пробубнил он и небрежно пихнул толстыми, как сардельки, пальцами журнал, лежащий на столе, за которым он сидел, в нашу сторону.
Парни по очереди ставили подписи напротив своих фамилий, а жиробас отсчитывал им деньги. Но вот какая была особенность. Когда подошла моя очередь подписать, я нашел все-таки свою фамилию, но пока искал ее в журнале, я обнаружил, что напротив всех фамилий сумма оплаты была одинаковой, полтора доллара за смену. Однако на руки мы получили по одному доллару, и никто по этому поводу даже слова не сказал. Я также не стал по этому поводу залупаться, лучше расспросить Лукаса.
На ватных ногах с ломящей болью в суставах и диким желанием поспать я добрался до нашего убежища и рухнул на кровать. Когда я проснулся, было уже далеко за полдень, а в местной столовой меня ждала холодная похлебка.
Поев супчика, я подошел к Лукасу.
— Добрый день! — поприветствовал его. Тот в ответ кивнул.
Меня разрывал интерес по поводу получения денег, но я никак не мог начать данный разговор.
— Спасибо, что включил меня в список на зарплату.
— Да не за что.
— Сколько я должен за проживание и еду? Давай обговорим сразу.
— Доллара в неделю с тебя будет достаточно. А младшие твои пусть живут бесплатно. Дарина с ними хоть отвлекается немного. Слышал наверняка о ее горе?
Глубоко выдохнув, я кивнул.
— По поводу заработной платы можешь пояснить, только не обижайся. Почему в журнале указана сумма полтора доллара, а заплатили всего один. Неужели такие налоги?
— Сынок, полтора доллара для коренных, а ты ирландец, как и большинство из нас, оттого и плата такая. Но ничего, живем и не жалуемся. Или ты в Ирландии больше зарабатывал, когда пас овец и коров? То-то же.
— Но это тридцать процентов, не многовато ли забирают?
— Скажи спасибо, что ты не узкоглазый, они вообще получают по восемьдесят центов, а негры так и того меньше.
— Тогда стесняюсь спросить, а остальные недоплаченные деньги куда идут? В профсоюз?
— Ха-ха-ха, — разразился смехом Лукас. — Конечно, в профсоюз, та самая жирная рожа, что тебе выдавала деньги, она и есть этот профсоюз. А если не нравится, найди другую работу. Так и живем.
Деваться было некуда, поэтому я больше о подобном не заводил разговор. Отработав так неделю, я выплатил Лукасу за аренду своего топчана, а также за баланду, что готовила Дарина. Разумеется, условия не самые лучшие, но зато Несса с Барри под присмотром, словно в детском саду с воспитателем, а это было для меня наиболее важным.
Отложив пару долларов на черный день, на остальные решил сводить куда-нибудь детей развеяться, поскольку, кроме этого подвала, они ни черта еще не видели.
На нашу удачу, выходные выпали солнечные и теплые. Мы прогуливались по набережной, наслаждаясь чистым свежим воздухом. Детишкам я покупал мороженое, дорогое, зараза, но очень вкусное. По их взглядам я понял, что ранее они такого не то что не пробовали, а даже не видели. Детишки просили еще и еще, но я пояснил им, что денег у нас не особо много и нужно экономить, на следующих выходных мы еще погуляем и я вновь куплю им мороженое.
