Ирландец (СИ)
Закончив с охраной, я заприметил парня, что замер, словно суслик.
— А тебе что, нужно еще одно приглашение? — крикнул я на парня, что стоял у окна. Он затрясся от страха и тут же рухнул на пол.
— Так-то лучше, — пробормотал я себе под нос. — Кто двинется, сразу на тот свет отправлю, ни один доктор не поможет, только гробовщик.
— Прошу. Твой выход, — сказал я Диме, встав вполоборота и глянув на него.
Дима-грек покачивающейся походкой, изрыгая жуткий запах перегара, двинулся к стойке, за которой стояли два работника банка с поднятыми руками. Несмотря на состояние Димы, он лихо перемахнул через стойку и достав из-за ремня приготовленные заранее мешки.
— Деньги в мешок. Быстро, — сурово и холодно произнес он, а дуло револьвера смотрело в упор на одного из работников.
— Но деньги в сейфе, — дрожащим голосом произнес один из них.
— Еще один подобный ответ, и в твоей башке будет дырка размером с кулак.
— Хорошо, хорошо. Сейчас все сделаю, — ответил второй работник дрожащим голосом. — Они там, в соседней комнате, в хранилище.
— Так чего же мы ждем, господа? Вперед за моими деньгами, — весело произнес Дима, хлопнув ладонью по столу, и они втроем скрылись в соседней комнате, где располагался сейф.
— Давай скорей, — слышался голос Димы, как он поторапливает работников. — Бумаги тоже давай в мешок. Все выгребай!
Все это время я смотрел в сторону соседней комнаты, куда ушел Дима с сотрудниками банка. Тут я перевел взгляд на лежащих на полу людей и увидел, как тот самый молодой парень пытается незаметно подползти к револьверу охранника.
— Ты что, сука, творишь? Сдохнуть хочешь? — крикнул я. Тут же увидел, как один из охранников зашевелился и тоже потихоньку начал тянуть руку к револьверу Я не выдержал и выстрелил вверх. Парень тут же замер. Охранник обнял голову руками.
Дима выскочил из комнаты с полным мешком в левой руке.
— Что за херня тут происходит? — проревел он.
— У нас тут самоубийцы нарисовались, — немного нервно ответил я.
— Ну а почему ты его не пристрелил? — с интересом спросил Дима.
Парень задрожал и начал молить нас:
— Не убивайте, прошу вас.
Дима-Грек перелез через стойку и, держа так же на мушке работников банка, медленно отходил назад к двери.
Тут дверь банка отворилась, и на пороге появилась Мэри.
— Что тут у вас происходит? — спросила она. — Там люди на выстрел обратили внимание. Наверняка сейчас шерифу сообщат.
— Все. Валим отсюда скорей, — крикнул я и, схватив Мэри в охапку, рванул вперед.
Мы выскочили из банка и со всех ног рванули к нашим лошадям. При выходе из банка я заметил пару человек, которые наблюдали за нами, но было уже поздно что-либо предпринимать.
Запрыгнув на лошадей, мы унеслись в закат и покинули этот городишко.
Мы гнали лошадей что было силы. Проскакав так около шести миль, остановились перевести дыхания, да и темнело уже.
— Сколько там взяли? — поинтересовался я.
— Не знаю, не считал, — коротко ответил Дима-грек.
Мы разожгли костер, поскольку было прохладно, и уселись вокруг него. Дима высыпал содержимое мешка, и мы стали считать деньги.
Денег было довольно много. Они были как в пачках, так и врассыпную и разными купюрами.
Пересчитав деньги, получилось без малого семь тысяч долларов. У всех на лицах появились улыбки.
— А это что за бумаги и конверты? — спросила Мэри.
— Надеюсь, облигации или акции на предъявителя, — ответил Дима-грек, вскрывая конверты.
Рассмотрев бумаги более внимательно, он тяжело выдохнул.
— Это залоговые расписки. Вот же ж, — и Дима скомкал одну из них и бросил в костер.
Мэри расхохоталась и произнесла:
— Ну, хоть не зря взял их. Теперь многие люди будут нам благодарны.
— А нам-то что с этого? — тут же спросил не очень довольный Грек.
— Ну как же, теперь мы почти герои, — ответил я. — Людей спасли от выплат и долгов. Ведь они подписывали данные бумаги не от хорошей жизни.
— Хм, тоже верно, — кисло ухмыльнулся Дима.
Мы проверили все конверты с бумагами, но ни одной ценной бумаги там не обнаружили. Все расписки мы комкали и с радостью бросали в костер.
— Нужно поспать, а на рассвете двинемся в путь, — пробормотал, зевая, Дима-грек и улёгся поудобней, закинув руки за голову.
— Ты тоже ложись, — сказал я Мэри. — А я подежурю, мало ли что.
Мэри скрутилась калачиком и спустя некоторое время заснула.
Через пару часов, продрав глаза, пробудился Дима-грек, но я полагал, что он и не спал, а попросту проверял меня. Захочу ли я забрать все деньги себе или нет, убив его. Ведь это действительно был куш.
— Ляг поспи пару часов, скоро рассвет, — потягиваясь, чуть слышно произнес Дима, чтоб не разбудить Мэри.
— И то верно, — ответил я и улегся рядом в Мэри.
Разбудили меня первые солнечные лучи. Продрав глаза, увидел, что Мэри лежала рядом в моих объятьях.
— Вставайте, голубки. Пора в дорогу, — с ехидцей произнес Дима.
Я был приятно удивлен, увидев Грека на месте. Поскольку у меня пробегала подленькая мысль о том, что он заберет все деньги себе, а нас бросит. Потушив костер, мы отправились в дорогу. Ехали мы неспешно, но и не вразвалочку.
— Сколько с этих денег наши? — спросил я Диму-грека.
— За минусом тех, что мы должны отдать Томасу, у нас остается порядка трех тысяч, — ответил он.
— Неплохо, — произнес я, и улыбка сама вылезла на лицо.
— Ага, тысяча тебе и пять сотен Мэри, — с ехидцей проговорил Грек.
— Подожди, три тысячи. Тысяча мне, пятьсот Мэри, а тебе тогда, получается, полторы?
— Ну да. Я же сказал, что все сверху тех денег, которые мы должны отдать Томасу, делим на троих, ведь так?
— Ну да. Но я думал…
— Я сказал на троих, и вы согласились. Я ведь не говорил, что поровну, — перебил меня Дима.
Хм, а ведь он прав. Вот же хитрожопый Грек, и предъявить нечего. От этого стало досадно, но я и этому был рад. Тысяча долларов — это просто состояние для меня.
Всю дорогу я размышлял и мечтал, что по приезде в Нью-Йорк сниму квартиру и заберу к себе Нессу и Барри. Будем жить как люди, не ютиться в сыром подвале. А может, и Мэри будет со мной, так это получилось бы вообще отлично.
Ближе к вечеру мы нагнали остальных членов нашей группы, что уехали раньше с повозками.
Переночевав в таверне, что попалась нам на пути, мы двинулись дальше и почти не останавливались до самого Бостона.
По прибытии в Бостон Дима-грек отпустил всех парней, что сопровождали нас в дороге, после чего отсчитал пятьсот долларов Мэри.
— Держи, это твоя доля.
— Спасибо, — радостно ответила девушка, увидев такую сумму. — Я навещу отца, а то с того самого раза его не видела. Ну а после встретимся.
Я поцеловал ее, и она вприпрыжку направилась в сторону дома ее отца. Мы же с Димой двинулись к Томасу домой.
По приезде нас встретила все та же услужливая негритянка и проводила в гостиную.
— Господин сейчас занят. Присаживайтесь за стол, я принесу вам все, что пожелаете, — сказала она.
— Принеси выпить и чего-нибудь поесть, — ответил Дима-грек.
— Хорошо, — ответила негритянка, поклонилась и ушла.
Пока мы ожидали Томаса, она принесла нам бутылку виски и запеченный окорок со свежей зеленью.
Спустя какое-то время в приоткрытую дверь гостиной я увидел, как из своего кабинета вышел Томас в сопровождении высокого, богато одетого мужчины лет сорока.
— Всего доброго, Генри. Рад был поболтать, надеюсь, увидимся в скором будущем, — произнес Томас, и они пожали друг другу руки.
После того как Томас проводил своего гостя, направился к нам. Поздоровавшись, он уселся за стол.
— Как все прошло? — спросил Томас.
— Лучше не бывает, — ответил Дима-грек, достал из кармана заранее отложенные для него деньги и положил на стол рядом с Томасом. — Вот, пересчитай. А это заказы на следующую поставку, — Дима притянул ему лист бумаги, на котором записывал заказы от хозяев баров.