Слесарь 4 (СИ)
То ли поумнел, после серьезных ударов по голове, то ли и правда, плохо ему.
Так, третий за стенкой, около ворот, похоже, мне и нужен. Он и помоложе, насколько я сумел рассмотреть его силуэт за секунду, и значительно меньше размерами. Похож на молодого паренька, с таким мне, в дальнейшем, будет легче совладать.
— Иду! — крикнул я и обозначил движение, выглянув одним глазом из проема ворот и сразу наткнулся за прижавшегося к стенке паренька, стоящего с закинутой дубиной над головой, — Давай! — крикнул я ему, и он от страха махнул дубиной, попав по земле с недюжинной силой, даже комки почвы разлетелись по сторонам. Прижав дубину ногой, я приставил лезвие копья ему к груди и посмотрел на двоих разговорчивых мужиков, застывших статуями в пяти метрах от ворот.
Видимо, подставить меня под удар, это был единственный оговоренный план, поэтому, при провале этого плана, мужики просто замерли на месте, не пытаясь как-то атаковать меня. Ждали помощи из самого сарая, но помощник только сейчас поднял голову и тупо смотрел на меня, не понимая, что произошло и почему он не может подняться.
Я перескочил за паренька, приставив копье теперь ему к спине и подтолкнул его вперед, скомандовав:
— Зашел и сел на землю.
И к двоим оставшимся, бровастому и второму мужику из ближайшей деревни:
— Вам, что, отдельное приглашение требуется? Зашли в сарай и молча сели.
Деморализованные быстрым крушением планов, и тем, что подельник и, похоже, сын, оказались заложниками свирепого чужака, двое мужиков не стали убегать или звать на помощь, безропотно вошли в ворота и присели на утоптанный земляной пол.
Я прикрыл ворота, в сарае, с тремя лошадьми, так и стоящими не разгруженными, и пятерыми людьми, стало тесно. Все трое с ужасом смотрели на привязанного приятеля, с не до конца пришедшим в себя, видом, сидевшего, выставив вперед ноги и прихваченного тонкой веревкой за шею.
Я задумался, как мне теперь, когда активное сопротивление подавлено и враг серьезно деморализован, добиться того, чтобы за мной не было погони несколько ближайших часов.
— Ну что. Вы хотели убить и ограбить меня, теперь я могу получить с вас виру смертью, с каждого. Оставлю валяться в сарае, пока вас не найдут и заберу лошадей, — напустил ужасу я сразу.
— Вы, двое. Быстро разгрузите лошадей! — скомандовал я взрослым мужикам и видя, что они не торопятся выполнять команду, приставил копье к шее паренька.
— Теперь понятнее? — спросил с угрозой у предполагаемого отца, и подельники перестали спорить и сняли мешки, разгрузив лошадей.
— Что в мешках? Быстро отвечать! — я не убрал лезвие от шеи паренька и получил быстрый ответ.
— Голубая глина.
— И все? — удивился я, — Зачем она нужна?
Нехотя мужики рассказали. что в графстве есть большие залежи этой глины и из нее делают посуду, краску для ткани и еще много чего. Тащат тайком через границу, потому, что местный граф запрещает ее вывозить, требуя только на своей территории работать с глиной и производить посуду и те же краски, грозя суровым наказанием за такую контрабанду. Поэтому такой бизнес и развился и работает прибыльно вполне.
— Так, если гвардейцы вас встретят, вам ничего особо не будет? — поинтересовался я у бровастого мужика, — Вы же ничего из законов королевства не нарушаете?
— По шее могут дать, за то, что, через границу лазим, а так — да, особо ничего. Но, это когда большого начальства нет, при нем могут и лошадей забрать и на рудник отправить, бывали такие случаи, — видя, что разговор идет и напряжение в атмосфере сарая спадает, уже словоохотливо рассказывал бровастый.
— Наш то барон только поощряет такое дело, народ работает, налоги платит, кое-какие, и всем хорошо.
Понятная схема, то что, контрабандисты, на самом деле для королевства — никакие не нарушители закона, а, наоборот, создают рабочие места и платят налоги в казну местного дворянина. Поэтому, с такой неохотой они вернулись обратно, только по дороге решив заработать на том, что снимут с моего тела.
Так, мне надо одного проводника, на это дело только двое местных подходят и лучше взять молодого паренька, умудренный опытом отец вряд ли побежит подставлять сына тем, что поднимет пограничную стражу и увидит мертвое тело сына в конце погони. Мне рассчитаться за предательство — много времени не надо, один удар и все, нет у мужика уже взрослого наследника и кормильца в старости. Сын то, по молодости, может глупость совершить.
Но, надо как-то остающихся мужиков задержать здесь на, как можно более, продолжительное время. Сейчас середина дня и, если отец с сыном не появятся к вечеру, их начнут искать и быстро найдут, тем более узники сарая и сами будут орать, привлекая внимание.
Я скомандовал мужикам вязать руки один другому. Сам взялся за паренька и связал ему руки спереди, чтобы он мог нормально передвигаться и не падал постоянно.
— Парня я забираю в проводники и, чтобы ты, папаша, сильно не переживал, выдам сейчас тебе пару золота и еще пару отдам, когда отпущу парня домой, — я достал из кошеля пару местных золотых и бросил отцу, стоящему с еще свободными руками. Мужик поймал монеты на лету и тут же спрятал в кошеле на поясе. Так они будут думать, что я не собираюсь убивать парня, раз уже здесь оставил задаток отцу, может, и про погоню думать не будут особо.
— Лошадей оставляю, а теперь твоя очередь подставлять руки, — последним я связал и его, хорошо закрутив руки за спиной, но сильно не пережимая сосуды. Посадил к стенке и так же накинул петлю на шею, чтобы он не мог повернуться и перегрызть веревку зубами. Потом провел те же действия со вторым, бровастым, только и ему закрутил руки посильнее, поверх довольно слабо повязанных веревок, из которых он бы быстро выпутался и освободил остальных. Его также оставил с петлей на шее сидеть у стены и снял с каждого мужика пояс с кошелями и ножами, не став туда заглядывать. Просто кинул их в угол, где стоял паренек и вывел его и свою лошадь из сарая.
Не дав попрощаться с отцом:
— Скоро увидитесь. Нечего долгие проводы устраивать.
— Сколько времени добираться до границы графства? — спросил я у парня и узнал, что если быстро двигаться, то сегодня до вечера надо идти и уже завтра к вечеру дойдем до другого графства.
Понятно, сегодня километров пятнадцать пройдем и завтра еще двадцать пять, где то.
Паренек со связанными спереди руками шагал передо мной, я на лошади, с копьем в руке, присматривал за ним и смотрел вокруг.
Сарай с молчащими мужиками, не верящими, что остались живы, остался за спиной и скоро скрылся с глаз, как не пытался мой проводник напоследок еще раз его увидеть.
Глава 19 ПУТЕШЕСТВУЮ С КОМФОРТОМ
До вечера мы прошли не так много, как хотелось бы, я уже устал после бессонной ночи и остановился на ночлег пораньше, чем пришли сумерки. Лес оказался довольно густым, тропинки пропадали время от времени и вскоре мне пришлось развязать руки пареньку, которого звали Конс. Ему приходилось отводить ветви с нашей дороги, помогая пройти лошади, и со связанными руками получалось не очень хорошо.
Да и найти контакт с парнем показалось мне не лишним, для успеха совместного путешествия.
Чтобы мысли о побеге или возможности привести меня в руки местных органов правопорядка, не мешали парню в пути, я, когда развязал его, выдал один золотой авансом и пообещал еще два золотых в конце пути. Пояснив, что собирался заплатить и двоим мужикам, которых повернул назад, но, они сами виноваты, что теперь ничего не получат, кроме побоев. Хотя имел право и выпустить кишки обоим за нападение на меня и угрозу жизни. Но, Конса они не особенно интересовали, его радовало, что жив остался его отец.
Решив договориться миром, я хотел спать спокойно и не бояться подставы в самый неудобный момент, если мы увидим стражу или еще кого-то с оружием и в числе немалом, чтобы Конс не побежал к ним, крича, что я разбойник и захватил его в плен. Ожидание золота за небольшую работу привязывало парня ко мне сильнее, чем, если бы я вел его связанного и на ночь оставлял бы путах. Ожидание возмездия после провалившегося нападения на меня и то, что отец остался невредим, хоть и связан, благотворно подействовало на парня и он буквально завалил меня той информацией, которую знал про местную стражу, порядки в графстве и самом городе, где бывал каждый год по нескольку раз, помогая отцу в приграничном бизнесе.