Месть брошенной невесты (СИ)

— А зефирки есть? — стараясь хоть как-то отвлечься от увиденной картины, поинтересовалась я.
— Малинка, ты решила пойти во все тяжкие?
Егор обернулся и мои щеки покраснели. Он точно заметил, как я рассматриваю его!
— Кажется, ты все-таки учишь меня плохому.
И речь шла совсем не о еде.
  
Глава 25
 
Лина
Я нервно теребила ремешок сумочки и не отрывала взгляда от дороги. Когда Егор накрыл мою рукой своей, я вздрогнула от неожиданности.
— Волнуешься?
— Впервые еду знакомиться с родителями парня. Знаю, что мы лишь играем в пару, но все равно страшно. Не хочется ставить тебя в дурацкое положение.
— Все будет хорошо, Лин. Ты им понравишься. Более того, они уже заочно в тебя влюблены.
— Да? Почему? Из-за папы…
— Нет, потому что ты единственная, кого я согласился привезти в гости.
Я ахнула.
— Как же так вышло?
— Просто мама мне еще в пятнадцать сказала, что порог ее дома переступит только невестка. Если я не готов жениться на своей избраннице, то и знакомиться с ней нет смысла. К двадцати мама ужасно жалела о своих словах, но теперь уже я не сдавал позиций.
— Ловко ты.
— А ты?
— Что я?
— Почему нет опыта знакомств с родителями?
— Ну, дядю Андрея и тетю Марину я знала с рождения, поэтому и опустили данную процедуру.
— А потом? После Кирилла?
— После Кирилла была работа и мимолетные симпатии, которые не переростали в серьезные отношения.
— Никто не мог затмить идеальный образ? Не дотягивал до планки?
В голосе Егора слышалась горькая ирония и даже злость. Мне стало неуютно. Словно я сижу не в комфортном салоне авто, а на лавке подсудимых.
— Давай оставим эту тему. Лучше расскажи мне еще раз о своих. Не хочу запутаться.
— Ты все запомнила с первого раза, Малинка.
— Не называй меня так у своих, пожалуйста.
— Боюсь при всем желание не выйдет. Я это просто не контролирую!
— Тогда я тоже придумаю тебе прозвище! — разозлилась я.
— Давай! — легко согласился Егор.
Я задумалась. Это у меня имя рифмуется Полина — малина, а у мужчины. Егор — помидор? Смех вырвался сам собой. Прозвище хоть и забавное, но совершенно не подходит к моему жениху. Бобер? Да нет, с зубами у Егора все отлично. Позер? Фантазер? Контролер? Сутенер? Ой! Это уже куда-то не туда. Хотя, если вспомнить о его работе… стриптизер?
Я вспомнила кубики пресса на животе мужчины, широкий разворот плечей, мускулистые, сильные руки и покраснела. Таким прозвищем я его точно называть не стану. Это же провокация чистой воды!
— Малинка, ты покраснела. Расскажешь, что придумала?
— О, кажется, мы подъезжаем. — перевела разговор я.
Егор окинул меня взглядом, усмехнулся и поддержал игру.
— Да, дом в конце улицы. Так что признаешься или мне тебя пытать?
— Егор, давай потом. Я ведь нервничаю!
— Да брось, ничего страшного не будет.
Егор остановил машину у ворот и они автоматически открылись. Впереди на лужайке у дома, прямо напротив въезда собралось все семейство Сычевых. Женщины встали с ротанговых кресел, а мужчины отошли от барбекю. Вся компания дружно направилась к нам на встречу.
— Ничего страшного? — переспросила я и перевела взгляд на своего спутника.
Егор медленно въехал во двор и припарковался. Стоило только открыть двери, как я оказалась в крепких объятьях мамы Егора.
— Добро пожаловать, Полина. — женщина слегка отстранилась и заглянула мне в лицо. — Мы очень рады наконец-то познакомиться с тобой. Можешь звать меня просто Кариной.
Я растерялась, но смогла выдавить из себя:
— Спасибо за такую теплую встречу.
— Ой, мама, ты ее совсем засмущала! Лина, пошли выпьем глинтвейна, пока мужчины занимаются шашлыком.
Сестра Егора вмешалась в разговор и Карина отступила.
Ася почти не изменилась. Такая же стройная, красивая, улыбчивая и позитивная.
— Федор Данилович, — представился отец Егора и приветливо улыбнулся.
Мой жених сильно походил на него внешне. Почти одно лицо, только цвет глаз достался Егору от матери.
 
— Гена. — мужчина помахал в мою сторону, стоя возле барбекю.
— Рада знакомству.
Егор наконец-то пробился ко мне и, обняв за талию, повел к месту проведения семейного обеда.
Семья Егора, как и моя любила посиделки на свежем воздухе и на лужайке уже стояли плетеные кресла и два стола. На одном из кресел лежала стопка пледов. Мне почти сразу предложили один из них, но я отказалась. Кашемировое пальто хорошо согревало, да и ветра почти не было.
Мужчины оставили нас посекретничать, а сами занялись мясом. Я время от времени бросала взгляд в сторону Егора. Его присутствие успокаивало меня. Хоть поводов для беспокойства и не было. Карина и Ася вели не задавали неудобных вопросов, наоборот мы болтали о житейских мелочах.
— Еще глинтвейна? — поинтересовалась Ася.
— Пока достаточно.
Я накрыла бокал ладонью, видя, что собеседница собирается возразить, но ее прервал непонятный шум.
— Кажется, кто-то просыпается. — Ася подхватила радионяню. — Я от помощи не откажусь. Вы со мной или останетесь здесь?
— С тобой. — ответила за нас двоих Карина и мне ничего не оставалось, как последовать за ними.
Ребенок это ведь не страшно? Единственный мой контакт с этими маленькими человечками состоял лет восемь назад, когда я помогала Борису снимать рекламу сока.
Тогда вся съемочная группа натерпелась. Закурили даже те, кто никогда в руках сигарету не держал. Я сглотнула. Мой взгляд встретился с глазами Егора. Мужчина хмурился и ждал от меня знака. Один кивок головы и меня спасут!
— Сон всего два часа, а я так соскучилась словно два года прошло! — поделилась Ася, ускоряя шаг.
Выражение ее лица было таким восторженно-лучистым, что я переборола свой страх. Не может же женщина выглядить такой счастливой, если дети — это оживший кошмар?
Егор, получив в свой адрес улыбку, заметно успокоился и вернулся к барбекю.
Детская расположилась на первом этаже, следующая комната от гостиной, в которую мы зашли через террасу. Светлые обои, куча игрушек и нежный запах детской присыпки. Атмосфера спокойствия царила здесь недолго. Недовольное сопение перешло в плачь и один голос тут же подхватил второй! О, боже, это же близнецы!
— Мой маленький, — Ася подхватила на руки карапуза, которых тер глазки своими кулочками.
— Ну, все-все…
Карина уже целовала щечки второму мальчишке.
Женщины ловко сменяли детям подгузники и надевали на малышей одежку.
— А кто сейчас пойдет на улицу гулять? — приговаривала мама Егора, не забывая улыбаться малышу.
— Кого мама покормит вкусной кашкой? — интересовалась Ася у сыночка.
Обе женщины просто растворились в общении с детьми. Я же осторожно наблюдала. Все ни так уж и страшно… эти малыши выглядят милыми и как они пахнут!
Я и не поняла, как оказалась возле пеленального столика.
— Это Петр. — сказала Карина, — а второго внука назвали Павлом. В честь апостолов.
Не думала, что родственники Егора настолько верующие люди.
— Их рождение — это настоящие чудо, я уже потеряла надежду стать матерью.
Сказать, что меня удивили слова Аси — это промолчать. Молодая, красивая, здоровая на вид женщина и такое несчастье.
— Самое страшное, что никаких патологий и не было. Просто возраст. Ты знала, что у женщин есть запас яйцеклеток и ежемесячно умирает примерно одна тысяча? Когда мне исполнилось тридцать три у меня осталось всего около тридцати тысяч. Никогда еще так не ценила время, как в те годы.
На лице Аси появилась тень грусти и Карина мягко погладила дочь по спине.
— Главное, что все обошлось и у нас есть такие замечательные парни. Мне бы еще внучку-красавицу, чтобы бантики было кому плести и платья покупать.
— Полина, а вы с Егором уже говорили о детях? — поинтересовалась Ася и тут же спохватилась. — Ты не думай, мы лезть к вам не станем. Я просто волнуюсь, чтобы у тебя таких же проблем не было.