Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

— Ты следовал за мной от самого поместья? — все же уточнил Шен.
Ученик скромно кивнул.
— Ты не мог бы… — Шен сильно смутился. — Не мог бы показать мне дорогу назад?
— Идемте за мной, учитель, — поклонился Ал, чуть улыбнувшись.
Шену ничего не оставалось, как хвостиком пойти за ним.
— Учитель, — через какое-то время, не оборачиваясь, произнес Ал.
— А? — Шен вскинул голову, переводя взгляд с земли на его макушку.
— Вы можете рассказать мне, что вас беспокоит.
«Могу ли?»
Шен с сомнением смотрел на его золотистую макушку. «В этом мире нет никого, кому бы я мог доверять. Теперь даже себе». Подумав подобным образом, он усмехнулся и мысленно произнес: «Только не надо драматизировать, пожалуйста».
Так и оставшись в этих противоречиях собственных размышлений, он спросил:
— Как тебе поместье генерала Шуэра? Как тебе оно… ощущается?
— Это дом с богатой историей, — абстрактно ответил Ал, несколько разочаровывая тем Шена.
— Ты… Ты видел в нем что-нибудь необычное?
— Необычное? — переспросил Ал.
— Ну… — замялся Шен. — Призраков там…
Он сразу же пожалел, что произнес это вслух. Это звучало столь абсурдно, что самому тошно становилось!
— Учитель. — Ал развернулся и посмотрел прямо на него.
«Сейчас он скажет, что я свихнулся, — тоскливо подумал Шен. — Вот точно. Сейчас… сейчас…»
Ал продолжал внимательно смотреть на него. Он даже не моргал.
— Что? — не выдержал Шен.
— Вы… непостижимы для меня.
«Э?»
— Ты просто плохо пытаешься! — уязвленно заявил Шен.
Что значит «непостижим»? Вполне себе постижим! Во всех его действиях видна вполне себе прагматичная логика.
Почему-то из-за статуса «непостижимого» стало грустно. Не то, чтобы Шен когда-то мечтал, чтобы кто-то понимал мотивы всех его действий… Хотя да, мечтал. Пусть никогда не облекал эти ощущения в связные мысли, но кому бы хотелось всю жизнь оставаться непонятым?
Правда, он никогда и не думал делегировать Алу такие сложные полномочия.
«Я ничем существенным не отличаюсь от других людей! Почему я у тебя такой непостижимый, а?» Это так раздражало! Потому что делало его еще более одиноким.
После его выкрика, Ал стоял в оторопи. Похоже, Шен вновь сразил его своей «непостижимостью»!
«Нет, ну а что он ожидал услышать в ответ? «Спасибо»?!»
Разговор с главным героем снова не задался. Шен начинал думать, что в словах Системы крылось, к сожалению, горькое зерно истины. Только он пока совершенно не представлял, как с этим справиться.
— Пойдем. Сегодня был очень долгий день, — произнес Шен.
  
Глава 77.2. Четвертая ночь
 
Когда Шен вместе с Алом наконец вернулся в поместье, ночь перевалила за середину. Шен старался не думать о том, как глупо выглядел и что может думать Ал о великом учителе, потерявшемся среди ночных улочек столицы. Сильно клонило в сон и даже потряхивало от усталости, и он сосредоточился на шагах. Ал держал его под руку, помогая добраться до Зимнего павильона.
Они старались не издавать лишних звуков, столь отчетливых в ночной тишине, и медленно скользили к павильону по крытой галерее. Шен уже почти спал на ходу, но Ал вдруг остановился, заставляя тем самым учителя вновь проявить интерес к окружающей реальности.
Они увидели, как вдалеке по галерее пятится белый волкодав. Это большое животное проявляло столь несвойственный ему страх, тихонько поскуливая и оседая на задние лапы.
Шен удивленно вгляделся в темноту, от которой пятился Девятый. Некто ступил в свет падающих на террасу лунных лучей, и те отчетливо осветили Риту. Девушка медленно скользила по деревянному настилу, словно ожившее привидение, а бедный пес, так любящий играть с ней в дневное время, пятился прочь.
— Она ведь говорила, что не выходит из комнаты после захода солнца, — негромко произнес Шен.
Ал ничего не ответил. Они приблизились к Риту, стараясь не издавать лишнего шума и вместе с тем быть достаточно заметными для девушки, чтобы случайно ее не напугать. Однако Риту продолжала свой размеренный шаг, будто никого совсем не видела, даже в тот момент, когда Шен с Алом вышли ей наперерез. Завидев их, волкодав вильнул хвостом и бросился наутек.
 
Девушка сделала следующий шаг, и Шен посторонился. Он увидел, что глаза ее широко открыты, но взгляд пуст.
— Барышня Риту, — позвал Ал.
Он протянул к ней руку, но Шен перехватил ее.
— Похоже на сомнамбулизм, — произнес он. — Лучше нам не пытаться будить ее в таком состоянии.
Ал не понял значение того слова, что использовал учитель, но больше не тревожил мерное продвижение Риту и воззрился на Шена в ожидании дальнейших указаний.
— Пойдем за ней, — решил тот.
Они пропустили девушку вперед и медленно пошли следом в ее темпе. Луна клонилась низко к горизонту, бросая на темные галереи резкие косые лучи.
— Учитель, в нее вселился злой дух? — спросил Ал.
— Не знаю, — отмахнулся Шен. — Просто идем следом.
Он предполагал, что в состоянии сомнамбулизма Риту может отправиться на кухню или в ту ее тайную комнату, но вот прошло минут десять, и он удивленно узнал укрытую сухой лозой галерею. Они остановились перед комнатой с белой дверью.
Риту просто стояла перед ней, не пыталась дернуть за ручку, толкнуть или еще как-то взаимодействовать с дверью. Казалось, она чего-то ожидает.
Прошло пять минут, ничего не менялось, Шен и Ал продолжали взирать на девушку. А затем Риту развернулась и медленно пошла назад.
Еще около получаса они следовали за ней, пока девушка не вернулась в свою комнату и не забралась в постель. Шен поправил ее одеяло и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
«Что это было?» — озадаченно призадумался он.
Ал стоял напротив и спокойно взирал на учителя.
— Я устал, — вздохнув, сообщил Шен.
Ситуация с Риту его на время взбодрила, дав крови небольшой всплеск адреналина, но сейчас уже все прошло и он чувствовал себя вдвойне уставшим. Ал вновь взял его под руку и помог добраться до Зимнего павильона.
— Иди спать, — произнес Шен, остановившись перед своей комнатой. — И… спасибо за сегодня.
Ал молча ему поклонился.
Следующий день начался для старейшины Проклятого пика ближе к полудню, и, лишь открыв глаза, Шен сразу же понял, что настроение у него неважное. И причину столь скверного настроения тоже тут же осознал. Белобрысую причину, которая все никак не выходила у него из головы, несмотря на то что у него было достаточно много тем, о которых следовало подумать, не отвлекаясь на старейшину пика Славы! Шен встал с кровати и оделся, предпочтя черно-фиолетовый наряд подстать настроению.
На сей раз «хлопотливая служанка» Аннис притащила ему целый поднос еды.
— Что это такое? — спросил Шен, выйдя из своей комнаты и увидев это многообразие вместо ожидаемого чая.
— Тетушка Ци, кухарка, обратила внимание на ваш нездоровый цвет лица и то, что вы практически ничего не едите, и наказала мне отнести это вам, — ничуть не раскаиваясь ответила Аннис.
— В самом деле? Ни с того ни с сего озаботилась моим питанием?
— Она еще ворчала, что, пока готовит для этого дома, не допустит, чтобы кто-то из домочадцев выглядел так, будто его неделями морят голодом.
Шен подумал, что уж слишком Аннис осмелела в последнее время.
— Ну и, возможно, мы с братцем Алом несколько раз обмолвились о вашем неважном здоровье, пока обедали на кухне… — отвернувшись и с превеликим интересом рассматривая сухие веточки растущего рядом куста, более тихо произнесла Аннис.
«Мелкие проходимцы!» ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
И все-таки было бы глупо начинать ругаться по этому поводу. Шен вздохнул и сел за каменный столик, стоящий в саду белых камней. Аннис поставила поднос перед ним.
Выпив чай и вкусив несколько блюд, Шен осознал, что все сильнее злится на Муана. Нет, ему так сложно было хотя бы попрощаться с ним тогда в ордене, чтобы Шен сейчас не переживал, все ли с ним в порядке? Что за дела столь неотложные не дали ему ни минутки для встречи?