Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

Мысли его опять натолкнулись на Муана, и он вспомнил свой недавний сон. Очень странный сон, не кошмар Глубинной тьмы и не порождение его собственного спутанного сознания, слишком много вокруг было ярких деталей, слишком странно было происходящее.
Шен вышел в коридор, а затем на террасу.
Поместье Ир Шуэра было воистину огромным. Состояло из множества переходов, внутренних двориков, павильонов, галерей и комнат, и для Шена казалось настоящим лабиринтом. Вчера он смог оценить лишь малую его часть.
Возле двери стоял Ал.
— Доброе утро, — поприветствовал Шен, на что ученик лишь поклонился.
— Все хорошо?
— У этого ученика все хорошо! — поклонившись, скороговоркой выдавил тот.
Шен подумал, что это совсем не хорошо. Давно он не слышал, чтобы Ал говорил о себе «этот ученик». Все совсем не хорошо.
Он поднял руку и положил ее на пушистую золотистую макушку. Ал вздрогнул и, наконец, посмотрел прямо на него.
— Доброе утро, — повторил Шен.
— Доброе утро, учитель.
По деревянному настилу стал отчетливо слышен быстрый топот, Аннис вывернула из-за поворота с подносом в руках. Шен убрал руку и обернулся к ней.
— Ваш чай, учитель!
Это было воистину забавное зрелище. Несмотря на беспокойство, Шен, наконец, искренне улыбнулся.
Девушка принесла поднос с чаем и мягкую подушку. Аккуратно поставив поднос и налив чай в одну из пиал, она поклонилась и отошла в сторону.
Шен присел на подушку и окинул взглядом сложившуюся картину. «Нет, ну это не дело!»
— Эй, вы двое. Вы что, так и будете стоять там, пока ваш учитель страдает от одиночества?
— Учитель? — опешила Аннис.
— Садитесь рядом. Выпьем чая вместе.
— Да, учитель! — тут же радостно воскликнула девушка.
Ал сдержанно кивнул и присел на колени подле подноса. Он потянулся за чайником, но Шен успел первее него и сам налил им чая.
Рядом с его комнатами находился небольшой внутренний дворик с садом белых камней. Шен задумчиво посмотрел на вишневое дерево, уже давно скинувшее свои листья. Мысли его все еще были спутанными после сна.
По тропинке мимо дерева спешила служанка с ворохом белья в тазу. Ее волосы казались чернильными, словно вороново крыло, а на бледном лице сильно выделялись пухлые розовые губы. Шен проводил ее спешащую фигурку взглядом, размышляя о родственных связях. У Шуэра были дети и внуки. Большая теплая семья из нескольких поколений жила в этом доме. Семья…
Шен разгуливал по хитросплетенным переходам поместья, размышляя о прошлом и будущем. Затемненная лозой галерея завершалась белой деревянной дверью. Эта дверь сильно контрастировала с окружающими ее стенами. Казалось, на нее падает свет, хотя его источника в этой части галереи не было. Шен собирался повернуть ручку, когда его окликнул Шуэр.
— Эта дверь давно закрыта, — произнес он, подходя ближе. — Там склад ненужных вещей.
— Прошу прощения, — смутился Шен.
— За что ты просишь прощения? Это дом наших родителей, ты вправе гулять по нему, где вздумается. Просто ключа от этой двери все равно нет у меня с собой.
— Ясно… — Шен подошел к нему. — Наши родители купили этот дом?
— Поместье было пожаловано отцу императором. В то время он занимал должность министра финансов.
Шен и Шуэр, беседуя, пошли по галерее.
— О, то есть, твой сын Шитан теперь продолжает семейное дело?
— Можно и так сказать, — улыбнулся генерал. — Наша семья издавна служит при дворе. Должности иногда меняются, но у нас с императорской династией довольно тесные связи. Лефи, супруга Шитана, родная сестра правящего Императора, я говорил?
— Нет, не говорил…
Они какое-то время прошли в молчании.
— Как твоя рана?
— Не стоит беспокойств, от нее остался всего лишь шрам.
Правда, бок иногда ныл или же кололся, будто внутри находится множество иголок, но это все детали, не стоящие упоминания. ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Вот бы твои ментальные раны зажили столь же быстро.
Кстати о ментальных ранах. Шен, конечно, имел собственную гордость, но все же расценивал ее ниже уровня самодурства, так что было бы уместно попросить у Ала тот лечебный кулон с поляны тысячи духов. Шен раздумывал над тем, как это сделать с меньшим вредом для своей репутации (не нужно было так кипятиться в прошлый раз!), когда дорогу им с генералом преградил слуга. Учтиво поклонившись, он произнес:
 
— Господин, пожаловал храмовник Ян.
— Хорошо. Проводи его в Восточную залу.
— Это по поводу тех проклятых вещей? Ты не против, если я пойду с тобой?
— Присоединяйся, — пожал плечами Шуэр.
Когда они вошли в Восточную залу, стоящий там мужчина в простых одеяниях тут же склонился в поклоне.
— Великий генерал.
— Храмовник Ян.
Внешне человек выглядел старше Шуэра, узкая борода была подернута сединой. Поклонившись, он перевел взгляд на Шена, пытаясь сообразить, кто перед ним.
— Позвольте представить: мой младший брат Ир Шен.
Шен быстро поклонился храмовнику, стараясь скрыть свое удивление, а тот во все глаза уставился на него, прежде чем ответить нерасторопным поклоном, тоже сильно изумившись.
Шен еще вчера оказался удивлен, когда Шуэр с порога начал представлять его как младшего брата, ведь, наверное, не зря по какой-то причине они скрывали эту связь в ордене РР. Но, кое-как примирившись с осознанием, что Шуэр не захотел водить за нос свою семью, Шен никак не ожидал, что и посторонним людям в столице тоже будет представлен, как брат великого генерала.
Храмовник, справившись с оторопью, не стал ничего уточнять, обратившись к цели своего прихода. Достав небольшую шкатулку, он протянул ее генералу и произнес:
— Я проверил эти вещи. Они носят на себе следы темного искусства, но не представляют столь существенной угрозы, как тот кинжал, который нам с вами пришлось запереть в сдерживающем футляре. Эти же вещи, вероятно, были прокляты кем-то совсем недавно. Не будет ничего опасного, если вы сохраните их в этой шкатулке или же попросту уничтожите.
— Могу я взглянуть? — Шен протянул руку к шкатулке.
Храмовник Ян передал шкатулку ему. Рассмотрев ее внимательнее, Шен заметил рассеивающие и сдерживающие символы, выгравированные на крышке. Он щелкнул защелкой и открыл шкатулку. На подушечке из атласной ткани лежала простенькая зеленая заколка для волос, кисть для письма и браслет из красной фасоли. Заклинатель Ян оказался прав: уровень темной энергии на этих предметах было не сравнить с тем, что был у кинжала.
— Где их нашли? — спросил Шен, повернувшись к Шуэру.
— Заколку нашла Лефи, на браслет натолкнулся Шитан, а кисть принесла Риту.
— А кинжал?
— Кинжал был воткнут в колону перед главными воротами.
— Снаружи?
— Изнутри.
— Думаю, кто-то затаил злобу на великого генерала или сановника Шитана, — произнес храмовник Ян.
— Да уж, очевидно, — согласился Шен. — Проблема в другом. Человек этот, похоже, не пришлый.
Когда они проводили храмовника Яна, Шуэр произнес:
— Я уже поручал начальнику охраны проверить всех людей в его подчинении и всех слуг. Он не обнаружил никого подозрительного.
Шен ничего не ответил.
Попрощавшись с Шуэром, у которого были дела после полудня, Шен отнес шкатулку в свою комнату, намереваясь серьезнее изучить эти проклятые предметы позже. Выходя наружу, он нос к носу столкнулся с молодым человеком приятной наружности.
— О, прошу меня простить, — попросил тот. — Я спешил к своей супруге и не глядел по сторонам.
— Ничего страшного. Мы, похоже, еще не были друг другу представлены…
— Конечно же я знаю, кто вы, великий дядя. Меня зовут Кер, я сын Ир Шейта, младшего сына дедушки Шуэра.
— Вот как. За ужином вас не было.
Молодой человек неловко улыбнулся.
— Моя жена недавно родила, все внимание сейчас исключительно ей и малышу.
— О, мои поздравления.
— Большое спасибо! Мы живем в Вересковом павильоне, заходите проведать нас в любой момент! Я так рад, что смог познакомиться с вами!