"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— В самом деле? — Ирина Ивановна слегка подняла бровь. — В таком случае ничем не могу помочь. Все приказы, проходившие через оперативный отдел, имеются в наличии. Только если…
— Что «только»?!
— Только если Ямпольский сам не понял, что зря теряет время под Зосимовым и не принял решение, как старший воинский начальник, двигаться на юго-восток самостоятельно, к нашим главным силам. Или, — Ирина Ивановна вдруг прищурилась, — кто-то из штабных начальников Южфронта не отдал Ямпольскому со Щорсом иной приказ, так сказать, «не проводя через инстанции» и без вашей визы, товарищ нарком.
— Вздор! Бред! Чепуха! — взорвался вдруг Сиверс. — Этого не может быть, потому что не может быть никогда!
— А что же вы так нервничаете, Рудольф Фердинандович? — усмехнулась товарищ Шульц. — Печать штафронта у вас. У вас одного. Ни у меня, ни у отсутствующего Павла Васильевича Егорова, ни у присутствующего Ионы Эммануиловича Якира доступа к ней не было и нет, она у вас в сейфе, как и положено. Она ведь у вас в сейфе, не так ли?
У Сиверса на висках внезапно выступил пот, он замигал, рот его приоткрылся.
— М-м-м, — констатировала Ирина Ивановна. — Неужели вы, товарищ комфронта, проигнорировали мои советы по должному ведению секретной документации и хранению относящихся к ней предметов, в том числе — печати штаба, вещи, за которую беляки отдали бы золота в сто раз больше, чем она весит? Где сейчас печать?
— Нет-нет, всем оставаться на местах! — рявкнул Троцкий, едва Сиверс сделал движение к дверям. — Иосиф, сходите и доложите.
— Товарищ нарком! — возопил Сиверс, пошатнувшись и пытаясь опереться о столешницу. — Я, я… печать… она у меня на столе!.. Я, я… забыл… да, забыл, со всеми этими делами!..
— Иосиф! С каких пор вам надо повторять мои распоряжения? — ласково осведомился Лев Давидович и замершего было Бешанова как ветром сдуло.
— И как часто вы «забывали» печать, где ни попадя, Рудольф Фердинандович? — сладким голосом вопросила Ирина Ивановна. — И не говорите, что я вам не напоминала! Вот и товарищ Якир свидетель, и другие. И пропускная система в штабе так и не была толком налажена. Скажите спасибо, что машинисток я проверила!.. Насколько могла, конечно же. А только они всё равно шастали, и какие-то кавалеры их в форме тут шатались; а мои служебные записки никто не читал, судя по всему!..
Меж тем вернулся Бешанов; молча положил перед Львом Давидовичем злосчастную печать.
— Ага! — Троцкий потёр руки. — Значит, таки бросали где ни попадя, а, товарищ Сиверс?
— Нет! Только у себя в кабинете! — взвыл несчастный Сиверс. — Туда никто не заходил!.. Кроме лишь ответработников штаба!..
— А также одной машинистки Клавочки, другой машинистки Машеньки и ещё третьей, буфетчицы Анастасии, — Ирина Ивановна разила без промаха.
— Так-так-так! Ещё, значит, и моральное разложение! — Троцкий усмехался. — Не сомневайтесь, Сиверс, в этом мы разберёмся. Пока что у нас имеются более насущные проблемы. Значит, Шульц, вы не знаете, как и почему дивизии Ямпольского и Щорса начали движение от Зосимова и оголили фронт?
— Никак нет, — твёрдо ответила Ирина Ивановна. — Могу лишь предполагать. С моими предположениями вы, товарищ нарком, ознакомлены. Разве что добавить, что последнее время командующий Южфронтом Сиверс не доверял мне, брал на себя оформление приказов. Я за них не отвечаю. Только за те, что давала вам на подпись, товарищ нарком.
— Это навет! Поклёп! — Сиверс не сдавался. — Это она, это Шульц!.. Она постоянно говорила, что надо, дескать, вперёд идти! А мы-то как раз были все за то, чтобы Зосимов брать, и вы тоже, товарищ нарком!
Ирина Ивановна скрестила руки на груди.
— Она, она всё подстроила! Через неё все приказы проходили! Она и ваш приказ подделать могла!..
— И чего только не выдумают, чтобы отвести подозрения, — покачала головой товарищ Шульц. — Лев Давидович, ну вы сами посудите — была б я, не знаю, шпионкой или изменившим военспецом, хотя формально я и не «военспец» — так неужто я б спала себе спокойно в своей постели, а до этого — как говорят в народе, устраивала бы постирушки? Да меня б давным-давно бы и след простыл!
 
Троцкий молчал, переводя взгляд с Сиверса на Ирину Ивановну и обратно. А потом вдруг резко бросил:
— Арестовать. Обоих. Бешанов, головой ответишь, чтобы ни один волос с них не упал бы!..
Бешанов резко схватился за кобуру.
Сиверс закричал вдруг, тоненько, словно заяц, настигнутый хищником. Ирина Ивановна лишь пожала плечами.
— Воля ваша, товарищ нарком…
— Воля моя, а в ЧК разберемся, — оборвал её Троцкий. — Увести! Якир!
— Я!
— Принимайте фронт. Вызывайте Егорова, нечего ему в Купянске делать. И, как я сказал, готовьте приказы о самой полной, самой всеобщей, тотальной мобилизации пролетариата!.. А я займусь посланием в ЦК…
Петербург. Смольный. 29 июня 1915 года.
Владимир Ильич Ульянов, занимавший должности Председателя Совета Народных Комиссаров (первый заместитель и нарком по военным и морским делам — тов. Троцкий) терпеть не мог запаха табака.
И собравшиеся вокруг длинного стола люди — ЦК партии большевиков, попутно почти в полном составе являвшийся и народными комиссарами того или иного — не притрагивались к портсигарам, даже Иосиф Виссарионович Джугашвили, сунувший в рот по привычке чубук пустой трубки.
— Положение, товарищи, а г хисложное. Скажу без обиняков, никогда ещё наша г еволюция не оказывалась перед лицом такой опасности, и тов. Т г оцкий сп г аведливо на это указывает. Тут мы с ним согласны, — Владимир Ильич не сидел, он быстро вышагивал вдоль стены, где висела огромная карта южных областей России. — Положение и вп г ямь к г итическое. Белым удалось от г езать и ок г ужить большие наши силы — Юго-восточного ф г онта у г еки Чи г и Южного — в г айоне Милле г ово. Ца г ские войска воспользовались этим и уда г или в пустоту, наступают на Ха г ьков, Ца г ицын, Во г онеж, Тамбов, Са г атов… Что вы хотите сказать, Алексей Алексеевич?
Брусилов, бывший генерал, а ныне — формальный главковерх Красной Армии, осторожно откашлялся.
— Товарищ Ульянов… Владимир Ильич… Белые просто не могут наступать разом по всем названным направлениям, у них нет для этого сил. Самое большее — могут двинуться на Харьков и на Курск-Орёл, даже Царицын весьма сомнителен, ну, а Тамбов с Саратовым — и совершенно невозможно.
— Вот командование ваше тоже думало, что конт г уда г белых — «сове г шенно невозможно»! И оказалось а г хинеп г аво!.. Това г ищ Т г оцкий сообщает о ши г окой измене в штабе Южф г онта, что подоз г еваемые уже а г естованы. Это, конечно, хо г ошо, но положение так п г осто не изменит. Лев Давидович п г едложил всеобщую мобилизацию па г тии и п г олета г иата. Ве г но, но тоже недостаточно.
Председатель СНК сделал эффектную паузу. Всё-таки привычки помощника присяжного поверенного — они очень въедливы.
— Мобилизация, това г ищи, бесспо г но, необходима. Однако наш до г огой на г комвоенмо г смот г ит на воп г ос че г есчу г узко. Сове г шенно игно г и г ует междуна г одный аспект.
— Мировая революция несколько запаздывает, — подал голос бледный Дзержинский, сидевший с карандашом и большим блокнотом.
— Надо использовать наши связи с немцами, това г ищи. Они очень боятся сейчас Антанты, Англия и Ф г анция, как известно, с большим подоз г ением смот г ят на усиление ге г манского г ейха. Нам надо использовать п г отиво г ечия между импе г иалистическими хищниками. П г едложить Германии больше, чем она имеет сейчас, например, всю Ук г аину с К г ымом — пусть они нанесут уда г во фланг белым. Кайзе г де г жит на Днеп г е сколько дивизий, Алексей Алексеевич?