"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

- Это точно, – усмехаюсь я, – то-то ты трем женихам отказала, все рыцаря ждала. А знаешь, что предательство почище прелюбодейства будет? Отец твой, причетник, про предателей в аду не рассказывал?
- Простите, госпожа, бес попутал, – ее глаза неотрывно смотрят на сияющую саблю.
- А ведь это ты убила моего ребенка! – до меня доходит цепочка событий. «С ее письма начались мои мучения».
Наверное, сейчас я была страшна как смерть. Граська сжимается и, как может, прикрывается ножом, отступая еще на пару шагов.
- Я-то письмо не писала, оно правда от пана Ярека было, мне его только в руки дали. Правда!
- Правда?!! – замахиваюсь саблей.
Граська вскрикивает и, сделав еще шаг, проваливается в дыру лестничного проема. Раздается жуткий грохот.
- Грася!!! – с поздним раскаяньем бросаюсь к ступеням. – Грася!
Нас нашли прибежавшие на шум слуги: меня, сжимавшую саблю Ярека, и Граську, со сломанной шеей и искаженным смертью лицом…
Глава XVI. Уговоры 
Теперь на меня не просто косились, от меня шарахались как от прокаженной. Служанки валялись на коленях перед паном Казимиром, умоляя не приставлять их к княгине в услужение. Только окрик хозяина, что он сам их и без моей помощи придушит, заставил дворню смириться. Но я чувствовала всеобщую ненависть. Граську искренне любили и в мои слабые объяснения, что это она пыталась меня убить, не верили. Да и я бы не поверила, все казалось удушливым бредом.
Через неделю после рокового события Казимир повел ожидаемый разговор. Он заставил нас с Лжеяреком прийти в дубовые покои.
- Я никогда не шептался за спиной, обсуждая кого-либо, – при этом свекор надменно посмотрел в мою сторону, – не имею такой привычки, поэтому буду говорить открыто, чтобы ты, Янина, все слышала.
- Отец, мы все напряжены после недавних событий, – поспешил вклиниться Лжеярек, – но не стоит произносить то, что может нас разъединить.
- Мы уже разъединены, Ярек, разве ты не видишь? – Казимир раздраженно тряхнул головой. – Мы с невесткой вместе горевали о тебе, мы были единой семьей и у нас была общая беда и общая надежда. Но вот пришла радость, а твоя жена не хочет ее разделить. Она ведет себя странно, у нее провалы в памяти, она позорит тебя перед дворней, а теперь еще и этот случай со служанкой. Это не наша Янина, я не узнаю ее! Кто ты? – это он бросил мне, зло сузив глаза.
- Я все та же, а вы, отец, ослепли, – отбила я удар.  
- Не называй меня больше отцом, я тебе не отец! – повысил голос Казимир. – Ты не принимаешь моего сына, значит ты мне не дочь!
- Но это не… – начала я.
- Ярек, ты должен немедленно написать епископу и попросить развод. Эта женщина не сможет родить тебе здорового ребенка. У тебя была зазноба в Ковалях, не перебивай меня, – отстранил он жестом собиравшегося что-то возразить самозванца. – Я противился вашей свадьбе, теперь я признаю свою ошибку. Ты можешь жениться на панне Баньковой.
- Да, Ярек, – насмешливо посмотрела я на «муженька», скрещивая руки на груди, как делал мой Яромир, – женись на панне Баньковой. Отец не даст тебе дурного совета.
Ах, мой милый свекор, как же я тебя обожаю: с первого появления на пороге этого дома, когда ты, проорав на Яромира за самовольную женитьбу и пригрозив ему всевозможными карами, надменно спросил: «Ну и из какого «славного» рода эта паненка?», а потом долго раскланивался и рассыпался в любезностях, вспоминая все достоинства моего покойного отца. Вот и сейчас, не догадываясь об этом, ты льешь воду на мою мельницу. Уговори «чудо сына» бросить недостойную жену, дайте мне долгожданную свободу!
- Отец, в смерти этой служанки Янина не виновна, считайте, что это доказано, – как гром прозвучало у меня над ухом, – вот, что я нашел на столе у моей жены, – в руках у самозванца оказался тот самый обрывок дорогой бумаги, на котором Граська вывела свои предупреждения.
Казимир неуверенно взял листок и, подойдя к окну, напряг зрение.
- Покойница служила на Баньковых, – продолжил самозванец, – они подкупили ее, чтобы убить Янину: ревностью заманить на башню и столкнуть вниз. К счастью, у моей разумницы хватило смекалки взять саблю и защитить себя. Янина не сумасшедшая, нас с ней специально стравливают, желая развести. Но я им не позволю, – Лжеярек обратил ко мне пылающий взор, – я сумею доказать тебе свою любовь.
 
- Ой, не знаю, Ярек, – протянул Казимир, – ой, не знаю. Она опасна, и я бы с ней на едине не оставался бы.
- А я очень хотел бы остаться с ней наедине, – подмигнул мне Лжеяромир.
- Пан Казимир, я могу идти? – холодно спросила я.
- Ступай, – не глядя, махнул рукой свекор.
Новый Ярек догнал меня при выходе из портретного зала, запыхавшись, пролетел мимо и, опираясь руками о дверные косяки, загородил дорогу.
- Что вам угодно? – бросила я раздраженно, отходя ближе к окну.
- Давай поговорим, наконец, – он двинулся ко мне.
Я вздрогнула, прижимаясь к оконной раме.
- Да не бойся, я не возьму тебя силой, мне этого не нужно, – с горькой усмешкой произнес новый Яромир.
- А что вам от меня нужно? – уперлась я в него холодным взглядом.
Он подошел к другому окну и задумчиво посмотрел вдаль. Вот так, в профиль, он очень был похож на моего Ярека. Сердце сжалось, причиняя боль.
- Янина, допустим я не Яромир. Допустим, – выделил он голосом, – но я никогда, слышишь, никогда не променяю тебя на другую. Я очарован тобой, моя голубка. Да, теперь для меня ты голубка, а не вороненок. Прекрасная белокрылая голубка. Мой ангел хранитель, если бы не твоя молитва, меня давно бы не было в живых. Я в этом уверен. И я больше не предам тебя.
Я вздрогнула. Наши взгляды встретились. Откуда он знает про вороненка? А может это все же Ярек, может у меня действительно помутнение рассудка, и люди правы? Вот он стоит передо мной: красивый как ангел, смотрит открытыми небесными глазами. Почему я тогда не разглядела в них душу моего Яромира?
Он бережно коснулся моей руки. Я опять вздрогнула, отстраняясь. Он печально улыбнулся и настойчиво потянулся к моим пальцам, взял их в свою ладонь. Она была теплой и такой знакомой. Как я отвыкла от мужских рук! Как хочется почувствовать их жар на своей коже. Он словно прочел мои мысли и смелее положил другую руку мне на талию.
- Янина, голубка моя, ты никогда не пожалеешь, что поверила мне, никогда, – зашептал он на ухо, обволакивая нежностью и лишая сопротивления. – Хочешь, я нарву тебе, как тогда, приворотных колючек и приворожу тебя снова.
Пелена спала, я отпрыгнула в сторону, жадно глотая воздух:
- Ты не мой муж!  И не смей тянуть ко мне свои грязные руки!  
Вместо того, чтобы бежать в свою комнату, я развернулась и полетела по коридорам замка в строну покоев любовницы Казимира. Хеленка – вот их источник сведений! Она проникла в замок и стала вынюхивать. Я наплела ей про синеголовик, а она предала все им. «Вороненок», это прозвище слышала Граська, а они часто болтали с Хеленкой. Мой бессмертник действительно волшебный, он спас меня, удержал от прелюбодеяния! А ведь я чуть… Щеки запылали жаром стыда и злости.
Хеленка баюкала в колыбельке Басю, напевая протяжную колыбельную. Увидев ворвавшуюся в комнату растрепанную княгиню, она вскочила, заслоняя дочь и явно собираясь закричать.
- Я не сделаю тебе зла, – попыталась я ее успокоить, – я просто хочу спросить.
Хеленко испуганно хлопала ресницами.
- Просто спросить: кто эти люди, которые подослали тебя в замок?
Она побледнела, еще сильнее прижимаясь к колыбели.
- О чем вы, княгиня?
- Кто эти люди? – с нажимом повторила я вопрос.
- Меня никто не посылал, пан Казимир случайно меня увидел и забрал с собой.
- Ну да, подобрали девицу, похожую на жену и выставили на дороге, – усмехнулась я и по ее лицу поняла, что попала в самую точку.
- Я вас не понимаю, – пробормотала она.