"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
В мире Родины Победителей раб зачастую был в лучшем положении, чем свободный слуга и даже порою чем гражданин. Скажем, цари и владетели часто делали казначеями рабов, поскольку чужих людей поставить на такое место было нельзя, а родственничков — Боже упаси! Рабыня-наложница пользовалась многими неоспоримыми правами, охранялась рядом обычаев и законов, а служанка-любовница никаких прав не имела. Ведь это был свободный выбор служанки — прыгнуть в постель к хозяину, так за что же её ещё и защищать? Хозяин, если пожелает, вознаградит её, если решит — прогонит. А вот взяв наложницу, приказав рабыне слиться с ним, хозяин уже берет на себя ответственность и за неё, и за возможного ребенка. И опять же другое дело, если рабыня сама залезет в постель к хозяину.
— Но вернёмся теперь к нашему мирку. Пусть Единобожники сами пытаются разобраться в своих проблемах, а мы должны лишь быть готовы встретить джихад во всеоружии, если он повернет в нашу сторону, — сказал Патриарх. — Великолепно маскируются демоны!
Патриарх безжалостно употребил слово, которое чётко характеризовало уровень Сверхлюдей: на порядок выше людей, на порядок ниже дьявольских сил, божеств и ангелов.
— По крайней мере, три из них уже растут, — сказал Сит. — Почему сразу несколько?
— До некоторой степени мы доигрались, — продолжил вбивать гвозди в тело обсуждения Патриарх. — Но это соответствовало всем нашим установкам. Нельзя бежать от страстей и соблазнов. Их нужно преодолевать, а ещё лучше — ставить на службу предназначению и потом искупать своими делами. Наши предки до Великого Краха развивали всех людей одинаково, по мужскому типу. Они были крайне беспощадны в этом. Мы гораздо мягче, хотя в последнее время многие людишки, желающие побыстрее выродиться, обвиняют нас в жестокости. Зато и времени у нас оказалось намного больше. Спартанский (это земное слово лучше всего подходит здесь — Юрий) подход к детям позволяет дольше удерживать людей и народы от вырождения и быстрее восстанавливать после надломов. Но ведь мы начали развивать женщин по совершенно другой линии! Я только сейчас, старый дурак, понял, что школы гетер и обычаи знатных женских родов стремительно возгоняют женщин вверх, но по другому пути. И кого же начнут рожать такие женщины, когда тоже находящиеся на грани перехода в демоны мужчины зачнут с ними ребёнка в тантре? Не всегда, но часто уже Сверхчеловека. Правда, я пока не чувствую той ужасной презрительной ненависти к людям, которые старые Сверхлюди не могли скрыть. Лишь Невозжелавшие и Победители сумели её частично преодолеть. А что будет, если такой самозащиты от вхождения демонов в наше общество не будет? То ли очень хорошо, то ли ещё больший крах, чем мы пережили когда-то. И последнее. Совершенно точно, что перед Великим Крахом наши предки не знали тантры как исследованного явления, и, соответственно, она у них практически не встречалась. А если всё-таки получалась, то пропадала даром.
* * *Князь Клингор со своим маленьким войском подошёл к Линье и, поскольку двигался не торопясь, распустил своих людей на неделю (как же так: быть в Линье, не посмотреть и не погулять!) Сам князь был намерен побывать на церемонии коронации новых Высокородных гетер. И сама по себе церемония представляла великолепное зрелище, и сколько прекрасных женщин на неё собиралось! Тем более, в этот раз среди коронуемых был любопытнейший экземпляр: дочь Толтиссы и Императора. Ещё одна встреча, помимо множества протокольных и светских, была для него важна: через денёк в Линью должен был приехать его сын по крови.
Услышав песни о южанах, Клингор улыбнулся и сказал своим друзьям:
— Наш король ввёл прекрасную моду. Теперь все цари будут отбивать в наследники выдающихся детей. Король взял себе дитя двойной тантры и собирается, небось, из него всемирного Императора вырастить. Агашский царь живо прикарманил сынка нашего принца Атара. Это качеством пониже, но тоже товар, на Юге невиданный. А вот я в своё время не сообразил. Надо было чуть раньше рокоша наплевать на все дурацкие "приличия" и жениться на достойной меня девушке, а не на этой высокородной развратнице, что сейчас рожает мне детишек. Но ничего, отец по духу у моего сына тоже не промах! Посмотрим, что он из мальчика вырастил…
Одновременно с князем к воротам подскакала прекрасная женщина. Вглядевшись, князь узнал по гравюрам гетеру Алтироссу, которая должна была короноваться. Князь подарил ей драгоценность, но больше ничего делать не стал: пост и чистоту перед коронацией надо было соблюдать строго. А с другой стороны, прежде чем ухаживать, надо было посмотреть на возможную реакцию Высокородной. Ведь такой особе не прикажешь…
Алтиросса одарила князя сдержанной улыбкой. Стражники, млея от счастья видеть рядом с собой такую красавицу, пропустили её, как и полагалось едущей на коронование, без уплаты входной пошлины, а вот с Клингора взяли раз в пять больше, чем следовало, пользуясь тем, что в присутствии такой красы князю было неудобно скандалить или торговаться.
Устроившись у гостеприимцев, князь этим же вечером посмотрел спектакль Театра Страсти, а на следующее утро начал принимать и отдавать визиты, одновременно послав людей перехватить сына на воротах и доставить прямо в свои покои. Так что, когда через два дня Лир Клинагор появился у ворот Линьи, его уже ждали.
Тем же вечером состоялся первый разговор.
— Рад тебя видеть в добром здравии, сын мой, — ласково сказал князь, одновременно зондируя ауру сына и даже немного пытаясь вторгнуться в его внутренний мир.
— Мой долг поклониться тебе, высокородный и благородный отец мой по крови, — вежливо ответил Лир Клинагор, одновременно поставив глухую ментальную защиту.
— Я вижу, что отец и мать учили тебя, как положено настоящего Высокородного, — улыбнулся принц.
— Ты неправ, отец. Они вынуждены были учить меня лучше, поскольку я одновременно наследник и владетеля высочайшей репутации, и Великого Мастера. Я должен быть вместе и знатью, и мастером.
Клингор отметил, что сын употребил слово "наследник". Это вдохновило князя, ведь на самом деле он понимал, что наследник основателя — лицо, решающее, выживет ли владение. Но он позабыл, что ведь Тор теперь тоже владетель, и тоже незаурядной репутации.
— Я хотел бы принять тебя в своём дворце и поселить в своей столице, но тоже хочу, чтобы ты закончил часть обучения, касающуюся мастерства, — продолжил разведку Клингор.
— Да, отец, я вижу, что этот древний дворец с потугами на сохранение прежней роскоши тебя недостоин. Я на самом деле ожидал, что ты поселишься у Высокородной гетеры.
Сын отбил мяч и в скрытой форме слегка подколол своего второго отца.
— Сейчас я занят важным имперским делом, и поэтому не могу отдаться любви так, как она заслуживает. А мелкими удовольствиями меня не завлечёшь, — решил ответить по-мужски князь. — Вдобавок, я окончательно осознал, что я был дураком, не женившись на Эссе ещё тогда, когда мы тебя сделали.
— Тебя на такие мысли песни о южанах навели? — вдруг сделал снайперский выпад сын.
— Ты думаешь, у меня своей головы нет? — рассмеялся Клингор.
"Во всяком случае, сын получился достойным отца" — подумал князь. — "А вот поднялся ли он ещё выше? Совершенно не ясно".
— Когда станешь мастером, приезжай в Карлинор. Это пока что не требование отца, а совет, — сказал Клингор так, чтобы было ясно: приезжай добровольно, иначе потребую.
— Я рад, что теперь появилось ещё что-то, кроме Империи, — казалось бы, невпопад ответил сын. — А в Империи взять меня — твоё право, отец.
— Я понимаю, что денег у вас хватает. Но вот тебе кошелёк, чтобы на эти деньги ты, когда станешь мастером, сделал себе полное вооружение. Завтра мы с тобой пойдем на коронацию Высокородных гетер. Послезавтра — Театр души.
И князь расписал все дни сына, вплоть до своего отъезда.