"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Когда царь говорил гетере, что не отпустит её от себя, задарит, улестит, она внутренне посмеивалась. Теперь Иолисса немного призадумалась. Он действительно способен поймать её в драгоценные сети! Её-то, которая до сих пор сама ловила мужчин! Но ведь и правда, пора карьеру заканчивать, а такой финал будет высшим взлётом и легендой.
Долго размышлять не пришлось. Попросил разрешения войти дворянин Крин Таролингс и передал царю приглашение Атара позавтракать с ним. Почтительный тон приглашения не скрывал настоятельности, между строк читалось, что разговор будет наедине между двумя главами союза. Ашинатогл вздохнул:
— Хотел сегодня позавтракать с тобой, царица женщин. Но Судьба решает по-другому. Трудный день начался. Тебе сейчас подадут трапезу, прошу тебя, не пренебрегай ею. Я буду мысленно завтракать с тобой.
— Я знаю, царь, что сразу после завтрака и мне предстоят трудные дела. Вижу посланницу от нашей царицы, которая не осмелилась войти в шатёр и просит передать мне свиток.
В письме оказалось приглашение от царицы на завтрак в компании женщин. Очевидно, это тоже был не просто завтрак. Изысканные блюда, приготовленные по приказу Ашинатогла, достались слугам.
* * *Тлирангогашт всю ночь накалял ненасытное чрево Кутиоссы, так что любовники даже проспали восход. Как только краешек солнца показался на востоке, его и любовницу решительно потребовали к царям на суд равных. Царевич одним словом остановил своих друзей, вознамерившихся искрошить в капусту дерзких посланцев, и, сохраняя достоинство, молча, отправился вместе с посланными. Из соседнего дворца вышел, громко возмущаясь, Улугай. Увидев, как ведёт себя царевич, он тоже гордо выпрямился, убрал руку с сабли, замолчал и пошёл на суд. Женщины, заметив, что мужчины бесстрашны, тоже осмелели и стали осыпать ругательствами сопровождающих, угрожая им местью любовников. На губах Тлирангогашта промелькнула жёсткая и циничная улыбка, сразу же спрятанная под маской полного равнодушия. А хан не знал, то ли поддерживать неожиданную любовницу, то ли проклинать её.
Сначала четырёх обвиняемых доставили во временный "дворец" Атара, затем во дворе здания к ним присоединили по две доверенных рабыни женщин и их служанок из Древних. Кроме того, двух друзей Тлирангогашта, назначенных старшими в караулах, также привели и пропустили внутрь дома как знать. Задержанным выдали скудный завтрак, но разный: служанкам и рабыням по куску хлеба, кувшин воды и чашку бобов на всех, а знатным по чашке бататовой каши с блюдечком лучшего риса и по чашке чая.
Тем временем во внутренние комнаты прошли союзные князья. Вскоре вышел граф Таррисань и велел дежурным идти объявлять всем гражданам: они приглашаются на форум, чтобы присутствовать на суде равных над принцем Тлирангогаштом, ханом Улугаем, принцессами Кутиоссой и Эриоссой Алангита, их подчинёнными и слугами, замешанными в преступлении против нравственности.
Через полчаса вышли цари, князья и граф Таррисань с жёлтой лентой судьи через плечо. Чуть помедлив, повели и подсудимых. Знатных сопровождали граждане, остальных волокли слуги-воины.
* * *На форуме на возвышении, называвшемся курией, восседал в кресле граф Таррисань. Его жёлтая лента теперь была закреплена пряжкой с символом Лиговайи. Перед судьёй была тумба, где стояли песочные часы, лежали молоток и фолиант законов Империи. Сзади поставили конторку, за ней примостились два секретаря из граждан. Там, помимо листов бумаги, туши и кистей, лежал ещё один фолиант законов, чтобы в случае необходимости секретари могли точно переписать формулировку.
Рядом с судьёй на скамье сидели два царя и четыре князя. Видно было, что процедура забавляла Ашинатогла, и он ухмылялся в бороду. Народа собралось на площади несколько тысяч. Граждане занимали ближайшую к курии часть площади, образуя народное собрание, за ними теснились любопытные из иностранцев и неграждан. Женщины на суд допускались лишь в качестве причастных к делу, но они наблюдали из окон и с крыш соседних домов.
Таррисань подвёл итог состоявшегося.
— Итак, единогласным голосованием Народного Собрания утверждена рекомендация нашего царя Атара о назначении меня судьёй Высшего суда равных Лиговайи и предоставлено гражданство нашим друзьям и союзникам царю Агаша, верховному князю Аникара, верховному хану пуников, князьям Лангишта и Логима. Напоминаю, что по нашим законам это гражданство автоматически распространяется на детей от их жён-гражданок или от полноправных гетер и художниц, а также от любого брака, заключённого по лиговайским законам и обычаям полномочным на это магистратом Лиговайи. Теперь наши почтенные друзья могут судить наших граждан. Предлагаю народу утвердить предложенный мною состав суда: Ашинатогл Агашский, царь Агаша, друг и союзник нашего народа и царства, глава союза, в гражданстве именуемый Шин Агашинг, первый в своём славном роде…
Далее в столь же торжественном стиле были представлены царь Атар, князья и хан. Собрание единодушно отошло влево на несколько шагов, вновь проголосовав единогласно. Всем не терпелось закончить формальности и перейти к разбирательству.
Убийца ханов стукнул молотком, требуя тишины.
— Кто сегодня требует справедливости и суда равных? Я предупреждаю, что за мелочное сутяжничество полагается штраф, а за повторное — лишение голоса.
— Я, принц Лиговайи Чусс Тронаран, тридцать третий в своём благородном роде и первый в своём знатном роде, требую суда равных над моей женой, принцессой Лиговайи по праву государственного брака и княжной Лангишта по рождению. Она неоднократно нарушала святость государственного брака, вчера вечером откровенно позорила меня, весь наш род и род своего отца бесстыдным поведением, а сегодня ночью осквернила супружеское ложе с царевичем Тлирангогаштом, который вдобавок приказал своим личным гвардейцам не пускать меня в дом, пока этот позорный акт не будет завершён. Мой иск связан с иском моего младшего брата принца Сира.
— Я делаю замечание принцу Канчуссу, что он не назвал себя полным благородным именем. Я также должен заметить неполноту его иска. Он потребовал суда лишь над развратницей, но не над её любовником, который тоже явился осквернителем его супружеского ложа и над теми, кто не пустил его домой. Он не назвал также тех, кто мог способствовать падению его жены и поэтому тоже может считаться сопричастным к делу, — официальным тоном обратил внимание на процедурные упущения граф.
— Равный мне судья, я признаю твои замечания. Я не назвал имени Тлирангогашта, потому что видел: та, которая пока что считается моей женой, сама бросилась ему в объятия и он без позора не мог уклониться от них. Конечно, он прикосновенен к делу и я вношу его в свой иск, одновременно ходатайствуя о снисхождении. К жене я приставил доверенных рабынь Анкир и Суланг, а также принёсшую мне вассальную присягу верности служанку из Древних Иолаиэ. Поскольку они не сообщили мне о происходящем бесчестии и ранее покрывали все развратные деяния той, которая пока что называется женой мне, я прошу привлечь к разбирательству и их также.
— Надеюсь, секретари записали. Итак, первый иск принца Канчусса по обвинении в неоднократном нарушении святости государственного брака, позорящем высокородную особу поведении, осквернении супружеского ложа и самовольном захвате принадлежащего ему дома принимается. Ответчиком является принцесса Кутиосса Алангита. Суд также должен исследовать роль в этом деле принца Тлирангогашта, сына Ашинатогла, знатного гражданина Империи, а также его гвардейца Тирантолота, сына Карут-Анлиля, высокородного агашца и нашего союзника. Кроме того, суд призывает на боковые места тех, кто ниже по сословию: служанку Иолаиэ, рабынь Анкир и Суланг. Все исследуемые могут быть в любой момент объявлены обвиняемыми. Точно так же суд может поступить и с другими, чья роль пособников либо исполнителей будет доказана.