"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

И вдруг все удивились ещё больше. Тлирангогашт, заметив, что Астарсса глядит на голубой цветок в расщелине скалы метрах в пяти над основанием, вдруг сбросил юбку и кафтан, залез на скалу и спустился с цветком в зубах. Певица вся вспыхнула и расцеловала его. Царевич подхватил её на руки и унёс в свой шатер, а художница всю дорогу его целовала и ерошила волосы.
Эта сцена придала азарта друзьям. Они увидели, как царевич соблазнил женщину, ограничившись подарком в виде цветка, который достал, доказав ловкость и смелость. Они не могли отделаться от впечатления о старкских художницах как о продажных женщинах, хоть и очень высокого полёта, а теперь стало ясно, что надо действительно показать себя с лучшей стороны.
Пока разыгрывалась эта сцена, княжичи уже призвали своих музыкантов и начали лихо отплясывать танец типа лезгинки под звуки зурны и барабана. Таких плясок у северян не было, и горцам посчастливилось собрать довольно много восхищённых взглядов. Ничуть не запыхавшись после быстрого танца, Тикотон упал на колено перед одной из приветливо глядящих на него женщин и запел ей песню любви на родном языке. После этого он вынул из кармана черкески скромные серьги и подал ей. Поцелуй показал всем, что Тикотон победил, и он, по примеру принца, унёс женщину к себе в шатер.
Астраконт, не надеясь на свой голос, справился с задачей ещё раньше Тикотона. Он просто подошёл к самой полной из старкских певиц (горцы вообще не любили слишком худых женщин) и набросил ей на шею снятую с себя золотую цепь. Этот грубый приём после танца оказался действенным, и он, под аплодисменты всех, увёл женщину с собой, не осмеливаясь поднять её на руки, чтобы не опозориться, не донеся до шатра.
И началась азартная охота молодых агашцев. Как уже было твёрдо сказано, они не смели выражать счастливым парам никакие знаки зависти или злобы, а поздравляли их с победой в любовной битве. Старки, теперь вернувшиеся как зрители, объяснили им, что с победой нужно поздравлять наутро, а сейчас только с успехом и только мужчину, поскольку для него отказ всё равно является ударом в сердце, хотя раны настоящий воин переносит, не дрогнув. В этом агашцы со старками сошлись, и те, кому не досталось женских объятий, отправились совместно выпивать, будучи уверены, что остальных им до утра не увидеть.
* * *
Царевич вынужден был оторваться от объятий любящей женщины, поскольку его позвали на вечерний приём к отцу. Отец сурово посмотрел на принца. Царевич пал ниц, и на сей раз царь его не поднимал. Наконец, он сказал ему строго:
— Сегодня ты нарушил правила приличия. Я даю тебе наставника, придётся тебе оторваться сейчас от женщины и слушать его. Он ждёт тебя в твоем шатре.
— Слушаю и повинуюсь, отец, — ответил принц уже знакомой ему фразой.
В шатре сидел старичок. Поклонившись принцу и представившись, как царский личный писец Кутранглот, он начал наставлять царевича каковы обычаи Агаша. Певица тоже слушала, закутавшись в простыню. Ей было хорошо, что принц сел рядом и обнял её рукой. Пару часов продолжались наставления, и наконец Кутранглот соизволил оставить возлюбленных одних.
Принц узнал много необычного. На старкских военных советах высказывались, начиная с младших. На агашских сначала говорил старший. Затем другие уточняли, а если осмеливались, возражали, в порядке от старших к младшим. Младшим не позволялось за столом или в собрании говорить, пока старшие им не разрешат или не обратятся к ним. Знаком благоволения по отношению к низшему является поднять, когда он упал ниц, а высшее благоволение — освободить его от "целования земли".
Ну а затем была ночь любви, очень жаркая и почти своя родная. Только обстановка вокруг была чужая, да принц из принципа не позволил себе даже в объятиях ни слова по-старкски, и говорил на Древнем. Когда парочка временно насыщалась страстью, Астарсса лежала головой на груди у принца и тихонько напевала ему любовные песни. Так что спать почти не пришлось.
 
Наутро, тем не менее, принц поднялся до восхода солнца и всех остальных поднял тоже, повелев прийти вместе с возлюбленными. Когда все собрались, он вдруг сказал певице, ласково поглаживая её:
— А теперь покажи, моя возлюбленная Астарсса, как женщина прощается с любовником.
Астарсса Иллинор лукаво улыбнулась и пропела на Древнем языке:
 
 
Как я растаяла, милый мой, в жарких объятьях твоих,
 
И пожелаю счастливым быть в нежных объятьях других.
 
 
Тлирангогашт нежно поцеловал музыкантшу, улыбнулся ей и выпрямился, уже не глядя на нее. Певица поняла, что игра на самом деле всерьёз. Он заставил её дать сигнал, что она больше не желает с ним иметь любовь, пропеть песню расставания, действительно считая, что им нельзя предаваться любви. А ей так хотелось продлить счастье, испытанное прошлым вечером и ночью. Но она понимала, что любые попытки переиграть сложившуюся ситуацию будут позорны, улыбнулась и пошла, не оглядываясь. После этого почти все женщины дали сигналы расставания своим любовникам. А принц внимательно смотрел на реакцию юношей: кто-то повесил голову, Тикотон, наоборот, лихо её задрал и стал подкручивать бородёнку: мне и не нужно было! И лишь Калгашттуркон отдал тёплый поцелуй и улыбнулся. Его принц твёрдо решил похвалить, когда женщин не будет. А женщина Линтиронта, наоборот, на глазах у всех его жарко поцеловала, и он довольно пригладил усы, подарив ей колье.
— Вообще говоря, сигналы расставания даются один на один, — сказал принц. — Но вы ещё не имели опыта и не поняли бы их. А сейчас на плац, сегодня тренируемся, как держать железный строй. Я попросил отца выпустить против нас воинов и всадников.
Дружина царевича с шуточками пошла получать очередные синяки. Никому не хотелось отставать от других и выглядеть слабаком или трусом. У Тлирангогашта вдруг шевельнулась мысль: "А ведь я готовлю противников своему родному народу!" Но, подумав на следующем уровне, он решил: "Эти люди показали желание и умение учиться. Они всё равно переняли бы многое у нас. Но кое-что достижимо лишь для тех, кто развивается с самого чрева матери. А то, что соперники скоро станут сильнее, не даст моему родному народу расслабляться и вырождаться".
Когда принц увидел, что конники, предоставленные для военных упражнений, прибыли на лучших лошадях и в лучшей броне, он велел им пересесть на самых захудалых обозных кляч и надеть, что не жалко, забрав у слуг. Они с недовольством отправились выполнять приказ, а тем временем принц, проведя военную гимнастику с друзьями и отработав несколько перестроений защитного строя, велел им вдруг как есть нагими взять щиты и деревянные мечи и отбивать атаку равного количества воинов в доспехах. Ещё одно новшество шокировало всех. Глядевшего на тренировку младшего князя Риккитаку из Аникара он попросил повелительным тоном быть судьёй и требовать от тех, которые в реальном бою получили бы рану, несовместимую с дальнейшей битвой, покинуть поле боя.
С шуточками закованные в железо пехотинцы двинулись на строй нагих друзей, но неожиданно судья одного за другим вывел их из боя. Оказалось, что порядок бьёт лучшее оружие. А затем принц велел друзьям одеться, вооружиться полностью, но учебным оружием, и на сей раз отбить атаку втрое превосходящих сил, правда, выстроив своих спиной к скалам, чтобы трудно было обойти с флангов. Когда и это удалось, он разрешил передышку.
Далее было обучение построению с копьями и встрече конной атаки. Выяснилось, что южане практически не умели встречать конников ежом копий. А когда они немного этому обучились, всадники на клячах понесли большие потери синяками людей и покалеченными клячами.
— Сегодня так хорошо получилось лишь потому, что противники не воспринимали вас серьёзно. Старки бы вас разделали под орех.
И тут Линтиронт упал ниц и попросил разрешения сказать от имени всех: