"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Барон несколько повеселел. Хоть что-то станет получше в его нынешней скверной жизни. А Эсса ещё сильнее расцвела… Молодец принц! Какую любовницу себе отхватил! И Мастера заодно окрутил!
— Конечно же. Через четыре дня я устрою здесь большой пир и приглашаю тебя, король любви, и твою возлюбленную королеву танцев блистать на нём.
— И Мастера тоже. Он по закону императора Арсана Великого равен баронам. По скромности своей Мастер об этом никогда не упоминал, — добавил принц.
Тут вздрогнул Мастер. Учитель ему говорил об этом законе и предупреждал: вспоминать о нём стоит лишь в крайнем случае. Помимо этого положения, раздражающего знать, в законах дана другая гарантия. Великий Мастер имел право безусловной апелляции на действия чиновников, общин либо персон к Принцу, Королю либо Императору, имеющему власть над вызвавшим недовольство Мастера лицом. Высшие владыки не имели права отказать в приеме апелляции и обязаны были её рассмотреть в кратчайшие сроки. Такой закон был оправдан в глазах знати, ведь стать Великим Мастером было исключительно трудно, и Мастеров было мало. Сейчас на всю Империю, например, было девять Великих Оружейников, правда, "целых" шесть из них в королевстве Старквайя.
Принц сказал, теперь остаётся лишь подтвердить.
— Да, есть такой закон, — выдавил Мастер.
Тут вскочил чиновник, убежал куда-то, вернулся с толстенной книгой и, порывшись в ней, тоже подтвердил:
— Закон блаженной памяти Арсана Великого от двенадцатого числа третьего месяца третьего года его правления, изданный в городе Жартарр, в нынешней Валлине. Закон дважды подтверждён имперскими Сеймами. Прочитаю выдержку из него: "По достоинству своему Великий Мастер равен титулованным особам и имеет прав и привилегий не меньше, чем барон. Ежели Мы, Наши потомки либо какой-то из ленов Империи расширят права баронов, то соответственно расширяются права и Великих Мастеров. Эти права и привилегии ни в коем случае не заменяют права и привилегии, дарованные особливо тем или иным Великим Мастерам, но дополняют их. Однако привилегии сии передаются по линии родословной мастеров, а не от отца к сыну. Ежели Цехи и Великий Монастырь признают кого-то Великим Мастером вне родословной мастеров, то сюзерен мест, где обитает сей Мастер, должен торжественно ввести его в дарованные сим законом права и привилегии".
Таррисань скрипнул зубами: ведь теперь Мастер оказывается чуть ли не более высокопоставленным, чем он, властелин округи. Он с удовольствием признавал за Тором права и достоинство, соответствующие мастерам, но права и достоинство знати?! Впрочем, ведь это значит, что и Великих Мастеров в конце концов канцлер прищучит! Одно утешение…
— Я приглашаю равного мне по достоинству Великого Мастера Тора Кристрорса, славного и мастерством своим, и родом его жены, и дружбой столь высокородного лица, быть почётным гостем на моем пиру и в любой момент приезжать в гости ко мне, как подобает благородным особам равного ранга.
— Я тебя, барон, тоже жду в любой момент в гости, — кратко сказал Медведь, — И твоё приглашение принимаю.
— А завтра я имею честь позвать всех благородных мужей из этого зала на охоту, кою я устрою в честь гостя и в честь соседа, — вежливо добавил Таррисань.
Теперь надо было не показывать возмущения. Может, этот высокопоставленный мужик на охоте опозорится?
— Благодарю, благородный хозяин, — сказал принц. — Я с радостью поохочусь в столь изысканной компании.
— Благодарю тебя, сосед, — слегка поклонился Тор. — Я тоже с радостью поохочусь. А послезавтра я зову тебя и отобранных тобой воинов на свой праздник. Мы устроим учебное сражение между твоей и моей дружинами. Люди принца могут примкнуть к любой из сторон. А как подерёмся, так и выпьем!
Принц улыбнулся.
— Это отлично! Твоим людям, барон, будет полезно размять косточки. Сегодня один из моих воинов уже дрался с вассалом Мастера и проиграл. Так что готовься как следует! Мои четверо воинов будут в команде Мастера. Я с благородным Косъатиром, с почтеннейшим Тором и с тобой, хозяин, будем судьями. Твоя жена и дочери и жена Тора наградят победителей. Мне же останется лишь облизываться: у меня здесь жены нет!
"Знаю я, как ты будешь облизываться!" — подумал про себя барон. — "Жены нет, зато любовница рядом. Небось, и остаться в гостях у меня не захочешь!"
— Великолепный принц, приглашаю тебя и твою свиту воспользоваться моим гостеприимством, — сказал барон.
— Очень жаль, благороднейший хозяин, — ответил принц, как и ожидал Таррисань. — Поскольку равный тебе пригласил раньше, и я уже дал своё согласие, я буду гостем Мастера. Твоим будет благородный Косъатир, если ты, барон, не возражаешь. А своих воинов и слуг я прошу разрешения разместить в гостевом домике.
— Благородные люди всегда договорятся без ущерба для чести, — ответил владетель.
— А теперь я приношу свои извинения, но должен уехать, поскольку уже вечереет, и я буду готовиться к завтрашней охоте.
— Что ж поделаешь! — тяжело вздохнул барон. — Очень не хочется расставаться, но долг перед хозяином превыше всего.
Таррисань с иронией посмотрел на Эссу, думая: "Как ему не терпится в постель к Эссе! Тор хитёр: даже если принц сверзится, Тор поднимется высоко. Надо с ним дружить. Или подловить и уничтожить своевременно… Но уж по пустякам ссориться точно не стоит".
Чиновник подумал: "Принц-то, возможно, рухнет со своих высот, и, скорее всего, в могилу. А Великими Мастерами разбрасываться никто не будет. Так что правильно я утишил свой гнев и распустил слух, что за Мастера губернатор заступился. Всё равно я был бы кругом виноват". И он вежливо раскланялся прежде всего с Тором.
* * *Обозников распустили одними из последних. Шёл уже седьмой месяц года жёлтой собаки, когда Урс с Хингом вернулись в свою деревню. Они первым делом заметили почти законченный второй большой дом во дворе Ликаринов старших. Отец намеревался построить ещё один дом с печью, но дед был против, считая, что уж очень это будет выделяться. А зачем нужно лишнее внимание для простолюдина? Это знатные особы должны его привлекать, для крестьян чем незаметнее, тем лучше. Значит, отец и дед наконец-то договорились.
Придя домой, Урс обнял отца с матерью, младших братьев и сестёр, а затем помчался повидаться с невестой. Та уже прибежала на площадь, где подвыпивший Хинг рассказывал об их подвигах:
"Я целых два раза видел вблизи самого принца Клингора, он меня лично благодарил за вовремя доставленный провиант. Я спас жизнь Урсу: взял в охрану обоза, где он не знал забот и лишений. А когда вражины и разбойники устроили засаду, мы их так расстреляли, что они разбежались во все стороны".
— Так всё-таки, расстреляли или разбежались? Вражины или разбойники? — ехидно спросил кто-то из смердов.
— Ты чего лезешь? Ты же в войне ни шиша не понимаешь. Кренделей надавали, и они побежали после второго выстрела.
— А много вы их убили?
— У нас не было времени считать. Надо было везти продовольствие Клингору.
Урс почувствовал: наивное хвастовство двоюродного деда рикошетом ударило по нему. Лурунисса посмотрела на жениха ехидненько, а когда он её поцеловал, ответила очень холодно и быстрее вывернулась из объятий. "Ну вот! Надо же было хвастаться! Теперь он меня трусом ославил" — уныло подумал Урс.
Дома рассказали: в деревне побывал чиновник и объявил всем, что они должны полностью заплатить налоги королевства и неотбытые государственные повинности за последние десять лет. Поскольку крестьяне платили за защиту графу, все деревни отказались это сделать и обратились к сюзерену за покровительством. Вот дом и достраивается быстрее, чтобы свободных денег в семье не осталось. Даже занять пришлось у ростовщика: Проклятого Лалы, чтобы кончить постройку вовремя. Хорошо ещё, что Лала нормально относится к должникам, готов принимать взносы в погашение долга плодами полей, и в случае небольшой просрочки уплаты ежемесячного платежа только немного журит и записывает это на бамбуковой дощечке.