Идеальный герой (СИ)

Надгробные камни установили в полях позади дома. Сил и времени организовать могильник с курганом у жителей деревни не было. Дядюшка Мо за ночь соорудил невысокую насыпь рядом с братской могилой. Из земли торчали копья, почти все сломанные, а на камнях лежали погнутые шлемы. Яна в очередной раз поразило упорство ветерана: он трудился без отдыха сутки напролет.
Рядом с новым захоронением для павших солдат стоял курган с погибшими четыре года назад. Его обсадили персиковыми деревьями, чтобы корни укрепили холм и не дали ему осыпаться. Молодые деревца хорошо прижились и даже дали первые плоды в прошлом сезоне. Дедуля Цао выстругал и сколотил из дерева кумирню — крошечную пагоду, где каждое утро возжигал курения.
Старшее поколение уже собралось рядом с могилами. Как бы Ян ни старался, он никогда не успевал проснуться раньше стариков. Иногда ему казалось, что те вообще не спят.
Молодые сначала поклонились братской могиле. Обряд исполнили в точности и по все канонам. Инь отличилась более всего, когда молила мертвецов не преследовать её по ночам и при свете дня. После сжигания над могилой бумажных амулетов ребята подошли к кургану.
Ян сжал кулак, приложил его к пустой ладони, вытянул руки вперед и склонил голову перед кумирней. Остальные последовали его примеру. Мысленно он проговорил поминальную молитву, а вслух добавил:
— Я не забыл своё обещание.
— Я тоже, — произнес женский голос, Ян вздрогнул, но быстро понял, что говорила его сестра.
— А что ты обещала? — он повернулся к ней. Инь стояла в поклоне с закрытыми глазами.
— Не твоё дело, — не открывая глаз ответила она.
После завершения ритуала пришло время переодеваться в дорожные одежды и собирать припасы в путь. Ученики не могли взять с собой много, решили идти налегке. Бабуля отстирала и зашила одежду, порванную в битве с оборотнем. Пока они собирались, к ним подошел дедуля Цао. Старик бросил на стол три когтя. Видно было, что он поработал над ними: почистил, отшлифовал, проделал маленькое отверстие для шнура. Теперь когти скорее напоминали обсидиановые амулеты.
— Трофеи? — сказал Тайцзи, схватив один из когтей и подбросив в воздух.
— Приманка, — ответил старик, перехватив коготь на лету, — осторожнее, он острый. Хотя порчи в нём уже нет.
— Тварь будет идти по их следу? — Яну эта идея понравилась: если каждый ученик возьмёт себе по одному, то они смогут уберечь других от нападения оборотня. Одним беспокойством станет меньше.
— Да. Вам нужно будет убить его и вырвать сердце… — начал объяснять учитель.
— Стоп! — Инь хлопнула ладонью по столу. — Путь только начался, а вы уже хотите подкинуть нам испытание?
— Какой же путь обойдется без испытаний? — усмехнулся дедуля Цао.
— Инь, нам надо уберечь старших от твари, дорога до Магнолии не близкая, а с ними будет раненый, — Ян говорил вкрадчиво, нужно было донести до сестры каждую деталь.
— Шан Цюфэнь будет с вами, — будничным тоном сообщил учитель.
— Что?! — в один голос спросили трое учеников.
— В Цветочной столице Шан Цюфэнь не получит противоядие. Её единственная надежда на исцеление: отвар из сердца оборотня и сока лунной ягоды. Нужен именно тот оборотень, который нанес рану. Теперь поняли?
— Хотите, чтобы мы нянчились с ней? — уточнила Инь.
— Разве наши жизни не стояли того? Поступайте по совести — только добродетель проведет вас по Пути. Луна кролика дарует оборотням невидимость. Вам нужно растение, созревшее в полнолуние кролика, другое время не подойдет. Лунные ягоды растут лишь там, куда не добираются лучи яркоцвета.
— Во тьме… — шепотом произнес Тайцзи.
— Инь, мы в любом случае отправимся в другую провинцию, а значит — пройдем через тьму. Заодно сорвем там горсть этих лунных ягод — двух зайцев одним камнем, — попытался приободрить сестру Ян.
— Поход через тьму — это не отдых на природе. Любое промедление — и наш путь завершится у вод Желтого источника, — Тайцзи не спорил, судя по его тону, он уже смирился с испытанием учителя.
— Ян, — обратилась к брату Инь, — ты ведь у нас тот ещё счетовод. Так скажи мне, сколько сезонов осталось до полнолуния кролика? — сестра очень точно обозначила основную проблему. Ему буквально нечего было ей ответить. Разве что, сказать правду, в которой она не нуждалась. Вопрос явно был риторический.
 
— Оно было в прошлом сезоне! Ещё целый год! — простонал Тайцзи, схватившись за голову.
— Учитель, есть ли другой способ сварить отвар? — уточнил Ян. Он посмотрел в комнату, где лежала Шан Цюфэнь: повязки женщины снова успели вымокнуть в крови. — Ей не протянуть ещё год с такими ранами.
— Выживет. Это не обычный сон. Шан Цюфэнь применила продвинутую дыхательную технику, введя себя в транс. Сейчас её тело выжигает изначальную сущность, пытаясь избавится от яда. Адепт может потерять много крови, но это не убьёт его. Во всяком случае, пока осталась изначальная сущность.
— Адепты удивительны! — присвистнул Тайцзи, и тут же получил нагоняй от сестры.
— Хватит восхищаться ей! Мы и сами адепты! — крикнула она. — Где твоя честь?!
— Прости, сестрица Инь, — друг улыбнулся, взъерошив волосы.
— Ты же была невысокого мнения о чести? — вспомнил Ян.
— Это другое!
Пока они спорили, дедуля Цао о чем-то крепко призадумался, почесывая седую бороду. Старик поочередно посмотрел на каждого ученика, внимательно, с головы до ног. Раскрыл рот и хлопнул в ладоши.
— Точно! Чуть не забыл. Каждому адепту полагается иметь фамилию. Негоже ходить с одним именем, вы больше не простолюдины. Имеете право основать новый род.
— Нам надо взять фамилию отца? — спросил Ян, примеряя на себя «Шан». По его мнению, звучало плохо.
— Может сразу нарисуем мишени на спинах? — сестра подняла кисть и махнула ей: черные брызги разлетелись по комнате.
— Придумайте сами, — ответил старик, — можете взять название деревни Чжэнмин. Решите сразу что будет вашей фамилией, а что — именем.
— Ян Чжэнмин, — он пробовал на ухо новые сочетания, — Чжэнмин Ян…
— В моём имени два иероглифа, — задумчиво произнес Тайцзи, — нужно просто разделить его.
— О! — одновременно воскликнули брат с сестрой.
— Теперь зовите меня Тай Цзи, — представился друг новой фамилией и именем, ткнув себя большим пальцем в грудь.
— И почему дуракам всегда везет? Наши родители не проявили и толики фантазии! Как же мне завидно! — начала причитать сестра. Тайцзи тут же бросился её успокаивать.
«Тайцзи или Тай Цзи? Будет сложно привыкнуть», — поймал себя на мысли Ян.
Их с сестрой имена были простыми и состояли из одного иероглифа. Ян подошел к столу, взял кисть, которую сестра небрежно бросила рядом с тушечницей, и быстро начертил оба слова. Даже иероглиф можно разделить, если знать из каких ключей тот состоит. У Яна и Инь первый ключ был одинаковым: «холм», а второй — различался: у Яна — «свет», у Инь — «тень». Если переводить буквально: “светлая сторона горы” и “темная сторона горы”.
— Может, возьмём фамилию Фу? — так звучал ключ «холм».
— Я не хочу носить с тобой одну фамилию, — ответила сестра, — подумают ещё, что мы родственники. Тем более, у меня появилась идея получше! Гуань Инь!
— Ты возьмешь иероглиф из своего оружия? — уточнил Ян. Всё же, произношение одно, а написание может быть разным.
— Мне нравится как звучит, а как пишется — всё равно!
Тогда Ян вспомнил о фамилии учителя: Цзянь. Произносится совсем как название прямого меча. Ему стало интересно как записывается эта фамилия.
— Учитель, — Ян поклонился ему, — могу я взять вашу фамилию? Вы ведь мне как отец.
— Хм, — он призадумался, потом ответил: — фамилия распространённая, так что, как пожелаешь.
— Только она станет моим именем: Ян Цзянь. Звучит куда лучше! Только покажите как она пишется, — не удержавшись, спросил он.
— Конечно, — неровным почерком старик вывел единственный иероглиф, означающий «твердый» или «жесткий». Ничего общего с мечом, но Яну всё равно понравилось.