Минус двенадцать (СИ)

— Потому и говорю, что нам нужно держаться вместе. Но в следующий раз, если появятся проблемы, всё же лучше действуйте по закону.
Я легко усмехнулся собственной глупости. Всегда решал проблемы с холодной головой, много думал, прежде чем сделать ответственный шаг, но в этот раз… Списал бы всё на гормоны подросткового тела, но нет. Скорее, под действием новых чувств к Крису, я взвалил на себя слишком много, решил, что мне горы по плечо, почувствовал себя эдаким Рэмбо. Но реальность заставила понять, что я не супергерой и всё же лучше не лезть на рожон, не попробовав более доступные варианты.
— Конечно. Ещё раз спасибо вам, — проговорил я, легко кивнув.
В ответ Чарра привстала и протянула мне руку для рукопожатия. От чего-то стало так приятно и, пожав её, я ещё сильнее разулыбался. Хоть и дико устал за эти часы разговора, сейчас стало легче, как будто с плеч свалился непосильный груз.
— Ну, едем? — спросил Эндрю, снова заглянув в комнату.
— Да, мы уже закончили, — отозвалась девушка, отправляя свой планшет в сумку. — Удачи, Мэтью.
— Спасибо. И вам.
— До встречи, — усмехнулся мадар, после чего дверь за ним закрылась.
Я в голос выдохнул и положил голову на столешницу, прикрыв глаза. Однако долго лежать мне не дали. В комнату зашёл очередной дрэйд в гвардейской форме и наконец поднял меня с осточертевшего стула. По пути назад я с удовольствием потягивался и разминал затёкшие мышцы, а когда оказался в камере, где меня встретил обеспокоенный Кристэл, всё так же не захотел садиться.
— Почему так долго? — спросил бельчонок, как только приведший меня дрэйд скрылся из поля зрения.
— Ну, нам было о чём поговорить, — вздохнул я, снова потягиваясь, теперь уже от души, ведь руки больше не были ничем стянуты.
Искоса глянув на остальных наших сожителей, я всё же сел рядом с Крисом, чтобы снова поговорить максимально тихо. Не хотелось, чтобы нас кто-то слышал, мало ли, какие у этих людей обиды на тёмных, лучше было не распространяться, что я рассказал о повстанцах всё, что знал.
— Твоим делом уже занимаются, — начал я вполголоса, приобняв Кристэла за талию и положив голову на его плечо. Он тоже приобнял меня одной рукой и оставил еле ощутимый поцелуй на лбу. — Если ты действительно не делал ставок, виновника найдут, а нам предоставят защиту, пока не убедятся, что мы в безопасности.
— Не веришь, что я действительно не делал ставок? — хмыкнул он.
— Я хочу верить. Но подсознательно боюсь, что ты чего-то мне недорассказал. Из-за возраста или ещё чего.
— Клянусь, Мэл, я никогда прежде не бывал на арене до собственного боя, — заверил бельчонок, сжав меня в объятьях посильнее. — Я не стал бы врать или недоговаривать.
— Хорошо. Прости, — выдохнул я, грустно прижав уши к голове. — Мне, наверно, просто хочется, чтобы всё это быстрее закончилось и мы вернулись к своей нормальной жизни.
— Так почему они вообще так нам помогают? Потому что ты… живёшь в двух мирах?
— Да. Они такие же. Говорят, нужно держаться вместе.
— И ты веришь, что причина только в этом? — всё так же хмуро спросил Крис, из-за чего я немного отстранился и посмотрел в его глаза.
— Мы всё равно теперь уже ничего не можем сделать. Особой важной информацией мы не владеем, я рассказал всё, что знал. Теперь нам либо помогут и вызволят отсюда, либо нет и мы просидим в этой клетке ещё хрен знает сколько. Так что нам остаётся только ждать. И я буду рад, если нам действительно помогут всего лишь из-за того, что я такой же, как они. Считаешь, это плохо?
— Нет. Наверно, нет, — тяжело вздохнул бельчонок и снова уложил мою голову себе на плечо, начиная поглаживать между ушей. — Просто я опасаюсь доверять тёмным.
— Ты ведь сам знаешь, что в их пирамиде немалый разлад. Думаю, и среди тёмных есть на самом деле неплохие люди.
— Вот только эти неплохие люди первыми напали на базу…
— Эндрю говорил что-то про то, что повстанцев одурачили. Может, не стоит судить, не зная всего? — предположил я, прикрыв глаза и кайфуя от приятных прикосновений между ушами. — Даже хорошо, наверно, что мы не успели погрязнуть в этом по самую глотку.
 
— Может, ты и прав, — тихо согласился Крис.
Мы ещё какое-то время провели полулёжа в обнимку, думая каждый о своём. И мне всё же хотелось надеяться, что я доверился Эндрю и Чарре не из отчаяния. Мне хотелось быть полезным, хотелось вытащить Криса из этого болота, полного опасностей, в которое сам же его и втянул. Да, Кристэл уже не ребёнок и тоже отчасти виноват, что повёлся, но всё же…
Всё оставшееся время мы провели в полном спокойствии, иногда разговаривая о чём-то отвлечённом. Даже познакомились с нашими соседями. Те тоже, как и мы, явно не хотели делиться историями, как и почему оказались здесь. И это было нам на руку, так что разговаривали мы более чем мирно.
Так прошло ещё два дня. Заточение в обоих мирах давило, хотелось двигаться, куда-то идти, что-то делать, да или хотя бы позвонить Найле и Ае, они же наверняка волновались. Однако мы только ждали.
В родном мире я ещё пару раз списался с Чарли, разговаривал с родителями и друзьями, снова ненадолго приезжал Иан.
И когда на третий день я уже начал продумывать, не забыли ли про нас с Крисом, в дверях камеры появились пара гвардейцев, один из которых оповестил грубоватым голосом:
— Синъю и Ирбис, на выход.
========== 29. Дом милый дом ==========
— Синъю и Ирбис, на выход.
Переглянувшись, мы с Крисом поднялись с кушетки, попрощались с соседями и вышли из камеры. К нашему удивлению, стягивать нам руки больше не стали, а просто повели по коридорам — и уже не в ту сторону, куда водили на допрос. Один поворот и пара пролётов по лестнице вывели нас на парковку с множеством гвардейских машин соответствующей окраски. Даже не по себе как-то стало. Однако дальше нас повели вглубь помещения, где у самой стены обнаружилось несколько однотонных чёрных машин, ничем не примечательных.
— Куда нас отвезут? — спросил Крис, снова хмурясь. За эти дни его недоверие к Кроунам никуда не делось.
А я вот был рад хотя бы выйти из чёртовой камеры. Да и не убьют же нас, в конце концов. Брать с нас тоже нечего, так что даже если нас попросту перевезут куда-то ещё и снова посадят под замок, мы хоть немного развеемся.
— В безопасное место, — ответил один из дрэйдов, открывая дверь машины. — По программе защиты, о которой вы попросили. Вам не о чем волноваться. Садитесь.
Не сдержав довольной улыбки, я первый залез в машину и уселся на удобные мягкие сидения в тёмном салоне. Бельчонок залез следом, а потом напротив нас сели и гвардейцы. После того, как один из них нажал пару кнопок, машина завелась и бесшумно поехала в дорожный тоннель, управляемая искусственным интеллектом.
Ужасно хотелось, чтобы нам дали хотя бы нормальную комнату на двоих, где есть грёбаный душ и туалет не у всех на виду. А ещё еда! Хотелось снова есть прекрасные блюда, которые творят руки моего рыжика из самых обычных продуктов. Всего несколько дней, а я уже так соскучился по этому простому комфорту. Причём обо всём этом я особо не думал, пока мы томились взаперти, но теперь, когда на горизонте забрезжила надежда, хотелось получить хотя бы частичные прежние удобства как можно скорее.
Однако везли нас достаточно долго. Мы с Крисом иногда переговаривались о том, что устали уже постоянно где-то сидеть и ничего не делать, а дрэйды на передних сидениях тоже периодически говорили о чём-то своём: о работе, семье и детях. Да, у этих служивых, ожидаемо, тоже были какие-то проблемы, а на работе им приходилось об этом забывать и рисковать жизнью в подпольных боях с повстанцами. Не хотел бы я себе такую работу.
Я даже успел подремать по пути. Но ближе к вечеру меня разбудили и попросили выйти из машины. И то, что я увидел, заставило меня ненадолго замереть и осмотреться: аккуратно выложенные дорожки, высокие деревья, ухоженные клумбы, цветущие разнообразием красок, даже птицы на ветвях щебетали. В десять раз круче того парка, по которому мы с Крисом гуляли в первую встречу. И так похоже на мой родной мир, что словами не передать. Даже освещение сделали нестандартное для этого мира: всё это великолепие освещалось не огромными мощными панелями, а обычным уличными фонарями, стоящими вдоль аллей. Как же я соскучился по родным земным пейзажам.