Минус двенадцать (СИ)

Бельчонок отпрянул и перевёл на меня изумлённый взгляд, непонимающе моргая, а я старался не рассмеяться во весь голос, чтобы он не подумал, что это прикол.
— Только никому не говори, а то эксперимент потеряет силу, — добавил я, всё же улыбнувшись одним уголком губ.
— Я думал, такие шуточки не в твоём стиле, — всё же выдохнул он и приложил ладонь ко лбу, потирая его. — Не смешно же.
— Так не шутки это. У меня было мало времени, и мне нужно было придумать что-нибудь крайне личное, что нельзя было бы посмотреть в соцсетях или ещё где, короткое, но при этом запоминающееся, — улыбчиво хмыкнул я, доставая из пакета дой-пак с очередным сытным пюре с каким-то вкусом, и снова снизил голос почти до шёпота. — И ты запомни: именно семь и одна десятая.
— Да прекрати ты. С чего тебе это взбрело вообще? — возмутился Крис, чем всё же вызвал у меня смех. Таким милым и обескураженным сейчас выглядел. Но ничего, если Эндрю передаст ему эти слова, ему придётся поверить в то, что я живу две жизни. Главное, чтобы передал, а то буду выглядеть последним придурком.
Я начал неторопливо поглощать свой завтрак, надеясь, что Крис запомнил, и больше не стал развивать эту тему. На самом деле я думал, что его пригласят на разговор достаточно скоро, однако это произошло уже ближе к вечеру.
Весь день мы просто просидели в этой чёртовой камере, умирая от скуки. Все вещи, включая наш единственный гаджет, остались на базе повстанцев, да и их в любом случае отобрали бы при задержании, так что заняться было решительно нечем. День тянулся, как жвачка, я даже где-то в середине снова вырубался. А из-за того, что спал и в том теле, после пробуждения несколько долгих минут не мог собрать мысли в кучу и понять, где и в какой жизни проснулся.
Каждого нашего соседа забирали по очереди и возвращали. Всех, кроме мако, тот так и не вернулся. Возможно, он совершил что-то действительно серьезное, потому его переселили. Или, может даже, сразу отправили в колонию. От подобных мыслей мурашки бегали по коже. Но мы-то ничего особо серьёзного не делали. Ну, кроме подделывания документов и сопротивления при аресте. Блин.
Вечером наконец пришло время Криса. Как я и надеялся, его забрали раньше, чем меня, так что наш эксперимент с фразой всё ещё мог сработать. А вернули его по ощущениям часа через два. Уставшего, напряжённого и мрачного, как грозовая туча.
Увидев его, я сразу же поднялся со своей постели и, дождавшись, когда он опустится на свою кушетку, сел рядом.
— Знаешь, что больше всего меня напрягло в этом допросе? — хмуро начал он, глядя куда-то в пол, сцепив руки в замок.
Я тоже весь напрягся, уже и не зная, что предположить.
— Что же?
Кристэл перевёл на меня тяжёлый взгляд и немного помолчал, прежде чем ответить:
— Что фразу про твой член мне сказал не Кроун. Значит, он передал её кому-то ещё, а тот кто-то — ещё кому-то. Я чуть…
Он явно старался не злиться, а меня внутри уже разбирало от смеха. В воображении ярко рисовалось, как Чарли, а точнее Чарра, передаёт Эндрю коронную фразу, а тот передаёт её кому-то ещё, а тот следующему, и так по цепочке. Даже представить было сложно, что думали те люди о том, почему эту фразу надо кому-то передать. И теперь мне стало интересно, как они все на это реагировали. Учитывая, что работают они на Кроунов, наверняка стояли с каменными лицами и согласно кивали, слушая фразу, а у самих в голове крутилось: «Какого хрена?!».
Не сдержавшись, я всё же рассмеялся, откидываясь спиной на стену, а бельчонок недовольно всплеснул руками:
— И сколько людей теперь знают о твоих размерах?
— Какая разница? — сквозь смех спросил я. — Главное ведь не это. — Покачав головой, я потёр лицо руками, успокаиваясь, и вновь сел ровно, с улыбкой глядя на Криса. — Но теперь-то ты мне веришь? В прошлый раз мы с Кроуном разговаривали при тебе, так что я не мог ему такого сказать. Выходит?..
— И это никак не налезает мне на голову, — растерянно произнёс Крис, отворачиваясь и снова глядя в пол. — Магия какая-то.
— На самом деле я тоже не представляю, как это происходит, и первое время силился поверить, что обе мои жизни настоящие, а не плод моего больного воображения, — попытался подбодрить я, примерно представляя, как сложно в такое поверить, не увидев своими глазами. — Но это правда, я правда так живу теперь. И я решил, что не буду там лечиться, чтобы не потерять связь с этим миром.
 
— Что? — ошарашенно переспросил Кристэл, резко развернувшись ко мне. — Мэл, ты не должен…
Но я его перебил, так как не хотел объяснять все свои умозаключения ещё полдня:
— Я уже всё решил. Полной жизнью я буду жить здесь.
Крис смотрел на меня таким растерянным взглядом, что я невольно подался ближе и легко поцеловал его. Мы так давно этого не делали из-за того, что постоянно находились под наблюдением. Всего пару дней, но уже казалось, что целую вечность, от чего я жутко соскучился. И сейчас мне вдруг стало всё равно, даже если нас увидят соседи, уж за поцелуй нас не осудят.
— И как там? — тихо спросил бельчонок, когда я отстранился. Он погладил меня между ушей, грустно улыбаясь. — Расскажи мне что-нибудь о своём… родном мире. Какие там люди, как живут?
Я тоже улыбнулся и потянул его сесть ближе к стене, чтобы тихо начать свой рассказ. Начал с того, что у людей там нет ни хвостов, ни кошачьих ушей, ни перьев, ни чешуи, ни рогов. Объяснил, как люди выглядят и чем могут различаться, а затем перешёл к рассказу о небе. Больше всего рыжика поразило то, что на Земле мы живём на поверхности, он всё пытался представить огромное небо и солнце, спрашивал, не жжётся или оно и не страшно ли нам поднимать головы. А я лишь продолжал объяснять, теперь жалея, что не умею рисовать. Но, может, можно будет потом найти в интернете картинки, похожие на земные пейзажи. Когда выйдем отсюда.
И я бы не прочь был проговорить с Крисом всю ночь, однако, независимо от моего нежелания спать, я всё равно вырубился. И вновь проснулся в травмированном теле.
***
Этот день по итогу был более обыденный: приезжала семья и привезла сока, которого мне жутко хотелось; потом Пит, которому я сказал, что меня могут навещать те, кто не боится вида живых мертвецов; а вечером я снова попереписывался с Чарли. Он дал мне адрес сайта, который он вёл уже несколько лет, там оказалось много рисунков из мира Аллебри и довольно много информации. Правда, тексты пришлось кидать в переводчик, но всё же это немало помогло разобраться с историческими фактами и политикой того мира.
Я всё боялся, что за мной в том мире придут, чтобы увести на допрос, пока я сплю, растолкают, и я тут отключусь, а доктора снова на уши поднимутся. Но обошлось, потому этот день дал более-менее расслабиться и успокоиться.
***
За ночь Крис успел прийти в себя и принять факт, что рядом с ним живёт странный подросток, которому на деле двадцать шесть и который живёт на двух разных планетах. Он иногда задавал всякие вопросы, на которые я с удовольствием отвечал. Соседи по камере иногда косились на нас с удивлением, а один даже спросил, что за фильм мы обсуждаем. Пришлось выдумать, что я рассказываю о мире из неизданной книги знакомого, чтобы вопросов у них больше не появлялось.
А спустя какое-то время после завтрака наконец пришли и за мной. Бельчонок отпускал меня с явной тревогой во взгляде, но я пообещал, что вернусь к нему во что бы то ни стало. Если уж я свою родную жизнь решил похерить в немалой степени из-за него, то точно не дам нам расстаться так просто.
Крепкий дрэйд в чёрной форме гвардии с какими-то красными и синими нашивками затянул на моих руках стяжки и повёл по светлым коридорам, придерживая под локоть. Через пару поворотов он завёл меня в одну из комнат, где посередине стоял стол, а вокруг него три стула: один — с одной стороны, и два — напротив. Дрэйд посадил меня на тот, что стоял в гордом одиночестве, и на этом ретировался из комнаты, оставив абсолютно одного.
Здесь было так тихо, что собственное дыхание начало казаться ужасно громким, а в ушах начало пищать. Насколько же хорошая здесь звукоизоляция? Никаких зеркал, как в наших земных фильмах, в этом комнате не имелось, так же, как и окон или другой мебели. Только я, белые стены и светящийся потолок. В какой-то момент стало даже не по себе, но, к счастью, вскоре дверь открылась, и в комнату вошли двое: уже знакомый мне мадар и ещё не знакомая мне кийго. Неужели?