Минус двенадцать (СИ)

— Хорошо. Расслабьте руку.
Я прикрыл глаза, в очередной раз чувствуя, как игла протыкает кожу, а потом катетер прикрепляют к руке, чтобы меньше двигался.
— Вашим родителям тоже передать, что хотите отдохнуть? — спросила она, прежде чем уйти.
— Да. Всем скажите, чтобы ко мне сегодня больше не приходили. Пожалуйста. Я буду спать.
Доктор к тому времени дописал в планшетке и снова хмуро посмотрел на меня. Ему явно что-то не нравилось, однако он промолчал и вместе с медсестрой вышел за шторку, задвинув её за собой и наконец-то оставляя меня в одиночестве.
Однако из-за обилия мыслей уснуть не получалось, и я вновь корил себя за все так не вовремя пересёкшиеся обстоятельства. Я чувствовал, как сердце вырывается из груди. Мне нужно было успокоиться, но я не мог — и бесконечно то старался лечь как-нибудь поудобнее, то поправлял одеяло. Хотелось разбить что-нибудь от собственного бессилия, ведь мне нужно было, очень нужно было вернуться к Крису.
В итоге пару часов спустя, когда капельницу забирали, я попросил принести мне что-нибудь успокоительное, ведь я не мог уснуть из-за учащённого пульса, а голова ужасно болела. И после недолгого разговора с доктором мне всё же дали какую-то таблетку. Вряд ли сильнодействующую, но спустя ещё полчаса я наконец смог провалиться в сон.
***
Открыв глаза, я резко вскочил и встретился лбом с потолком машины, от чего осел обратно на мягкие тёмные сидения, потирая ушибленное место теперь скованными впереди руками. Это точно была машина, хотя здесь и не было передних сидений с водителем: они были развёрнуты к задним, чтобы сидящие видели друг друга. Рядом со мной сидел Крис, прикованный наручниками к ручке боковой дверцы. Хорошо, что мы всё ещё рядом.
— Мэл! — тут же всполошился бельчонок, глядя на меня. — Как ты? Ничего не болит?
— Только лоб, — поморщился я и перевёл взгляд на противоположные сидения.
А там я обнаружил… того самого парня, что недавно пытался восстановить удалённые данные на компьютере повстанцев, только теперь без шлема, но всё так же с планшетом в руках, по экрану которого постоянно водил пальцем, безотрывно глядя в него. Кто он такой? Чёрные волосы, чёрные глаза. Только когда я заметил тёмные ногти, вдруг понял, что передо мной чёрный мадар. Только почему-то без перьев в волосах. Рядом с ним сидел сурового вида дрэйд с небольшими бычьими рогами и пушкой, которую держал на коленях, и внимательно наблюдал за нами с Крисом.
— Ну что, с возвращением на Аллебри, приятель, — вдруг произнёс мадар и поднял голову, одаривая меня уставшим взглядом.
— Почему мы здесь? — угрюмо спросил я, нахохлившись и чувствуя, как хвост снова начал нервно вилять. — И кто ты вообще такой?
— Я тот, с кем ты очень хотел поговорить, — ответил он со вздохом. — Эндрю Кроун, к вашим услугам.
========== 26. Узники ==========
— Я тот, с кем ты очень хотел поговорить, — ответил он со вздохом. — Эндрю Кроун, к вашим услугам.
Неверяще уставившись на этого парня, я не сразу осознал его ответ. Но потом вдруг вспомнил рассказ Криса об усыновленном мадаре, который стал первым «не-тёмным» и «не-дрэйдом», принятым к тёмным в семью. «А на деле, его любовник», — промелькнули слова из давно забытого прошлого. Этот парень являлся самым приближённым к главе семьи Кроунов. К тому, кто владел ареной, по чьему распоряжению должников заставляли участвовать в боях. Тем, кто мог что-то знать, откуда вообще мог взяться несуществующий долг.
— Твой приятель уже рассказал мне о вашей проблеме, — продолжил он, снова что-то нажав в планшете. — И, если честно, я удивлён. Долги за арену не перекидываются на членов семьи, этого нет в регламенте, так что ваша проблема — скорее всего ошибка в системе. И я обеспечу, чтобы с этим разобрались, когда прибуду домой.
— Из-за таких ошибок ломаются жизни, — фыркнул я, откинувшись на спинку сидения.
— Если мокс и правда никогда не делал ставки на арене, наша семья принесёт вам официальные извинения и возместит моральный и физический ущерб. Если же нет… ну, тогда пойдёте под суд.
 
— Если вы уже всё знаете, тогда зачем мы здесь?
— Затем, что ты мне интересен, — спокойно произнёс мадар, будто его вообще не трогал мой тон. — Как дела на Земле? Уже кто-нибудь улетел на Марс?
Я замер, даже дыхание затаил, ведь не ожидал услышать таких вопросов. В этом мире. Последний раз нечто подобное мне говорил укурок в притоне, рассказывая про жизнь под небом. Неужели этот мадар знает?..
— О чём он, Мэл? — тихо спросил Крис, чуть наклонившись ко мне.
Но я молчал. Как бы я ему объяснил?
— Что, неужели не знаешь таких слов? — вновь заговорил Кроун, склонив голову набок. — Хочешь сказать, я ошибся? Я был уверен в своей правоте процентов на восемьдесят.
Он задумчиво отвёл взгляд, посмотрев на дрэйда рядом, а потом и вовсе отложил планшет.
— Язык проглотил, малой? — устало усмехнулся он, наклонившись чуть вперёд и облокотившись на собственные колени.
— Сам ты малой, — напряжённо ответил я, хмурясь. — В том теле мне двадцать шесть. И если ты такой осведомлённый, должен понять, о чём я говорю.
— Реально? — спросил мадар, удивлённо изогнув брови, ещё пристальнее разглядывая меня. — Слабо верится. Обычно возраст абсолютно идентичен.
— Думаешь, я сам в восторге? — хмыкнул в ответ.
Теперь, видя и слыша, что я не один такой, кто живёт две жизни, мне ещё больше хотелось верить, что оба мира реальны. Что и здесь, и там я настоящий. И моя жизнь — настоящая.
— Сможешь доказать это? Если ты не смертельно болен, конечно, — предложил мадар, сев поудобнее. — Скажи мне свои земные данные, с тобой свяжется мой друг.
— А что, ты сам не можешь со мной там связаться? Тайна личности? — усмехнулся я, ёрзая на месте из-за того, что руки начинали затекать в долбанных стяжках.
Однако мадару не дал ответить Крис, который перестал вдруг шептать и соблюдать тишину, нагло привлекая к себе внимание.
— Да о чём вы говорите, проклятье?! — выпалил он, глядя на меня.
— Он совсем ничего не знает, да? — хмыкнул Кроун.
— А как бы я ему, по-твоему, объяснил? — недовольно ответил я, виновато поглядывая на бельчонка.
— Ну, мой бойфренд знает, — пожал плечами мадар. — Не сразу, конечно, поверил, но поверил.
— Бойфренд? Кайсен Кроун, который тебя усыновил? — снова ядовито усмехнулся я, хотя и понимал, что свою желчь лучше запрятать куда подальше.
Нас не убили и даже не покалечили, как минимум за это нужно быть благодарным. К тому же этот парень, видимо, тоже жил две жизни. И мне бы у него узнать, как он с этим справляется, а я не мог не припомнить, сколько всего Крис натерпелся из-за их возможной ошибки в системе. Если, конечно, Крис не врал мне. Но о подобном вообще думать не хотелось.
— Ну, по их законам, в супруги он взять меня не мог, а вот как усыновить — лазейку нашёл, — с лёгкой улыбкой ответил мадар, всё ещё не поддаваясь на все мои попытки его поддеть. — Уж очень хотел, чтобы я стал частью его семьи, чтобы ко мне обращались с уважением, а не считали меня только любовником, которого можно ни во что не ставить.
— И как тебя от них в дрожь не бросает? От этих тёмных, — уже более смиренно произнёс я, стараясь усмирить свою враждебность к Кроунам.
— О, ещё как бросает. Но, видимо, я извращенец, потому что это крайне приятная дрожь, — посмеялся парень, а потом вновь вздохнул. — Ну, так или иначе, связаться с тобой на Земле я не смогу, потому что больше не живу там с некоторых пор.
Пришлось вновь прикусить язык, чтобы осмыслить. Неужели он там погиб? Умер от болезни, несчастный случай, неоперабельная травма?
— Что случилось? — спросил я, совсем поникнув.
— Это долгая история, — произнёс мадар, помассировав себе шею. — И, если честно, я не хочу её рассказывать.
Я промолчал, а потом снова виновато покосился на Криса. И как ему объяснить? Не представляю.
— Так мокс всё же твой парень? — хитро изогнул бровь мадар. — Или вы просто друзья?