Минус двенадцать (СИ)

— Крис, я трус. Я боялся серьёзных отношений и, наверно, в какой-то мере и правда боялся взять ответственность, ты был прав, но я долго думал об этом и… Я хочу. Хочу этих серьёзных отношений и именно с тобой. Мне больше никто не нужен, правда, я думаю только о тебе, и мне без тебя плохо. Дай мне шанс. Хотя бы один — и я постараюсь не разочаровать тебя. Что… скажешь?
Облизнув пересохшие губы, я нервно сглотнул и положил ладонь на грудь бельчонка, слегка сжимая его кофту между пальцев. А он стоял в каком-то замешательстве и молчал, удивлённо глядя на меня. Но потом его взгляд вдруг изменился, стал сожалеющим и грустным. Я уже видел такое выражение лица. Абсолютно, мать его, такое же лицо у него было, когда он отшивал меня на той байкерской сходке. Нет, только не опять, ну пожалуйста!
========== 15. Френдзона ==========
— Мэл, — расстроенно выдохнул Кристэл, а я тут же замотал головой, нервно улыбаясь и отступая.
— Нет, только не это, — выговорил я, невесело посмеиваясь. — Не смей говорить, что я для тебя ребёнок, что бы ни делал и как бы ни старался измениться.
— Прости…
— Не надо мне твоих «прости»! Ну почему? Почему, Крис? Разве я тебе не нравлюсь? Почему ты не можешь так же, как я, немного поступиться своими принципами? Ты же мне нравишься! Я на всё ради тебя готов!
Уши сами собой прижались к голове, а хвост завилял. В груди бились чувства новых сожалений и обид, приправляемые чувством несправедливости. Почему я готов ради него меняться, а он ради меня — нет? Может, потому что не так уж я ему и нравлюсь и он меня просто жалел всё это время, боялся обидеть?
— Ты соврал мне, — процедил я, чувствуя, как внутри снова всё холодеет.
— Нет же, — изумлённо ответил Крис, подходя ко мне. Он взял меня за плечи, слегка сжав их и больше не давая пятиться. Хотя отходить, скорее всего, было уже и некуда, комната-то маленькая. — Я никогда тебе не врал. Просто…
— Знаешь, я теперь ненавижу это слово, — перебил я, сжимая кулаки от бессилия. — Ничего между нами не «просто». Я уже замучился пытаться понять, как привлечь твоё внимание. Знаю, что я не предел мечтаний, но ведь вроде не всё так плохо, и ты сам говорил, что деньги для тебя совсем не главное. Тогда что же мне сделать, чтобы ты наплевал на мой возраст?
Кристэл немного помолчал, а потом поджал губы и покачал головой, тихо отвечая:
— Я не могу. Правда не могу.
Рвано выдохнув из-за того, что в груди больно щемило, я всё же обнял его за шею, надеясь хоть на какой-то поцелуй. Надеясь, что он не устоит и наклонится ко мне. Но бельчонок стоял ровно, продолжая с сожалением смотреть мне в глаза.
— Жестоко. Жестоко, Крис, — проговорил я, уже не справляясь с эмоциями, хотя и понимал, что не хотел, чтобы он снова видел меня таким слабым. — Я же…
Смотреть на него больше не было сил, а потому я зажмурился и опустил голову, уткнувшись носом ему в грудь. А он погладил меня по волосам, тем самым вызвав табун мурашек по всему телу. Как же я соскучился. По его запаху, его прикосновениям, голосу. Но почему всё так сложно? Почему, впервые с полной ответственностью решившись на отношения с понравившимся парнем, меня снова и снова отшивают? Где ж я столько нагрешил, что вселенная теперь так надо мной издевается?
Кристэл приобнял меня, продолжая всё так же поглаживать по голове, а я старался не сорваться и подумать, что теперь делать. Снова уйти и теперь навсегда разорвать все связи — или всё же оставаться рядом и довольствоваться теми крохами внимания, что он всё же может мне дать? И то, и другое меня абсолютно не устраивало, но, как видно, ничего лучше мне ждать не стоило.
— Мне вообще надеяться на что-нибудь хоть когда-нибудь? Чего-то ждать? — тихо спросил я, опустив руки бельчонку на грудь и снова сжимая его кофту. Хоть и было больно, но отходить от него всё равно не хотелось. Хотя бы такие, пусть и слабые, обманчивые объятья я был рад ощущать.
— Если подождёшь, я буду рад, — вдруг так же тихо ответил Крис, что заставило вновь поднять голову и посмотреть на него.
 
— И сколько? — невесело усмехнулся я. — Почти два года до возраста согласия? Или пять лет до совершеннолетия? Сколько, Крис?
— Не знаю, — совсем шёпотом ответил он. — Прости меня. Пожалуйста, прости. Я не думал, что всё так обернётся.
— А кто думал? Я тоже даже представить не мог, что к кому-то так сильно привяжусь. Но что уж теперь…
Я всё же шмыгнул носом, отвернувшись, ведь чувствовал, что если ещё немного позволю себе говорить и даже думать об этом, то точно окончательно расклеюсь. Так больно, как этот засранец, мне ещё никто никогда не делал.
— Ладно, Крис. Я буду ждать. Столько, на сколько меня вообще хватит. — После этих слов я почувствовал лёгкий поцелуй между ушей и усмехнулся. — А вот теперь ты меня целуешь. Издеваешься?
— Нет. Это то, что я могу тебе дать, не переходя черту. Если тебе не нравится…
— Мне нравится, — снова перебил я и обнял его за талию, прижавшись и прикрыв глаза. — Мне всё в тебе нравится.
В груди бились противоречия. Вмазать бы ему да уйти, показывая всю свою обиду, но я знал, что тогда и сам себе сделаю ещё хуже. Пусть мы не будем парочкой, но я хотя бы буду рядом. Хоть как-то… До чего же я докатился.
Какое-то время мы так и стояли, продолжая молча обниматься. Я прислушивался к стуку его сердца, оно явно стучало быстрее обычного. О чём он сейчас думал? Может, в нём тоже бились противоречия? Только, в отличие от меня, он выбирал, подпустить меня ближе или оставить между нами ту самую черту. И, видно, постоянно побеждал второй вариант. А мне до жути хотелось хоть как-то устроить перевес в другую сторону. Вот только теперь я боялся, что если продолжу быть таким же наглым и настойчивым, то сделаю только хуже. А мне не хотелось, чтобы он отдалялся.
Вздохнув, Крис всё-таки отстранился, вновь оставив меня одного, и пошёл включить чайник.
— Уже очень поздно, а тебе завтра в школу, — произнёс он, открыв холодильник и глядя на имеющиеся продукты. — Давай я сейчас поем и отвезу тебя домой.
— Ладно, — безэмоционально проговорил я, глядя себе под ноги.
В груди снова словно дыра расползалась. Больше не хотелось ни плакать, ни улыбаться. Вообще ничего не хотелось. Я был повёрнут на идее сделать Кристэла своим и даже вроде как получил взаимность, но… проиграл. И больше ничего не мог с этим сделать. А теперь нужно было как-то со всем этим смириться.
Бельчонок обернулся и посмотрел на меня, но ничего не ответил. Он лишь принялся разогревать себе ужин. Я же опёрся плечом о ближайшую стену и смирно ждал.
— Не хочешь со мной? — спросил он, наложив себе порцию.
— Нет, спасибо. Я… спать хочу.
— Представляю. Я быстро.
Кивнув, я прикрыл глаза, так и продолжив стоять у стены. Усталость и правда навалилась так, словно батарейка резко села. Наверно, я исчерпал лимит эмоций на сегодня. И теперь хотел совсем перестать думать, а это поможет сделать только сон.
Крис поел действительно быстро, я даже задремать не успел, потому вскоре мы уже молча покидали квартиру. А по дороге домой, наплевав на все правила, я уткнулся лбом в его спину, стараясь прочувствовать его движения и наклоняться в унисон, не глядя при этом на дорогу. Когда мы остановились, я так и продолжал сидеть, обняв бельчонка за талию. Так не хотелось отлипать и прощаться, что я готов был уснуть прямо на байке.
— Мэл, мы приехали, — произнёс Кристэл, сняв шлем и обернувшись ко мне.
Пришлось нехотя отстраниться и, встав с мотоцикла, тоже снять шлем и отдать его рыжику. Я снова посмотрел в его глаза, не желая прощаться. Вот бы он уснул со мной. Просто уснул, обнимая, и я стал бы куда счастливее.
— Увидимся на выходных? — спросил он, чуть склонив голову набок и дёрнув рыжим ухом.
Я вздохнул и молча покивал, надеясь, что завтра мне хотя бы станет легче.
— Тогда хороших снов, — слегка улыбнулся он.
Но прежде, чем он отвернулся, я успел взять его в лицо в ладони и коротко прикоснуться своими губами к его. Он не воспротивился, что обрадовало. Но зная, что дальше зайти не могу, я разочарованно отпустил его. И теперь даже не понимал, сделал ли я нам обоим приятно или, наоборот, только усилил собственную боль.