Петербургские истории (СИ)
Чай оказался очень кстати: от усиленной шинковки и перетаскивания тяжестей заломило спину и заныли руки. Я так, если честно, и на практике в столовой не надрывалась. С другой стороны, своя ноша не тянет, а делается все как раз для себя любимых.
— Хорошо!.. — бабушка взяла себе вторую печенинку и намазала ее маслом.
— Просто сказка, — я положила варенья на кусок булки, — идиллия, словно в книжке! Даже боязно…
— А чего бояться?
— Ну, — я повела рукой, стараясь облечь в связную мысль мелькнувшее впечатление, — просто, когда все идет слишком хорошо, часто бывает после этого ужасно, как раз, чтобы спустить это хорошо до среднего значения неплохо.
— Хм, — ба задумалась, — с одной стороны, твои рассуждения не лишены логики, с другой же…
Но договорить ей не дали: духи, до этого подхватившие эстафету рубки капусты и ее закваски, пока мы чаевничаем, в мгновение ока исчезли, а на крыльце кто-то громко нас окликнул. Ну, кто — кто-то?.. Разумеется, дражайший Федор Никифорович.
Мы переглянулись и поднялись.
— Прошу прощения, — Ковалев выглядел искренне смущенным, — но, тут такое дело…
— Что-то случилось? — с прохладцей, но нейтрально отозвалась бабушка.
— В общем, наша соседка, я вам о ней рассказывал, Елизавета Марковна, она вернулась из поездки и зашла ко мне на огонек. А я, дурак старый, про вас сообщил!
Он развел руками:
— В общем, вас срочно приглашают в гости! Мне велено вас привести любой ценой! Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!!!
И сделал жалобное лицо.
— Ну, если только ненадолго, — после показательных трех минут раздумий решила бабуля, — мы, видите ли, капусту квасим.
— Ой, быстро-быстро, честное слово!
Пришлось встать и идти в гости. Следуя за старшими, я подумала, что это даже хорошо: чем мы скорее врастем в местный социум — тем лучше, а то, что мы занимаемся капустой, позволит свести общение к минимуму, при этом никого не обидев. Даже наоборот — заработаем репутацию работящих и хозяйственных женщин. А это очень важно — репутация. Она нарабатывается годами, а теряется за один миг. Не помню, кто это сказал, но слова истинные, сколько раз убеждаюсь.
Соседка встречала нас на улице, возле калитки: среднего роста полноватая улыбчивая женщина, как говорится, «без особых примет». Одета тоже обыкновенно. После взаимных расшаркиваний она пригласила нас в дом, на чашечку чая. Впрочем, засиживаться мы действительно не стали: капуста не ждет. Хорошо, что особо убеждать никого не пришлось, Елизавета признала важность мероприятия. Нам только провели краткую экскурсию по участку (гордость хозяйки за свое детище чувствовалась на расстоянии) и откопали небольшой отводок можжевельника — забавного растения, относящегося к хвойным кустарникам, с мягкими плоскими иголками, слегка похожими на листья. А еще он замечательно пах! В общем, все довольны, а я — особенно!
Быстро выкопала ямку возле главной дорожки и посадила подарок. А потом мы вернулись на кухню, доделывать начатое. А на ужин я пожарила шашлыки. На этот раз добавила в маринад острого красного перца и немного вина.
Вернулись домой после обеда, в воскресенье. Усталые, но довольные. Постирали белье, приготовили еды на неделю. Впрочем, долго расслабиться не получилось:
— Юдифь Георгиевна, вас к телефону! — голос дяди Ильи одновременно со стуком в дверь.
— Иду, — ба поднялась с кресла и вышла.
— Звонил Мельников, через час приедет, — сообщила она, вернувшись.
Я кивнула:
— Чай?
— Да, пожалуй.
Следователь приехал вовремя, выпил чаю с печеньем и плавно перешел к делу:
— Тут у меня дельце образовалось интересное, думается — по вашей части. Мальчик исчез. Искали, как говорится, всем миром, но безрезультатно.
Достал из портфеля папку:
— Ознакомьтесь, сударыни, и поделитесь своим мнением, если не трудно.
— Подумаем, — ба первой взялась за чтение.
Я дождалась своей очереди и с волнением взяла в руки папку.
Ну что? Совсем как в детективах: желтоватый картонный скоросшиватель, внутри — документы, фотографии, какие-то справки и ксероксы. В общем и целом дело заключалось в том, что благонравный тихий мальчик из богатой семьи, без вредных привычек и подозрительных друзей внезапно исчез посреди недели. Отсидел на занятиях в элитном колледже, ушел домой, но до дома не добрался. Просто исчез. Родители обратились в милицию вечером, едва убедились, что он не заехал ни к кому в гости. Семья богатая, владеет банком и еще кучей всего, вариантов масса, от простого загула до похищения с целью выкупа.
Единственное, что удалось уточнить: в метро парень ехал вместе с одногрупником, но на одной из пересадочных станций вдруг попрощался и ушел один. Приятель значения факту не придал, мало ли?..
— Пересел он на Сенной, поехал, предположительно, в сторону Веселого поселка.
— Мда… — бабушка подумала, — какие-нибудь новости от родителей имеются?
— Все тихо. Мы сразу начали отрабатывать киднеппинг, но пока признаков нет. Наш сотрудник в отделе на телефоне сидит, если что — оповестят.
— Богатые, говорите?
— Потому и сразу подумали о похищении. Сейчас чего только не случается. Всяких маньяков повылезло, сект и просто бандитов. Только успевай поворачиваться.
— Ба, — мне пришла в голову идея, — а как ты думаешь, он не мог поехать к подружке?
— Считаете? — тут же зацепился майор.
— Я просто подумала, что в таких семьях матримониальные планы порой жестче, чем у нас. Парень молодой, гормоны только что из ушей не льются. Приятели, наверняка, направо и налево амурными подвигами хвастаются, а он чем хуже? Не урод, денежный. Практически любая девчонка на него западет, только выбирай. Мог и отправиться к зазнобе на денек. У нас-то в колледже свободных парней как горячие пирожки расхватывают. А там, в экономическом, пожалуй, и похлеще страсти кипят! А родители могут об этом даже не догадываться, считать сына еще ребенком.
— Хм, — Мельников покивал, — пойду, позвоню нашим, пусть эту версию тоже прощупают.
— В субботу, если не найдете, — бабушка покивала своим мыслям, — пусть родители приедут к нам, на то самое место, и прихватят с собой либо личную вещь, долго ношенную, либо фото. А лучше — и то, и другое.
— Скажу. Да и сам, если что, их привезу на место. Про денежный вопрос тоже знаю, просвещу, не волнуйтесь.
* * *Рано утром в субботу мы провели ритуал пробуждения алтаря и освещения места, так как, признаться, давненько тут не были. Для поискового ритуала требовались не только вещи потеряшки, но и особая предварительная подготовка. Для этого бабушка провела краткую церемонию взывания к Карменте. [68] Мы как раз закончили, когда из-за кустов по тропинке вышли Мельников и два человека: пухлый до ожирения мужчина с темными кудряшками вокруг лысины и солидная по весу и внешности дама с ярко-лиловыми волосами в сложной высокой прическе. Оба были одеты словно для великосветского приема: мужчина в костюме-тройке с галстуком и ослепительно-белой рубашкой, женщина блистала в коктельном бархатном платье и солидном наборе украшений.
— Приветствую, — подойдя к границе свободного места, майор слегка поклонился, — вы позволите?
— Дозволяю, — бабушка явно поняла и приняла предложенный стиль общения, — проходите, садитесь.
— Э-э, — банкир коротко огляделся и открыл рот, явно собираясь взять управление в свои руки, но Мельников только на него грозно посмотрел, и мужик сдался.
— Помощи просим, — Кирилл Юрьевич сел на бревно, немало не заботясь о чистоте последнего, — мальчик пропал.
Ба кивнула:
— Знаю, слышала. Вещи принесли?
— А как же, как положено.
Осторожно примостившиеся рядом со следователем просители встрепенулись и снова открыли рты, но следователь опять заткнул их взглядом и требовательно протянул руку. Женщина раскрыла кошелку, вытащив носок и фотографию в деревянной рамке. Мельников забрал их и, снова слегка поклонившись, протянул бабушке.